Илона Берент – На крыльях любви. Комедийные новеллы (страница 2)

Аврора жила тремя улицами выше, в старой Ялте, на даче купцов Лисогор. Там, у подножия холма стоял этот домик с резными декорами, среди кустов сирени и пионов. Жила она не бедно и не богато. Родителей не имела, померли давно, но был у неё замечательный дядюшка – Порфирий Львович. Был он человеком не последним в городе, уважаемым, строгим, но с очень доброй душой. Он был советником при главном казначее, и вёл подсчёт хозяйства графьёв да баронов. Докладывал он всегда всё правдиво, сколько чего имеется в натуре, сколько за год истратили, сколько скопили; ничего ли не пропало, и еженедельно следил, не погибло ли имущество от всяких невзгод. Частенько говорил он племяннице своей, что может та не изнурять себя работой, есть у неё кров, никто её спину гнуть не заставляет. Выделил ей дядюшка содержание достойное, и приданное годное. Аврора всегда отказывала ему, мол, не может сидеть на одном месте ничего не делая. Но Порфирий Львович догадывался, что не в этом вовсе дело обстоит, первым же в душу никогда не лез. «На всё своё время», думал Порфирий Львович и тем самым себя успокаивал.

Вот и настало то самое время – пришла Аврора домой, и слёз не смогла сдержать. Всполошился дядюшка Порфирий, испугался! Как никак, единственная родная душа на всём белом свете, и та страдает. Что делать, докопался он до сути, строго пригрозив ей, что коли правды не скажет, то гнев он свой проявит. Узнав же правду эту, чуть со злости не лопнул, но как обдумал, то сразу смягчился – жалко девицу. «У твоего Семечкина, дам, что семян – по всему миру сады и огороды! Плюнь ты на него, непутёвого, кота ободранного, антихриста заклятого!», такой совет дал племяннице Порфирий Львович. Но Аврора и слушать не хотела, всё торочила своё, что он не такой, просто модой заграничной избалованный, нет подле него ни отца, ни матери, ни даже, скажем, жены. Ох и вздохнул, Порфирий Львович, да что тут уже поделаешь? Ничего не поделать. Надо выручать!

В это время мсье Семечкин уже был в приличной кондиции, когда море по колено, и что приказчики, что цари – не указ. Хотел он в гневе выскочить на улицу, без пальто, жилетки, но слава Богу, хотя бы в штанах, и высказать всё, что он обо всех думает. Дочке генеральшей, что она пугало червивое, а папаша её высокомерный баклан. Кредиторам же хотел плюнуть – каждому хотя бы в один глаз, и кого-нибудь даже вызвать на дуэль. Но турок, державший духаню, спровадил его в парную к банщикам греческим, заявив, что любую болезнь можно вылечить паром. Греки турка в изречении этом поддержали, громогласно заявив, что их заведению по силу угомонить даже такие страшные нервы, как у мсье Семечкина. И что же – раздели его там, отмыли, напарили, а дальше – всё как в тумане во всех отношениях…

Семечкин спустя несколько часов пришёл в себя – раздетый до исподнего и в чужой квартире. Глазами щёлк-щёлк, открыть не может, что камнями завалило. Голова кипит, бурлит, что котёл, а в ушах звон стоит, будто пожарная лошадь галдит прямо в помещении. Едва сполз Семечкин с кровати, да сразу едва не упал – отшатнуло его, словно ветром обдало, ноги не держатся на месте, а в каждом глазу троится и искрится. «Вот тебе на! Чёртов трактирщик подсунул палёное пойло! Или в парной дурманом напарили – сволочи, эти греки!», ругался Семечкин, на чём свет стоит. Да тут как осёкся, что чуть язык не проглотил, глядит глазами своими косыми, что в квартире этой – дама! Аполлоний сразу подтянулся, рубаху свою расправил, волосы пригладил, за сквернословия конечно же извинился. И так лепетать стал, словно соловушек, ведь даже в таком тумане разглядел – дама эта ого-го! Уста – что из мрамора высечены, глаза её небесная лазурь, но с искрою самого дьявола, так и манят к порочному, зовут без единого слова. Личико что у богини греческой, вуалью прикрыто, волосы шёлковые вьются. И пока дошёл он донизу, так ему аж сердце кольнуло – дама-то эта обнажена! Совсем нагая! И глядеть стыдно, неприлично, и отвернуться не может – то-ли шея затекла, то-ли глаза на холоде застыли. «Мой вам, де-муазеля, экскузьон, за такой нелепый ситуасьон!», раскланялся Семечкин, и так крабом, крабом пошёл, не отрывая взгляду. Вдруг что-то ему по голове как брякнуло… Наверное, Семечкин так восхитился этими видами, что не выдержало его сознание – так и рухнул в обмороке, в чужой квартире под ноги этой голой распутнице.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.