Игорь Волознев – Граф Рейхард (страница 19)

Снаружи слышался всё усиливающийся шум дождя. Внезапно под потолком раздался пронзительный писк, что-то захлопало, путники невольно втянули головы в плечи и, проследив направление удалявшегося звука, увидели в слабо освещённом дверном проёме силуэт вылетающей из здания летучей мыши.

— Тьфу, напугала, проклятая, — Зигмунд передёрнул плечами. — Никогда не вхожу сюда вечером, — он двинулся вдоль растрескавшейся стены. — Только днём, когда в окна светит солнце и со мной друзья… Говорят, последний владелец замка, князь Богуслав, где-то здесь припрятал золото…

— И вы его искали?

— Да, но нашли всего одну серебряную монету, которую потом пришлось выкинуть. Она принесла несчастье нашедшему её человеку… Всё, что здесь лежит — проклято и заколдовано, ни к чему не прикоснусь, даже к груде драгоценностей, если она вдруг попадётся… И тебе не советую…

Свет факела падал на столбы, с которых облетела штукатурка; за столбами показывались входы в какие-то галереи; временами попадались лестницы, одни из которых круто взбегали вверх, другие уводили вниз, в мрачные подвалы, откуда до слуха Максимилиана долетали какие-то странные, навевавшие жуть звуки.

Зигмунд покосился на своего спутника.

— Что, сударь, ещё не передумал?

— Нет.

— Вон та лестница приведёт тебя на башню, — разбойник факелом показал куда-то на дальний конец просторного захламлённого помещения.

Но Максимилиан, сколько ни вглядывался в темноту, ничего не мог разглядеть.

— Так уж и быть, пройду ещё немного, — сказал Зигмунд, поколебавшись.

— Я думаю, до наступления полуночи нам нечего опасаться, — заметил юноша.

— Плохо ты знаешь Вратиславский замок, — ворчливо отозвался его спутник. — Доводилось ли тебе слышать о призраке жены князя Богуслава? Этот призрак зовётся Лиловой Дамой… Говорят, князь свою жену тайно замучил и убил, и с тех пор она бродит здесь по ночам… — Подняв повыше факел, разбойник стал подниматься по осыпающимся ступеням. — А ещё говорят, что князь пытал своих узников, наслаждаясь их предсмертными муками. Души многих из них не нашли успокоения и появляются здесь в образе светящихся фигур…

— Ты видел кого-нибудь? — спросил Максимилиан.

— Мы все видели. Тут по ночам в окнах иногда появляются белые фигуры… Но эти привидения безвредны. Они суть души замученных, тела которых не погребены и не отпеты по церковному обряду… А есть и другие привидения — души отринутых Господом за их страшные грехи. Вот они-то и слетаются сюда в Иванову ночь! Эти греховодники и после своей смерти творят зло. Плохо приходится тем, кто встречается с ними… Встреча с такими привидениями сулит скорую смерть… — Зигмунд понизил голос. — Понял теперь, на что ты идёшь?

— Мне уже всё равно, — отозвался юноша. — Я выбрал свою судьбу.

Они поднялись по лестнице и двинулись по низкой сводчатой галерее, с которой открывался вид на нижние помещения.

— Князь Богуслав после смерти не нашёл покоя и стал одним из отвергнутых, приносящих зло призрачных созданий, — говорил разбойник. — Его дух остался в замке и стонет по ночам, испытывая адские муки… Наследники Богуслава продали замок, но новые владельцы прожили здесь недолго. Призраки выжили людей… Замок опустел… А лет пятнадцать назад здесь появились мы…

— И не побоялись привидений?

— Сначала боялись, конечно. Но у нас не было выбора. За нами по пятам шёл целый полк солдат. Призраки, а вернее, дурные слухи о Вратиславском замке, спасли нас… Австрийский полковник оказался трусом, он и слышать не хотел, чтобы войти в замок. Его отряд расположился в долине, отрезав нас от дорог… Он надеялся, что голод заставит нас сдаться… Осада продолжалась почти целый год, но мы выдержали. В замке есть вода, а окрестные горы поставляли нам фазанов и диких коз. В конце концов австрийцы ушли, а мы так привыкли к этим подвалам, что остались в них… И в этом есть смысл. Едва ли сыщется жандарм, который осмелится сунуть сюда нос…

Он умолк и остановился. Галерея привела их в просторную захламлённую залу с высоким потолком, до которого едва доставал свет факела. Залу по периметру огибал сводчатый коридор, отделённый от неё колоннадой.

— До этого места рискуют добираться только Гроцер, я да ещё двое-трое наших людей, и то днём, — шёпотом сообщил Зигмунд. — Потому что чем дальше идёшь по этим чёртовым галереям, тем больше риск встретиться с каким-нибудь призраком…

Они вздрогнули, услышав звук, похожий на стон.

— Это ветер, — проговорил Зигмунд, едва разжимая зубы от страха. — Дальше тебе придётся идти одному.

— Спасибо и на этом. Сам бы я ни за что не нашёл путь сюда…

Максимилиан достал заранее припасённую свечу и зажёг её от факела.

