Игорь Воробьёв – Неназываемый (страница 18)
— Отходите! — закричала я, отступая из центра схватки. — Все назад! Я задержу их!
Уже не было нужды сдерживаться и, широко взмахнув рукой, я высвободила заклинание ядовитого леса. Задние ряды врагов поглотили шевелящиеся побеги ядовитой лозы, порталы тут же перестали появляться. К сожалению, гигантский демон ростом с пару горных троллей всё-таки успел выбраться из портала и теперь направлялся прямо ко мне, не обращая ни малейшего внимания даже на своих собратьев, давя и отшвыривая тех из них, кому не посчастливилось оказаться на его пути.
Я чувствовала, как уходят в лес позади меня мои солдаты, оставив больше трети воинов павшими. Я же должна сражаться здесь и перебить всех врагов, иначе охотиться будут уже на моих воинов.
— Теперь вы, — убедившись, что основные силы уже отступили, я обратилась к прикрывающему меня отряду жрецов. — Уходите и поддержите отступление, здесь вы мне будете только мешать. Как только я уничтожу всю эту нечисть, я догоню вас.
Не дожидаясь ответа, я снова бросилась на демонов, моего восприятия вполне хватало, чтобы почувствовать, как уходили жрецы. Но, похоже, демоны это тоже заметили и накинулись на меня с запредельной яростью. Натиск был слишком велик, я начала пропускать удары, большинство из которых, правда, не были способны пробить мою усиленную натуральной магией броню, но всё же порой наносили мне лёгкие раны, отдающиеся едкой болью. Отлично понимая, что моя ускоренная регенерация за считанные секунды закроет все эти повреждения, я не особо обращала на них внимание, полностью сконцентрировавшись на истреблении монстров. А зря…
Один особенно крупный демон успел пырнуть меня своим чёрным копьём, перед тем как его голова полетела прочь, начисто срезанная моим мечом. Но я с удивлением услышала хруст собственных рёбер и почувствовала раздирающую боль в боку. Да что такое? — пронеслась мысль у меня в голове, и я стала анализировать своё состояние, высвобождая заготовленное заклинание лечения. Все ранения были пропитаны мерзкой магией Саэлис! — с ужасом обнаружила я. Эта магия почти полностью аннулировала божественную регенерацию. И, возможно, она и лечению помешает, — стараясь успокоиться, подумала я. Два рядом стоящих демона уже заносили надо мной свои трофейные мечи, а позади них размахивался чудовищным топором гигантский демон. Вот только если моё лечение не сработает, его удар уже и не понадобится, — мелькнула мысль в голове.
Внезапно, оба демона рассыпались в пыль, поражённые тонкими изумрудными лучами, и даже оставшийся от них прах тут же растаял исчезая, а я почувствовала лёгкое прикосновение к спине, и волны живительной энергии разлились по моему телу от этого прикосновения. На мгновение обернувшись, я с крайним изумлением обнаружила стоящую за мной жрицу. Её щит был воткнут в землю рядом, а окровавленная палица болталась на поясе. Девушка разила заклинаниями с обеих рук, пользуясь связью с находящейся рядом богиней. Верховная жрица! Миель! Приятное тепло зародилось у меня где-то в сердце, а в голове поселилась глупая уверенность, что уж теперь-то мне нипочём любой враг.
Однако не время было расслабляться. Миель спасла меня, а сработавшее следом заклинание божественного лечения полностью исцелило раны, но гигантский демон всё ещё не был повержен. Как ни коротка была задержка, но она уже не позволила мне уклониться от его могучего удара, так что мне пришлось блокировать его скрещенными мечами.
Громадный чёрный топор вспыхнул мерзкой божественной магией, едва соприкоснувшись с моим оружием, и мой меч раскололся, пропуская лишь незначительно потерявший силу удара кусок металла. Лезвие топора вонзилось мне в плечо, дойдя почти до середины груди. Жуткая боль пронзила всё тело. Я успел увидеть, как изо рта у меня хлынула кровь, в глазах померкло, и я остался наедине со страданием.
Глава 10
В этот раз сознание вернулось почти моментально, я будто очнулся от кошмара, где осталась боль, которая и наяву продолжала фантомно обжигать мою грудь. Я резко распахнул глаза, ожидая услышать собственный крик. Но, похоже, мне всё-таки удалось сдержаться.
— С какой это стати в розыгрыше участвует непись? — услышал я возмущённый голос Люпы.
По центру моего поля зрения висело уведомление:
То, что я пришёл в себя, не осталось незамеченным:
— Безымянный! — Ванорз находился на сухом островке позади статуи и теперь направлялся ко мне. — Что с тобой случилось?
