Игорь Журавлёв – Лекарь. Адамы (страница 13)
А мужские гаремы как явление известны еще в Древнем Шумере, упоминаются они и в истории древней Мидии – государства, которое существовало на территории современного Ирана в VII – VI веках до нашей эры. И даже в священном для индуистов древнем эпосе Махабхарате встречается как минимум один пример упоминания многомужества, когда Драупади вышла замуж сразу за пятерых братьев из рода Пандавов.
Так что само по себе матриархальное устройство общества не является чем-то из ряда вон выдающимся. А мне оно кажется диким лишь потому, что родился я и вырос все же в обществе довольно патриархальном, несмотря на все достижения и даже порой явные перегибы феминистского движения последних десятилетий. Мы, мужчины, этого не замечаем, но женщины это чувствуют и об этом говорят.
Легкая пелена медикаментозного тумана, вероятно, еще не полностью выветрилась из моей головы. Видимо, поэтому я так спокойно и с легким оттенком фатализма думал о произошедшем со мною. Я вспоминал все, что Иван говорил мне о лилит, и чем больше вспоминал, тем мне становилось хреновее. Речь шла, насколько я помню, об экспериментах лилит по отделению души адама от тела и переселению ее в тело мужчины-лилит, душа которого из тела предварительно изгонялась. Тогда я все это слушал в пол-уха, не особо вникая и относясь к рассказу с некоторым даже скепсисом. Но сейчас вдруг осознал, что многое из того, о чем говорил тогда Иван, уже случилось со мной. И, скорее всего, ждет меня лаборатория лилит, поскольку в то, что меня заберет в свой гарем императрица, я как-то не верил. А зря.
***
За мной пришли на следующее утро. В крохотную комнату, выделенную мне, ввалилось пять существ, половую принадлежность которых я с ходу затруднился определить. Одеты они были в желто-голубые комбинезоны, и вид имели решительный. По некотором размышлении я решил, что это все же мужчины, хотя сомнение оставалось. Да, грудь ни у кого из них не выделяется, при этом все они имели серьги и кольца на пальцах, но ведь сейчас и в нашем мире это не редкость, даже у вполне себе гетеросексуальных мужчин.
Один из них выступил вперед и сказал:
– Я старшая надзирательница государственного гарема её Императорского Величества Императрицы Светланы Второй Прекрасной. Можешь называть меня госпожа Роксана.
Блин, все же баба, пипец! Да у нее бицепсы, как две моих руки! Я пригляделся уже как врач и не понял. Ладно, пусть будут бабы, это, по крайней мере, логично: в женских гаремах евнухи мужики, а в мужских – бабы.
– И? – поднимаясь, спросил я.
– Гордись, ты понравился матушке-императрице, будешь теперь, как сыр в масле кататься…, – она помолчала и добавила: – Если, конечно, в постели ей угодишь. А наша государыня в этом деле, ой, как привередлива!
И все пятеро заржали как кони, то есть, кобылы, конечно. А я не знал, что делать и как себя вести. С одной стороны, даже все вместе, даже пусть они специально натасканы, все равно для меня не противники. Пять секунд – и здесь будет пять трупов, даже понять ничего не успеют. С другой стороны: а что дальше? Пытаться прорываться? А куда? Я ведь не в чужом городе и даже не в чужой стране, я в чужом мире! Куда бежать, где скрываться? Нет, сначала надо хоть что-то выяснить, а для этого нужно время. И, если уж так разобраться, пусть даже эта Светлана Прекрасная окажется страшнее бабы-Яги, гарем все же гораздо предпочтительнее лаборатории по извлечению душ. Там можно будет осмотреться и что-то придумать. Ну, мне так кажется. Поэтому я встал и, кивнув, произнес:
– Я готов, девочки, все мое со мной. Поехали!
– Смотри, наглый какой, ведет себя совсем не по-мужски! – недовольно высказалась одна из охранниц.
– Да не обращай внимания, он же из диких миров, – ответила чернявая госпожа Роксана. – Они всегда вначале наглые, но матушка-царица быстро их обламывает. Как шелковый будет, как мужикам по природе и положено.
И они опять заржали, словно степные кобылицы.
– Прошу, господин Олег! – скомандовала главная, показывая рукой направление. А когда я проходил мимо, она с глумливой улыбкой шлепнула меня по заднице. Я скрипнул зубами, но сдержался: если я их здесь сейчас положу, то у меня останется только один путь – в лабораторию. И смогу ли я оттуда сбежать, одному Демиургу известно. А вот в гареме, возможно, получится больше узнать об этом мире от других наложников. Да и вряд ли местные евнухи могут позволить себе плохое или наглое отношение с тем, с кем спит их госпожа. Это они здесь такие бравые, пока я ничего не знаю, а по сути, они кто? Не думаю, что это уважаемая профессия в женском обществе.
Глава 8
Скоростной лифт принес нас на крышу здания, и я впервые смог взглянуть вокруг с высоты. Впрочем, ничего особенно мне разглядеть не удалось: вокруг, куда ни посмотри, расстилались сплошные леса. Видимо, Центр Матери (почему, кстати, его так назвали, если ни одной матери я здесь так и не увидел?) находился далеко от населенных мест.