Не успел огонёк на фитиле разгореться, как Зигмунд со сдавленным воплем отпрянул. Его дрожащая рука показывала куда-то в темноту. Максимилиан всмотрелся в ту сторону и заметил вдалеке за колоннами пятно бледно-лилового света. Оно медленно двигалось, перемещаясь от колонны к колонне.

— Лиловая Дама… — прошептал разбойник, пятясь. На его лице выразился ужас. — О, Боже!..

— И вон там тоже что-то светится… — Максимилиан показал направо. — И ещё там…

— Это призраки… Призраки Вратиславского замка… — Зигмунд, с вытаращенными от страха глазами, озираясь, отступал к лестнице. — В эту ночь они тут все появились… Бежим, сударь!

— Нет, — ответил молодой барон нарочито громко, превозмогая нахлынувший ужас. — Так где, говоришь, та лестница, что ведёт на башню?

— Если хочешь попасть наверх, то тебе придётся пройти мимо Лиловой Дамы, — проговорил разбойник торопливо. — Сейчас Дама стоит как раз там, где лестница… Единственная лестница, которая ведёт на башню… И ты пойдёшь, не побоявшись привидения? Выкинь из головы свою блажь! Бежим, если хочешь остаться в живых!.. — Его факел мелькал уже на ступенях лестницы, голос становился всё тише.

Порыв ужаса качнул было Максимилиана вслед за ним, но в следующее мгновение он опомнился. Бледное лицо Луизы мелькнуло в его отуманенном сознании, вспомнилась ужасная картина, увиденная им на лесной дороге: карета с распахнутыми дверцами, бездыханное тело его любимой… Юноша выше поднял свечу и двинулся навстречу привидению.

Удаляющийся свет факела какое-то время ещё мелькал позади и вскоре исчез окончательно. Смолк и звук шагов убегавшего разбойника. Темнота как будто сгустилась ещё больше. Свет свечи едва дотягивался до ближайших колонн.

По мере того, как Максимилиан подходил к призраку, тот таял, и когда юноша добрался до узкой изгибающейся лестницы, уходившей вверх, привидения уже не было.

Максимилиан начал подниматься. Свет свечи дрожал на кирпичных стенах и каменных ступенях. Кое-где в стенах попадались окошки, похожие на бойницы. Из них на лестницу врывался блеск молний и залетали порывы ветра с дождём. Максимилиану приходилось прикрывать огонёк рукой.

Одолев лестничный марш и пройдя заваленную обломками площадку, он вступил на следующую лестницу. Здесь до его слуха донеслось слабое журчанье. Максимилиан вдруг обнаружил, что навстречу ему по ступеням текут ярко-алые струи. Он похолодел. Несомненно, это была кровь! Журчанье усилилось, и вскоре уже не струи, а целые ручьи перекатывались со ступени на ступень. Сапоги юноши были в крови по самую щиколотку, страх душил его, но он продолжал подъём.

Лестница привела в просторную залу, где кровью был залит весь пол. Залу озаряли молнии, свет которых врывался через широкие проломы в стенах. Юноша замер на пороге, поражённый представшим ему зрелищем. Посреди залы на постаменте возвышался широкий чёрный гроб без крышки. В нём бурлила и пенилась кровь, переполняя его и переливаясь через края, словно в его чреве бил какой-то адский родник. Постамент окружали четыре коленопреклоненные фигуры в тёмных плащах с капюшонами, низко надвинутыми на лица. Фигуры опирались на золотые жезлы с наконечниками в виде собачьих и вороньих голов. Не обращая внимание на струящуюся вокруг кровь, они стояли неподвижно, подобные безмолвным стражам. Ни один из них не пошевелился, когда в залу со свечой вошёл Максимилиан. Зато сильнее забила кровь из страшного гроба, кроваво-красные волны с плеском начали рушиться на пол, разбиваясь в брызги.

Справившись с оторопью, юноша двинулся к двери, находившейся в противоположном конце залы. За ней виднелась ещё одна лестница.

Он шёл вдоль стены, обходя гроб. Уже выйдя из залы, он не удержался и ещё раз взглянул на страшную домовину. Из наполнявшей её крови медленно поднималось что-то тёмное и невыносимо жуткое. Больше всего оно походило на большую голову, только не человеческую, а змеиную, хотя Максимилиан не мог её как следует рассмотреть в полумраке. Однако ему определённо казалось, что он различает блестящие глаза чудовищного демона, неотступно следившие за каждым его движением.

Внезапно из крови выпросталась чёрная когтистая рука и легла на край гроба. Зашевелились и фигуры в плащах. Не дожидаясь, когда они поднимутся, Максимилиан с гулко бьющимся сердцем бросился вверх по ступеням. Зала со страшным гробом осталась позади и плеск льющейся крови потонул в грохоте ливня за стенами.

Лестница изгибалась, идя по периметру башни, сотрясавшейся от оглушительных раскатов грома. Метался свечной огонёк, грозя потухнуть. Над головой юноши проносились летучие мыши…