Илария Тути – Цветы над адом (страница 16)

Матиас положил руку ему на плечо и притянул к себе.

— Я так боялся, что ты не придешь, — проговорил Матиас, заключив его в объятия.

К ним присоединился и Оливер, который был на год младше и ниже ростом.

— Я с-с-сбежал, — пояснил Диего.

Мама не отпускала его из дому.

В этом кольце из дружеских рук Диего ощутил себя в кругу семьи, где знаком каждый запах и дышится в унисон. Но кого-то не хватало.

— Г-г-де Л-лючия? — спросил он.

Матиас пожал плечами.

— Наверное, сегодня не придет.

Диего заметил черный отпечаток на шее товарища. Пальцем попробовал было опустить куртку, чтобы рассмотреть получше, но Матиас не дал ему этого сделать. По взгляду Матиаса стало понятно, что он уже догадался, каким будет следующий вопрос.

— Мама ничего не может сделать, — произнес он. — Если она вмешается, будет только хуже.

Диего с Оливером переглянулись.

— Тебе больно? — спросил Оливер.

Матиас передернул плечами, будто хотел избавиться от боли, которую не желал признавать.

— Я боюсь не за себя, а за братика, — проговорил он, отстранившись от друзей. Затем взял в руки камень и с силой швырнул в речку. Лед треснул, и на пунцовые щеки Матиаса полетели холодные брызги. Потом он взял с земли булыжник побольше, но его рука застыла в воздухе.

Диего заметил, как Матиас, прищурившись, внимательно всматривается в деревья по ту сторону речки.

— Ч-ч-то там так-к-кое? — спросил он.

— За нами кто-то следит с того берега, — отозвался Матиас.

Посмотрев туда, куда указывал друг, Диего ничего не увидел.

— Наверное, это олень, — вмешался Оливер. — Папа говорит, зимой они спускаются в долину. Поближе к людям.

— Ах, олень! — проговорил Матиас. — Ну, тогда получай!

Поднял руку над головой и запустил камень. Описав дугу, булыжник с громким свистом исчез в заснеженных елях.

Дети напряженно всматривались в то место, где он скрылся из вида.

— Н-никого т-т-там нет! — с облегчением выдохнул Диего.

Матиас громко рассмеялся:

— Ну и рожи у вас! Что, поверили?!

— Придурок! — обиделся Оливер.

— Де-б-бил!

Вдруг с легким звоном что-то упало, покатилось по ровному каменистому выступу, с которого летом они прыгали в воду, и остановилось у их ног.

Дети разом обернулись на звук. Бросавший не промахнулся.

Предмет был белым, размером с кулак.

На них таращился пустыми глазницами беличий череп.

20

Полицейский участок в Травени походил на гостиницу в горах. Лет двадцать назад, когда был открыт пропускной пункт на границе, здесь работало около пятидесяти человек. После закрытия таможни все пришло в упадок — большинство кабинетов пустовало, а столовую упразднили. Хуго Кнаус и его люди готовили себе сами либо приносили еду с собой. Полицейские ночевали здесь по выходным, а после дежурства спускались в долину.

На время расследования Тереза решила устроить тут оперативный штаб. Для совещаний она попросила привести в порядок просторный кабинет, где сейчас как раз проходила первая встреча оперативной бригады с местной полицией. Совещание началось не самым лучшим образом.

Тереза взглянула на Кнауса поверх очков.

— Вы утверждаете, что у нас есть список подозреваемых с именами и фамилиями? — спросила она, четко выделяя каждое слово. Те, кто знали комиссара, понимали, что такой тон не сулит ничего хорошего.

Кнаус выдержал ее взгляд с косой ухмылкой, уже порядком поднадоевшей Терезе.

— Комиссар, всё под контролем, — заверил он.

Тереза протерла глаза под стеклами очков.

— Рада это слышать, дорогой Кнаус, хотя мне так не кажется, — ответила она.

— Не будем переходить на личности.

— Если вы будете продолжать в том же духе, то дойдет и до этого.

Кнаус не ответил.

— Итак, — повторила Тереза, — у нас есть подозреваемые или нет?

Начальник капитулировал.

— Да, есть, — кивнул он.

Тереза сняла очки, сомкнула дужки и положила очки на стол.

— Так какого черта вы молчали?! — раздраженно бросила она.

Кнаус улыбнулся, на этот раз искренне.

— Это хорошие ребята. Я ручаюсь за них головой, — ответил он.

Тереза взглянула на стоявшего рядом Паризи, затем на Де Карли и, наконец, на Марини. Это походило на немой разговор — быстрый обмен взглядами заменял поток ругани. Вместо того чтобы наорать на присутствующих, она, обхватив голову руками, тяжело вздохнула. Тереза чувствовала себя уставшей в этом изменившемся мире. И хотя тело поспевало за ней, голова все время отставала. Нить разговора постоянно терялась, и никак не удавалось привести мысли в порядок и облечь их в слова.

«Ты просто заработалась», — повторяла она себе, стараясь не обращать внимания на дрожь, сотрясавшую ее изнутри. Собравшись с мыслями, она облизала губы, чтобы было легче говорить. Вздохнула и постаралась сосредоточиться на расследовании.

— У них есть мотив? Их уже привлекали за нападения на убитого? — изрекла она.

Кнаус заерзал на стуле и весь скукожился, словно хотел спрятаться от неудобных вопросов в собственном теле.

Тереза не стала дожидаться ответа.

— Мне нужны сведения о каждом из них, — распорядилась она.

Начальник полиции все-таки решил привести свои доводы:

— Они все местные. Некоторых я знаю целую вечность.

— Плевать я хотела на то, что вы с ними пьете кофе в баре, — вспылила Тереза.

И тут же пожалела о сказанном. С самого утра ей не удавалось взять себя в руки. Настроение то портилось, то улучшалось, и эти качели выводили ее из себя.

— Комиссар, эти люди — романтики. Они просто не хотят, чтобы ради какой-то лыжной трассы уродовали природу.

— Дорогой Кнаус, романтики в розовых очках ходят на мирные демонстрации, а не шастают по округе с канистрами бензина и бутылками с зажигательной смесью, — парировала она. — Так что? Заявления были?

Кнаус сделал знак одному из своих людей. Тот придвинул Терезе папки с интересовавшими их делами. Ей хватило пары минут, чтобы уловить суть происходящего. Для строительства новой лыжной базы собирались вырубить лес на значительной части горного склона, и можно было себе представить, с каким негодованием жители долины встретили этот проект. Всю территорию поделили на участки. К северу, на горном хребте, взяли образцы почв: гидрогеологические исследования дали положительный ответ, и строительные работы планировалось начать весной, после схода снега. На огражденных же участках к югу, недалеко от деревни, работы уже велись. Именно там группа экоактивистов организовала несколько акций саботажа: самый серьезный случай произошел за несколько недель до исчезновения Валента. За умышленный поджог задержали троих местных жителей.

— Паризи, займись этим завтра утром, — попросила Тереза, указав на листок со списком имен. — Допроси их в неформальной обстановке. Надо же с чего-то начинать!