Вертолет по своей конструкции напоминал наш пассажирский вариант «Ансат» казанского производства. Тоже семь пассажирских мест, и на вид не отличишь. Впрочем, все современные вертолеты чем-то похожи. Интересно, кстати, – подумал я, устраиваясь на указанном мне месте у окна, – они здесь все говорят по-русски, да и имена русские. Та же императрица Светлана, например. Да, существует версия, будто это имя происходит от греческого «Фотиния», что переводится как «свет», но версия эта не выдерживает никакой критики. Основных теорий происхождения этого имени две, причем вторая не исключает первую: 1) старинное славянское имя, что появилось путём сложения слов «свет» и «лан» («земля») и имеет значение «свет Земли»; 2) придумано Александром Христофоровичем Востоковым специально для своего романа «Светлана и Мстислав», вышедшего в 1802 году. Откуда я это знаю? – Да был как-то до жути влюблен в одну Светлану в седьмом классе. Она, конечно, смотрела на меня свысока, так что все, что мне оставалось, это развлекаться вот такими исследованиями любимого имени.
Конечно, старшую надзирательницу зовут Роксана, но Роксан у нас в Российской Федерации полно в кавказских республиках, да и говорит она по-русски чисто. Старого слугу в Центре Матери зовут Петр, а та, что меня похитила, назвалась Настей. Путем нехитрых сопоставлений, получается, я попал в некий аналог России. Что я сразу же решил уточнить.
– Скажите, госпожа Роксана, – обратился я к мужеподобной надзирательнице, – а как называется страна, в которой мы находимся?
– Вот, правду говорят в народе, – хмыкнула одна из младших, видимо, надзирательниц, – «у мужика ум короткий, как его волосы»!
Остальные с готовностью заржали, хлопая друг друга по плечам. Тоже интересно. Похоже, здесь все ровно наоборот. Если в нашем мире евнухами в женском гареме были кастрированные женоподобные мужики, то здесь, похоже, в евнухи берут мужеподобных баб. Возможно, даже гермафродитов, из тех, что физически неспособны ни к какому виду совокупления, – подумал во мне врач.
– Тихо вы! – шикнула на них Роксана. – Раскудахтались, курицы! Сказано же, что он из диких миров, не знает ничего.
И уже обращаясь ко мне, добавила:
– Мы находимся в благословенной Небесной Царицей великой Российской империи, запомни это, мальчик.
Я кивнул, – ну, следовало ожидать.
– Большая империя? – продолжал допытываться я.
– Большая, – не стала вдаваться в подробности Роксана и добавила:
– Ты прям, как женщина, любопытный!
И ее помощницы тут же с готовностью заржали. М-да, видимо, в надзирательницы гарема отбирают не по уму, по крайней мере, в младшие.
Больше я ничего спрашивать не стал, уставившись в окно на проплывающие внизу деревья.
***
Когда меня везли сюда, я представлял себе гарем чем-то вроде огромного зала, как видел на некоторых картинах, в котором вместо женщин полуголые мужики слоняются туда-сюда между фонтанов, возлежат на подушках или плавают голышом в красивых бассейнах. Не знаю, почему именно такой образ сложился в моей затуманенной препаратами голове, но в реальности все оказалось совсем не так. Гарем больше был похож на общежитие, в котором у каждого наложника была своя личная комната с туалетом и ванной, с большим телевизором на стене и удобной кроватью. Само здание, насколько я мог понять, было круглым, где жилые комнаты расположены по краям, а в центре что-то типа огромного зала, разделенного на секции. Там было несколько небольших кинотеатров, человек на двадцать пять каждый, отдельное место с игровыми автоматами. В другой секции расположены столы с компьютерами, подключенными к местной локальной сети без выхода в интернет. Там любители компьютерных игр сутками напролет рубились, разделившись на команды, в какие-то местные аналоги наших стратегий, симуляторов и прочих аркад.
Кроме этого, есть большая библиотека, а также различные курсы для желающих научиться чему-то новому. Есть и бассейны, целых три, довольно большие и разных типов, один с морской водой (так написано на табличке). Есть огромный сад под открытым небом и другой – зимний, несколько спортзалов с тренажерами, видел пару больших тиров, и вообще, проще сказать, чего здесь нет, чем перечислить то, что есть.
Интересно, что не было ни одной курилки, поскольку, как выяснилось, Благодетельница, как все здесь (впрочем, с большой долей юмора) называли императрицу, не переносит запах табачного дыма. Поэтому тем «избранным», которые имели такую дурную привычку, по прибытии на место, так сказать, постоянной дислокации, пришлось бросить курить резко и навсегда. Слава Богу, я никогда не курил и запах табака не переносил, хоть здесь повезло. В остальном, жизнь в нашем гареме и правда напоминала золотую клетку, хотя все местные наложники считали, что им удалось ухватить удачу за хвост и устроиться в этой жизни максимально комфортно. Ну, так что взять с этих бедолаг?