Ильдар Спокойный – Сотовый Мир 1: Архитектор (страница 14)

Он поднял голову и посмотрел на дверь. Звонкая тишина архива теперь была наполнена новым смыслом. Это была тишина перед выстрелом. Он вздохнул.

Его рука потянулась к внутреннему карману куртки, где всегда лежал личный телефон. Он вытащил его, нашёл в контактах номер, сохранённый как «Анатолий Б.». Их общение до сих пор было деловым: планы, переводы, вопросы по документам. Просьба об усилении безопасности для матери после инцидента с Михаилом была первым шагом за рамки чистого прагматизма. Теперь предстоял второй, куда более серьёзный.

Палец завис над кнопкой вызова. Позвонить сейчас? Вслух, в офисе, обсуждать «крышу»? Нет. Он отправил короткое текстовое сообщение: «Срочный вопрос. Можно сейчас?»

Ответ пришёл через минуту: «Через 40 минут. Место?»

Дархан быстро оценил варианты. Не кафе. Не телефонный разговор. Нужно было место, где можно говорить открыто. Его гараж? Слишком ценный актив, чтобы светить его даже Анатолию. У Анатолия было своё место – тихий бар. Туда.

«Бар Нортман. Через 40», – отправил он.

«Жду», – пришёл лаконичный ответ.

Он встал, движения резкие. Спрятал бумажку в кошелёк. Закрыл отчёт, положил ручку на стопку папок – жест, завершающий рабочий день, хотя до его конца оставалось ещё два часа. Он не мог оставаться здесь.

Он накинул куртку, выключил настольную лампу. Дверь архива закрылась за ним с мягким щелчком. Коридор был пуст. Он шёл, не здороваясь ни с кем, глядя прямо перед собой, но ощущая каждый взгляд как щелчок по натянутой струне. Сергея нигде не было видно.

Лифт медленно спускался. В зеркальной стенке Дархан видел своё отражение – поджатые губы, напряжённые скулы. Он вышел в вестибюль, прошагал мимо вахтёрши и вырвался на улицу…

Глава 9 «Артём»

10 февраля 2020 года (вечер). День 26

Февральский воздух ударил в лицо. Он вдохнул его, как спирт, – резко, обжигающе. Сев в машину (старенький ВАЗ, раньше даже на бензин денег не было, чтобы ездить) и заведя мотор, он позволил плечам опуститься на долю секунды. Убежище. Пусть и движущееся.

Он выехал со стоянки. Первая мысль – о матери. Но звонить ей, предупреждать о неизвестной угрозе – только пугать. Лучше усилить меры самому, а потом, посоветовавшись с Анатолием, действовать. Вторая мысль – гараж. Его крепость. Туда нужно было ехать сразу после разговора, проверять всё, готовиться к худшему. Но сначала – стратегия.

Он направился в сторону бара. По дороге мозг лихорадочно проигрывал варианты. Что он мог предложить Анатолию? Их отношения строились на взаимовыгодном обмене: деньги Дархана на экспертизу и связи Анатолия. Теперь ему нужна была не просто экспертиза, а активные действия, возможно, риск. Чем он мог за это заплатить? Только увеличением гонорара? Или чем-то ещё?

Машина припарковалась в двух кварталах от цели. Он пошёл пешком, оглядываясь, проверяя, не идёт ли кто за ним. Бар «Нортман» был полупуст в это дневное время. Анатолий сидел в дальнем уголке. Перед ним стоял пустой кофе и ноутбук.

Дархан подошёл, кивнул, сбросил куртку на сиденье.

– Проблема? – спросил Анатолий без предисловий, закрывая ноутбук.

– Новая. Посерьёзнее. – Дархан достал кошелёк, вытащил разглаженный листок, положил его на стол. – Это принёс Сергей. От человека по имени Артём. Требует звонка сегодня. Предлагает «крышу» для моего майнинга.

Анатолий медленно взял бумажку, изучил почерк, имя. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мелькнуло мгновенное, профессиональное оценивание угрозы.

– Артём Вагин, – произнёс он тихо, как бы про себя. – Интересно. Миша, выходит, перед исчезновением успел налаять в правильную будку.

– Вы знаете его?

– О нём. Уровень выше нашего недавнего гостя. Не уличный отморозок. Бизнесмен с криминальными методами. Автосервисы, рэкет, возможно, наркотики на периферии. Для него вы – не шантаж, вы – потенциальный актив для поглощения. «Крыша» – это его стандартное предложение. Сначала – защита за процент. Потом – полный контроль.

– Что делать? – в голосе Дархана не было паники, только холодный запрос к эксперту.

Анатолий отпил из стакана с водой, который принёс официант, появившийся и исчезнувший бесшумно.

– Есть варианты. Первый: согласиться, платить, стать частью его системы. Вы теряете независимость, но получаете защиту от других таких же, как он. Второй: отказаться и надеяться, что он махнёт рукой. Но он не махнёт. Отказ он воспримет как слабость или как вызов. Последует давление. Жёстче, чем у Михаила.

– И третий?

– Третий – показать, что вы не лёгкая добыча. Что у вас есть своя защита. Или связи, которых он может опасаться. Нужно создать легенду. Не вы – одинокий технарь. Вы – представитель интересов. Неких «инвесторов», которые ценят свою анонимность и не потерпят вмешательства. Ваша задача – не драться с ним, а убедить его, что связываться с вами дороже и хлопотнее, чем искать другую добычу.

