игумен Никон (Воробьёв) – О началах жизни (страница 18)

Ты сам, будучи горд, задеваешь гордость у других. Старайся во всем, особенно в словах, быть смирней.

Смирение и бесов, и людей, и зверей побеждает, а гордость всех восстанавливает против себя.

Дружба

Относительно дружбы скажу, что ее ценили высоко и древние народы и Священное Писание. Она имеет (мне так кажется) свои степени, как и вера и любовь; от еле тлеющей искры, до силы, способной передвигать горы, нагроможденные нашим себялюбием и топить их в море милосердия и терпения (ношения) недостатков другого «я». Страсть [влюбленность] не видит недостатков другого, поэтому (и по многому другому) она и называется слепою, дружба и любовь видят все, но покрывают их и помогают другу избавиться от них, преодолеть, подниматься со ступени на ступень. Дружбе так же присущ элемент любви, как свету — тепло. Потому-то «филео» (греч.) и означает любить и дружить. А в пределе, в Царстве Божием и любовь и дружба исчезают или сливаются в беспредельность любви Божией, как светильники при ярком солнце.

Вы неоднократно указываете, что «самое ценное в жизненных отношениях взаимное понимание». Очевидно, у Вас слово «понимание» имеет особое, специфическое значение. Невозможно прекрасно понимать другого и использовать это понимание как угодно. Кроме понимания нужны общность взглядов, сочувствие, «симпатия» или, одним словом, любовь, которая рождает «понимание». Просто надо быть одного духа, тогда будет и понимание.

Вопрос. Насколько от человека зависит то, что его душа начинает чувствовать Бога?

Ответ. Человек лишь идет, стремится, и в ответ на это искреннее искание и приходит благодать Божия. Она затрагивает сердце и открывает ему Бога. Как открывает сердцу? Вот, например, два совершенно чужих и ранее, может быть, не известных друг другу человека вдруг подружились или полюбили взаимно. Происходит интересный психологический процесс. Из огромной массы людей, тысяч и даже миллионов людей вдруг находится один, который однозвучен, гармоничен с твоей душой. Ты с ним легко будешь говорить и чувствовать себя. Даже когда ты с ним сидишь молча или говоришь о пустяках, то чувствуешь, как твое сердце незаметно разговаривает с его сердцем (у Метерлинка это подчеркивается в его произведениях). Идет какой-то процесс взаимного дополнения, питания. Но есть люди, с которыми ты не можешь найти никакого контакта. Это люди другого духа, как мы теперь выражаемся (и это правильное выражение), с ними совершенно не можешь беседовать, yже через несколько минут страшно устаешь, до тошноты. Повторяю, в них действует другой дух, нет с ними внутреннего контакта, нет соединения — как у воды с маслом. Напротив, с некоторыми людьми, немногими, беседуешь с удовольствием и не устаешь. Такова реальная жизнь сердца, помогающая неопытному в религиозном отношении человеку понять возможность и в какой-то степени характер познания сердцам благодати Божией, характер и способ общения в сердце человека со Христом.

Надо ценить дружбу и все претерпеть, чтобы только не разлучаться с единодушным, искренне преданным человеком.

Но существует ли вообще дружба-то? — Да! Вот и Некто назвал кого-то друзьями (греч. — фили), но при одном необходимом условии (Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую Вам (см.: Ин. 15:14)). Выполнение этого условия таинственно сочетавало делателей в един дух со Сказавшим и делало их друзьями Ему и друзьями между собою. Это — опыт. Но мешают нам осуществлению подобной дружбы наши страстишки, из-за которых мы готовы охладеть, поссориться и даже вовсе порвать дружбу. Да не будет сего с нами!

Духовная жизнь

Работа духовная начинается сознательной решимостью исполнить волю Божию всем составом своего естества: и умом, и телом, и волей, и сердцем. Вся душа человеческая начинает «работать» по слову Божию, а не по своей падшей воле. И когда Господь видит, что человек очищает себя и смиряется, то облегчает его труд, утешает его. Но ведь мы утешаемся лишь тогда, когда у нас сердце затронуто. Также и когда мысль затронута словом Божиим, она тоже прямо действует на сердце и дает удовлетворение человеку. Так, постепенно, по мере того, как человек будет напрягать ум в молитве (отгоняя все мысли, порождаемые ветхим человеком или всеваемые диаволом) и освобождать сердце от желания и искания каких-либо развлечении и утешений в музыке, искусстве, зрелищах или в ложных душевных состояниях, Господь начинает открывать разум человека (отверз им ум к уразумению Писаний (Лк. 24:45), открывает и сердце к ощущению силы и благодати слова Божия. Как мы непередаваемо чувствуем дух, сердце другого человека, друг друга, так начинает чувствовать очищенное сердце человека и Слово Божие и стремиться к Богу. Ибо в Слове Божием, Евангелии — дух Божий и сердце Божие.