— Да! — голос Люпы тоже был полон любопытства. — Ты будто ушёл в АФК! Стоишь, косплеишь статую, на прикосновения не реагируешь, на чат тоже…
Я посмотрел на окошко чата, которое, повинуясь моему желанию, растянулось во всю ширь, и увидел, что там действительно было множество сообщений от эльфов, пытавшихся таким образом до меня достучаться.
— Да вроде всё нормально… — пробормотал я, похлопав себя по груди и быстро глянув на статистики персонажа. Единственное неприятное ощущение, которое я сейчас испытывал, это насквозь промокшие ноги в ботинках. — Помните строчку про пережить всё вновь? — подошедший ко мне вплотную Ванорз обеспокоенно кивнул. — Ну вот мне и пришлось кое-что пережить… А о чём вы тут спорите?
— А… — махнул рукой следопыт, по-прежнему с волнением глядя на меня. — Гильт нашёл тайник в пьедестале статуи, а там было кольцо.
Я уже понял, в чём дело, и растянул окно системных сообщений. Пропустив сообщения о получении опыта и окончании боя, в самом низу я прочитал следующее:
— Это простенькое колечко дыхания под водой, — объяснил Ванорз. — И в розыгрыше оно досталось Гильту. Однако то, что он смог в нём участвовать, для меня тоже стало сюрпризом…
— Вот-вот! — снова негодующе воскликнул плут. — Почему непись участвует в розыгрыше⁈ Ронкаэ вообще не положено иметь магических вещей!!!
Гильт стоял на островке напротив Люпы, довольно далеко от меня, но даже отсюда я мог видеть, как багровеет его лицо. Вряд ли он до конца понимал суть проблемы, однако мне казалось, будто я слышу, как скрипит рукоять его молота, которую он гневно сжимал своей могучей ручищей.
«
Вслух же я сказал, подходя к плуту:
— Уважаемый Гильт нашёл тайник, плюс ему улыбнулась удача — значит, ему и достанется кольцо.
Люпа только фыркнул в ответ.
— Ты сам-то что-нибудь нашёл? — поинтересовался я, стараясь сохранять дружелюбный тон.
— Четыре средних зелья лечения, — нехотя буркнул плут. — По углам пещеры тоже были тайники.
— Думаю, стоит разделить их поровну, — предложил Ванорз, вслед за мной выбравшийся на сухое место.
Люпа достал три бутылочки из своей поясной сумки и протянул их Ванорзу, после чего круто развернулся и пошлёпал к выходу из святилища. Следопыт протянул одну мне и другую дварфу.
— С тобой точно всё в порядке? — Ванорз положил мне руку на плечо. — Ты очень бледный…
— Лучше расскажу позже, — ответил я. Пережитое было ещё слишком свежо в моей памяти, чтобы вот так сразу начать спокойно говорить об этом. Кроме того, время и место были не самыми подходящими для рассказа. — Здесь мы всё сделали, так ведь? — спросил я, чтобы перевести тему.
— Наверное, — неуверенно ответил следопыт. — Пещеру обыскали, направление от статуи я зарисовал. Пока ты был в отключке, и Люпа, и Гильт прикоснулись к статуе. Больше ничего мне в голову не приходит…
— Тогда давай возвращаться, — предложил я.
Ванорз кивнул и направился к выходу. Я посмотрел на дварфа, который был занят тем, что вставлял молот в лямку на поясе. Потом он стал вешать щит за спину, что-то неразборчиво бурча себе под нос. Дождавшись, когда он будет готов, я вместе с ним зашлёпал к темнеющему впереди тоннелю.
Когда мы выбрались наружу, Люпа уже замотал себе лицо новой тряпкой и деловито шарил по берегу речушки, собирая хворост. Уже смеркалось, к тому же нам необходимо было просушиться, так что Ванорз выбрал местечко неподалёку для ночёвки.
Плут запалил небольшой костерок, а мы с Гильтом, вооружившись топорами, отправились на поиски топлива для костра на ночь. Кроме того, по заверениям дварфа, не мешало бы ещё разжиться мягкими ветками под спальники, чтобы сделать ночёвку более комфортной.
Гильт вроде бы остыл после выходки Люпы, но мне всё равно казалось, что коротышка выглядел гораздо мрачнее обычного.
— Гильт, — тихо сказал я ему, когда мы набрели на очередной сухой куст и он принялся яростно рубить его топором, — не обижайся на нашего товарища, он просто не подумал…