Игорь Зорин – Протокол «Якорь» (страница 1)
Игорь Зорин
Протокол "Якорь"
Пролог
Силтала, столица Конкордии, система Триада, 2246 год
Сознание вернулось к Зитху не с пробуждением, а с тупой, пульсирующей болью в висках. Каждый удар сердца отзывался эхом в черепе, похожим на удары отбойного молотка по граниту. Он застонал, не открывая глаз. Вчерашний вечер был ошибкой. Встреча с агентом-землянином, который «просто хотел отблагодарить за содействие», обернулась пробой нескольких образцов контрабандного земного алкоголя. Вода на Тархарре драгоценна, её не разбазаривают на виноградники или пивоварни. Нативный тархский организм, идеально приспособленный к сухому климату и крепким, но редким местным тоникам, оказался беззащитен перед этой водянистой, но коварной земной химией. Раскалывающаяся голова была тому доказательством.
– Система, время и дата, – пробормотал он, надеясь, что голос ИИ-помощника не будет слишком громким.
В ответ раздалось негромкое, но отчётливое шипение, как от перегруженной аудиосвязи, а затем безэмоциональный, слегка роботизированный голос: «Сбой синхронизации с орбитальным хронометром. Визуальный интерфейс исправен. Рекомендован ручной ввод данных. Приоритетное напоминание: отчёт по проекту «Восток» должен быть отправлен в Центральный Архив до 17:00 по местному времени».
– Арх тебя подери, прекрасно! – скривился Зитх, с трудом поднимаясь с лежанки. – Ещё и глючит. Идеальное начало.
Комната была вырублена в скальной породе, как и большинство жилищ тархов на Силтале. Светились не лампы, а биолюминесцентные лишайники, выращенные в нишах – дешёво и практично, хоть и придавало всему зеленовато-блеклый оттенок. Его любимая чашка из обожжённой глины, та, что с трещиной, похожей на карту каньона Вахар, стояла на самом краю стола. Зитх потянулся за ней, рука дрогнула от головной боли, и чашка со звоном упала на пол, разбившись вдребезги. Он замер, глядя на осколки. Чёрт возьми, вчера было точно так же. Он даже помнил, как думал, что нужно убрать её подальше от края. Не вчера. Сегодня утром. Похмелье и правда съедает мозг.
Путь на работу в подземном трамвае, чей корпус скрипел и постанывал на древних рельсах, подарил вторую странность. Рядом с ним сидел старый тарх, погружённый в чтение планшета. На экраре мелькнула статья о новом методе глубинного бурения. «Хм, – негромко бросил Зитх, больше самому себе, – слышал, на третьем руднике «Недра» внедрили нечто подобное. Говорят, эффективность выросла на семь процентов».
Старик поднял на него взгляд, его каменистая кожа собралась в складки недоверия.
– Молодой человек, откуда ты можешь это знать? Отчёт «Недр» опубликовали только сегодня утром.
Зитх смутился.
– Должно быть, перепутал с другим рудником. Простите.
Но внутри всё похолодело. Он точно помнил эту статью и этого старика.
В офисе Службы Безопасности, расположенном в самом старом, но самом надёжном ярусе города, царила привычная полусонная атмосфера, нарушаемая лишь мерным гулом вентиляционных турбин. Его коллега, Урзак, скелет которого, казалось, был собран из булыжников, сидел за своим терминалом и методично жевал что-то хрустящее. Пахло озоном, пылью и сладковатым, чуждым ароматом – дезинфектантом, поставляемым эйли.
– Зитх! – рявкнул Урзак, увидев его. – Ты выглядишь так, будто тебя вынесли из-под обвала а завалы разобрать забыли. Земляне опоили тебя своей жидкой отравой?
– Она оказалась крепче, чем выглядела, – отозвался Зитх, плюхаясь в кресло. – Как будто пьёшь воду, а потом в черепе просыпается разъярённый бурильный червь.
– Ха! Классика! – Урзак хлопнул ладонью по столу. – У них вода мягкая, как пух, поэтому они делают из неё напитки, твёрдые, как наша скала. Парадокс. Но шутки в сторону. Шеф спрашивал про твой отчёт. И про того контрабандиста-землянина, которого ты должен был задержать вчера. Где он?
Зитх замер. Контрабандист. Вчера. Вечер. Гулянка. Провал в памяти.
– В процессе, – буркнул он. – Информация уточняется. Каналы связи с орбитальной станцией сегодня… нестабильны.
Он соврал автоматически, и эта ложь показалась ему удивительно правдоподобной.
– В процессе – это любимое слово того, кто проспал работу, – философски заметил Урзак.
– Совет: сделай сегодня хоть что-нибудь. Иначе шеф заставит тебя неделю составлять отчёты о колебаниях влажности в архиве. Это убивает душу быстрее, чем земной виски.