Миллионный раз говорю: хочешь понять духовную жизнь и уяснить себе множество вопросов, связанных с ней, — читай, тщательно изучай творения епископа Игнатия (Брянчанинова), особенно его первый и второй тома. Для монашествующих (не по одежде, но по устроению духа) необходим и пятый том; некоторые вещи: о духах, о духовных видениях — главным образом в третьем томе. Многое можно найти и в четвертом томе, в проповедях; очень интересны и полезны его письма. Но Игнатия Брянчанинова редко кто понимает и читает, мало кому он доступен. А почему? Потому, что, и это главное, не живут теперь духовной жизнью, нет борьбы со своим ветхим человеком, нет понуждения жить по слову Божию. Большинство живет как придется, и если и читает Евангелие, Святых Отцов, то лишь одним рассудком, без участия сердца, жаждущего ответа на вопрос: как правильно жить? Так же и в Церкви стоят и Таинства принимают — одним рассудком или душевностью, а не духом. Потому, повторяю, не понимают и не принимают Игнатия, что его сочинения духовные, а не душевные, не рассудочны, и, естественно, они не находят отклика в душевных людях. Такие люди и Святых Отцов не любят и не читают, а если читают, то лишь богословские их сочинения, философские, где есть пища для рассудка, но не аскетические.

Однако если человек не понимает аскетической жизни Отцов, не интересуется ею, то это означает, что он мертв и вообще ничего не понимает в духовной жизни, — кто бы он ни был — архиерей ли, профессор богословия, монах или священник. Он просто болтает о духовной жизни постольку, поскольку у него есть способность рассуждать, логически сопоставлять, но ты от него ничего духовного не получишь. Лучше не слушай и не читай таких, потеряешь только время, ибо ум их не открыт. Вот умные были, не глупые и апостол Иоанн Богослов, и апостол Петр, и другие апостолы, a пока Господь не открыл их ум к разумению Писания, для них оно было темна вода во облацех (Пс. 17:12). Но кому открывает Господь ум? Тому, кто искренне, всеми силами стремится очистить сердце свое от похотей лукавых, кто отгоняет всякое проявление лжеименного разума и искаженной воли своей, кто борется за каждую заповедь, чтобы ее исполнить и внедрить в свою душу. Такой человек увидит и необходимость советов Святых Отцов, молитвы, помощи Божией. Такому человеку открывается то, что закрыто непроницаемой завесой для прочих. Вот богослужение, как будто для всех очевидное и для многих верующих привычное. Но когда Господь откроет сердце, тогда человек начинает переживать такую радость, такое ощущение близости Божией, что припадет к земле со слезами и от всей души воскликнет: «Господь мой и Бог мой!» Это испытали послы князя Владимира в Константинопольском храме, то же самое испытали многие христиане во все века жизни Церкви. Это реальный факт духовной жизни. И для меня, в частности, легенда о послах князя Владимира представляется достоверным историческим фактом.

Вопрос. Почему трудно жить по религии?

Ответ. Если, по скрытой гордости, рассчитывать лишь на свои силы, то не только трудно, но и невозможно. Но есть всесильный, всемогущий Господь. К Нему и должны мы обращаться как можно чаще, постоянно. Позови Его на помощь, и Он поможет, если увидит, что ты искренно делаешь все от тебя зависящее в деле спасения. Почему многие «срываются» в духовном делании? Потому что подвиги свои основывают на тайном самомнении, гордости. До тех пор, пока человек не увидит своих немощей, страстей и не станет молиться, как евангельская вдова, Господь не может приступить к человеку и оказать ему помощь: Бог гордым противится, а смиренным дает благодать (Иак. 4:6). Руководись Игнатием Брянчаниновым, у которого концентрированно содержатся все Святые Отцы, их учение по всем важным вопросам духовной жизни.

Успех духовной жизни измеряется не духовными утешениями, которые могут быть и от лукавого, а глубиною смирения.

Жалейте и пригревайте скорбящих. Без любви все делание бесполезно по слову апостола Павла. Успех духовной жизни измеряется глубиной сокрушения сердечного и смирения, без коих все суета или прелесть.

Будьте попроще, а не копайтесь в мелочах, сознавайтесь перед собой и перед Господом в своей негодности и бесконечной задолженности, отдавайте себя и близких в руки Божии; все: вхождение и исхождение — делайте ради Бога, а не по другим мотивам, сокрушайтесь всегда, что во всем Вы поступаете не так, как должно бы; словом, смиритесь пред Господом и людьми — и найдете покой здесь и Царствие Божие по смерти.