– И как это сделать?

– Через разговор. Вы позвоните. Но не как жертва, а как переговорщик. С холодной головой. Вы не отказываете. Вы ставите условия. Говорите, что должны проконсультироваться со своими «принципалами». Что любые решения о партнёрстве принимаются только после проверки и аудита с их стороны. Тянете время. За время этой «проверки» мы ищем на него реальные рычаги. Или создаём видимость, что у вас серьёзная крыша.

Дархан молча переваривал информацию. Это был не приказ, а предложение стратегии. И оно стоило денег. Больше, чем раньше.

– Ваши услуги по такой… стратегической консультации и возможным последующим действиям. Какой гонорар?

Анатолий посмотрел на него внимательно, оценивая не только платёжеспособность, но и решимость.

– Это уже не разовая операция, как с Михаилом. Это – пакет. Ежемесячный ретейнер. Плюс отдельные премии за решение конкретных кризисов. Сумма будет кратной моему обычному гонорару. В пять раз.

Дархан не моргнул. Он мысленно прикинул цифры с карты, свои растущие расходы. Это было много. Но это была цена за выживание системы.

– Принимаю, – сказал он. – С сегодняшнего дня. Первое задание – разработать сценарий звонка и план действий на ближайшие 72 часа. И, если возможно, незаметно усилить наблюдение за моей матерью. Без её ведома.

Анатолий кивнул, довольный ясностью.

– Хорошо. Тогда начнём. Давайте обсудим, что именно вы скажете Артёму. И что будем делать дальше. У нас мало времени.

Он открыл блокнот, достал дорогую ручку. Дархан откинулся на спинку кресла, переводя взгляд с лица адвоката на смятый листок с номером. Переговоры начались. Теперь всё зависело от того, насколько убедительно он сможет сыграть роль человека, за которым стоят силы, которых стоит бояться больше, чем Артёма.

Анатолий начал с основ, как тренер перед важным матчем.

– Забудьте о страхе. Это бизнес-разговор. Вы – менеджер проекта. Проект – ваш майнинг. У вас есть инвесторы. Вы не имеете права принимать решения о безопасности без их одобрения. Ваша цель – не сказать «нет», а перевести разговор в бюрократическое русло.

Он набросал на листке ключевые тезисы:

Благодарность за интерес. «Я получил ваше предложение через Сергея. Ценю, что вы вышли на связь напрямую.»

Обозначение границ. «Я должен прояснить ситуацию. Я управляю технической частью проекта. Вопросы безопасности и партнёрства решают мои инвесторы. Они очень… щепетильны в выборе контрагентов.»

Запрос на информацию. «Для первичного рассмотрения им потребуется минимальная информация о вашей компании, структуре предлагаемых услуг. Формальность, но такова процедура.»

Взятие паузы. «Я передам им ваш запрос. Срок рассмотрения – от трёх до пяти рабочих дней. После этого они либо запросят встречу, либо дадут мне ответ для вас.»

– Главное, – подчеркнул Анатолий, – тон. Уверенный, но не высокомерный. Занятой человек, который ценит своё время, но вынужден считаться с процедурами. Никаких извинений за задержку. Это не задержка, это стандартный процесс.

Дархан слушал, повторяя фразы про себя. Он представлял себе голос в трубке – нейтральный, без тени заискивания.

– И если он начнёт давить? Спросит, кто эти инвесторы?

– Отвечайте общими фразами. «Частные венчурные фонды, предпочитающие не афишировать свои вложения в цифровые активы». Если настаивает – вежливо, но твёрдо: «Я не уполномочен раскрывать эту информацию на данном этапе». Ваша позиция – вы не скрываетесь, вы защищаете коммерческую тайну своих партнёров. Это законно и вызывает уважение.

Они отрепетировали диалог ещё два раза. Анатолий играл роль Артёма, задавая провокационные вопросы, пытаясь застать врасплох. Дархан ловил себя на том, что голос сначала звучал напряжённо, но к третьему подходу становился ровнее, автоматичнее.

– Достаточно, – наконец сказал Анатолий, посмотрел на часы. – Технически вы готовы. Психологически – помните, он тоже оценивает риски. Его цель – минимизировать усилия и максимизировать прибыль. Если вы выглядите как проблема, которую сложно и дорого проглотить, его интерес может остыть. Или, – он сделал многозначительную паузу, – перерасти в нечто более опасное. Поэтому параллельно с этим разговором я начну собирать на него досье. Изучать его бизнес, искать слабые места. Нам нужны свои козыри.

Он закрыл блокнот.

– Звонить лучше ближе к вечеру. Деловое время будто бы кончилось, но ещё не слишком поздно. Создаёт впечатление, что вы втиснули этот звонок в плотный график. После звонка – сразу мне сообщите, как прошло. Детали, интонации. А сейчас, – он посмотрел на Дархана прямым, неожиданно жёстким взглядом, – вам нужно ехать в свой гараж и провести ревизию. Убедиться, что там нет ничего, что могло бы скомпрометировать легенду о «серьёзных инвесторах». Проверьте все уголки. Вы – менеджер. У менеджера должен быть порядок.