Работа не клеилась. Доклад о проекте «Восток» землян и эйли, который он вёл уже месяц, казался сегодня нарочито плоским и беспомощным. Каждый довод в пользу осторожного наблюдения рассыпался под тяжестью его головной боли и нарастающего раздражения. На экране рядом мигала новостная лента с Конкордии: на нейтральной планете-саде, эйли как раз проводили очередной симпозиум по «этической гармонии». Зитх фыркнул. Гармония – это когда все шестерёнки сцеплены, а не когда поют хором. Он снова и снова сталкивался с мелкими неурядицами: зависал терминал, лифт на третьем этаже застрял на десять минут, а курьер перепутал пакеты с образцами.
К вечеру раздражение достигло пика. Глядя на экран с незаконченным отчётом, Зитх почувствовал, как его тархская любовь к порядку и контролю восстаёт против хаоса этого дня. Земляне со своим эмоциональным, непредсказуемым ИИ… Эйли со своими медитациями и попытками вдохнуть «душу» в машину… Они играют с огнём, не зная, что такое настоящий жар. Им нужна твёрдая рука, рука тарха.
Он стёр осторожные формулировки и начал писать заново, резко, чётко, как высекают резолюцию на камне.
-–
СЛУЖЕБНАЯ ЗАПИСКА № 4781-Щ
От: Оперативник 3-го ранга Зитх, Сектор «Ксеноанализ»
Кому: Начальнику отдела, Советнику Ваххару
Тема: Оценка угроз проекта «Восток»
Дата:[СИСТЕМНАЯ ОШИБКА: ДАТА НЕ СИНХРОНИЗИРОВАНА]
Краткое изложение:
Предварительный мониторинг разработки ИИ «Восток» указывает на неприемлемо высокий уровень рисков, проистекающих из человеческой методологии «этического и эмоционального воспитания» искусственного интеллекта. Проект игнорирует фундаментальный принцип стабильности через предсказуемость.
Аргументация:
1. Отказ от внедрения кластеров произодства Тархарра. Руководитель проекта, С.П. Серпов, открыто саботирует интеграцию контрольного протокола, предлагаемого нашими техническими специалистами. Его доводы об «удушении потенциала» эмоциональны и антинаучны.
2. Непредсказуемость основы: биоквантовые кластеры, выращенные с участием культур эйли, демонстрируют изменчивость, несовместимую с безопасными стандартами. ИИ, способный «ценить искусство», может также «воспринять бунт как эстетический акт».
3. Молчание Созерцателей: Отсутствие каких-либо знаков или предостережений со стороны Созерцателей в данном контексте может быть ошибочно истолковано как одобрение. Однако их молчание – не маяк, а пропасть, в которую они предлагают нам заглянуть.
Рекомендация:
Рекомендую перейти от пассивного наблюдения к фазе активного мягкого внедрения в проект.
Необходимо:
Назначить наших специалистов на ключевые точки контроля в инфраструктуре «Востока».
Инициировать через дипломатические каналы официальное требование об интеграции модулей производства Тархарра или их аналоги.
Подготовить протокол изоляции проекта в случае отклонения от безопасных параметров.
Порядок рождается из твёрдой воли. Мы не можем позволить, чтобы каприз человеческого воображения поставил под угрозу стабильность, которую мы выстроили.
Зитх,
Оперативник 3-го ранга.
––
Отправка записки принесла минутное облегчение. Словно он наконец-то продавил заклинившую дверь шлюза. Он поступил твёрдо, как и подобает тарху. Ответ пришёл быстро, что было необычно.
––
ОТВЕТ НА ЗАПИСКУ № 4781-Щ
От: Советник Ваххар
Кому: Оперативнику Зитху
Тема: Резолюция
Записка получена. Ваша оценка признана излишне эмоциональной, однако базовое опасение разделяется.
Ваше предложение о фазе активного внедрения одобрено. Координаты для связи с агентурой на Конкордии будут направлены.
Примечание: Ваше предположение о молчании Созерцателей ошибочно по определению. Они не молчат. Вы просто не там слушаете.
Действуйте. Отчётность – еженедельно.
Ваххар.
––
«Не там слушаете…» – прошипел Зитх, перечитывая последнюю фразу. Что это должно значить? Весь этот день был каким-то… глухим. Как будто он шёл через плотный туман, и все звуки доносились искажёнными. Или как будто он смотрел плохо настроенную голограмму, где каждый кадр слегка накладывался на предыдущий.
Возвращаясь домой, он решил зайти на рынок «Глубинный Гул» – огромную пещеру, где под сводами, увешанными светящимися грибами, шумела торговля. Он направился к лотку за порцией острого рагу «аш-таль», чтобы заесть головную боль. У привычного лотка, толстого тарха по имени Грок, чей передник был вечно в пятнах от масла и специй, возник спор.
– Я же просил без этих кореньев, Грок! Моя жена говорит, они вызывают у неё изжогу, сравнимую с извержением вулкана Хелл! – возмущался клиент перед ним.
– А я говорю, что без кореньев «аш-таль» – это просто тёплая грязь! – парировал Грок. – Изжога – это плата за подлинный вкус. Или твоя жена предпочитает пресную пищу землян? Или, прости меня Арх, эти цветочные нектары эйли?
Зитх закатил глаза. Он слышал этот самый диалог дословно. Сегодня утром? Вчера? Он снова почувствовал тот же холодок, теперь уже перерастающий в ледяную тяжесть в груди.