Игорь Волков – Скрытые границы (страница 41)

Я рассчитал маневр, загрузил программу в автопилот, убедился, что все работает корректно, и пошел за Райли. Оборудования в этот раз было немного: пара гамма-сканеров, штук пять гироплатформ со стандартным набором датчиков, два дрона с лидарами и несколько ящиков, назначения которых я не знал. С подготовкой мы провозились минут сорок. Закончив, вернулись в рабочий зал.

Больше дел не было, теперь оставалось только ждать прибытия. И тут я вспомнил, что хотел узнать у Райли про заявку на экспедицию и корабль. Оказалось, заявку подтвердили и корабль за нами уже закрепили. Снова «Дедал». Я вытряс из Райли документы, нашел свой раздел и начал просматривать схемы. Ву присоединился ко мне. Вместе мы проверили, что никаких новых модификаций в корабль не добавили.

— Прямо ностальгия, — Ву нашел в разделе папку с фотографиями помещений, вывел их на настенный экран и запустил перелистывание.

— Ух ты, — Ольга отвлеклась от своего монитора и подошла к нам ближе. — Какой шикарный.

Подтянулись Райли с Мартинесом, а через минуту и Лео.

— У нас же были свои фотографии, — Райли прервал трансляцию Ву и, порывшись в каких-то папках на коммуникаторе, запустил новый поток.

— О, серьезные какие, — Лео звонко расхохоталась, глядя на снимок где мы с Ву в лаборатории сосредоточенно склонились над экраном компьютера.

На фото у меня рука еще была закована в турбокаст. Напоминание об этом периоде болезненно кольнуло в глубине души, но я сохранил на лице улыбку.

— О, а тут смотри, — Ольга, покатываясь со смеху остановила кадр, где мы с Райли обсуждаем газовые облака. Лица у нас были очень воодушевленные. Но почему-то выглядело это, действительно, смешно.

— А я не видела этих фото, — озадачено произнесла Лео, забирая у Райли управление фотопотоком.

— Так, конечно, после вашей выходки с бегством в одном скафандре с летящего в глубоком космосе корабля было уже не до фотографий, — фыркнул Эванс.

Так, перебирая фото и вспоминая разные моменты из прошлой экспедиции, мы просидели до конца перелета. Столько воспоминаний нахлынуло. Теплых, уютных, несмотря на то, что не все моменты из них были приятными. Часть снимков я даже сохранил себе, скинув в локальную папку на коммуникаторе.

Нас прервал сигнал автопилота, сообщив о прибытии в заданную точку. Ву вздохнул и, перекинувшись со мной понимающим взглядом, переключил фотопоток на трансляцию с внешних камер. Снимки наших приключений исчезли, на экранах появился корабль, выхваченный прожекторами лаборатории из черноты космоса.

— Смотри-ка, фонит до сих пор, — удивился Ву. — Предыдущие за полчаса приходили в норму.

— Дистанция, наверное, сказывается, — пожал плечами Райли. — Нужно кому время на чай-перекус или сразу выносим датчики?

Вопрос прозвучал как риторический: сам Эванс явно был охвачен нетерпением, да и из нас никто не хотел оттягивать момент осмотра корабля. Пока выставим датчики, он как раз отфонит. А если нет — будет время и на чай, и на перекус.

Я пошел в шлюз первым. Там меня нагнали два инженера из команды Ву, а чуть позже к нам присоединился и Райли.

— Можно я с вами? — на пороге появилась растрепанная Ольга.

Кажется, она бежала.

— Да мы быстро сами все раскидаем, — отмахнулся Райли.

— Интересно было бы почувствовать на себе как это — делать что-то в открытом космосе, — Ольга не настаивала, но Эванс внезапно сдался и кивнул в сторону стойки со скафандрами.

— Вот ничего ж себе, — раздался в клипсе голос Лео, которая видела нас через камеры. — Меня ни разу не пустили!

— Ну сейчас спешки нет, корабль все равно фонит. И Ольга инженер. Ей, действительно, надо потренироваться перед экспедицией.

— Замечательно, — едко откликнулась Лео.

Я послал ей в камеру воздушный поцелуй, после чего натянул шлем. Инженеры тоже были уже готовы, мы ждали только когда Эванс закончит проверять скафандр Ольги.

Показав руку с поднятым большим пальцем, Райли сообщил, что все в порядке.

— Можно выходить.

Я открыл шлюз и аккуратно, чтобы удалялись они не слишком быстро, вытолкнул датчики наружу. После чего, слегка оттолкнувшись ногами от шлюза, выплыл сам. Следом за мной вышла Ольга, а потом инженеры. Замыкал нашу цепочку Райли.

Ольга ухватилась за один из ящиков и попыталась его тащить. Я с минуту смотрел на это, потом оставил свой датчик болтаться на месте и пошел на помощь.

— Вот, смотри, его не надо тащить. Когда ящик сзади — остатки реактивной струи из ранца отбрасывают его назад. Включаешь малую тягу, толкаешь ящик вперед, выключаешь ранец и летишь вслед за ящиком. А в точке, где он должен стоять — наоборот. Обгоняешь его, включаешь малую тягу, ловишь и гасишь двигателями инерционное движение.

Я на собственном примере продемонстрировал все, о чем сейчас рассказал и махнул перчаткой, чтобы Ольга пробовала сама.

Корабль по-прежнему сильно фонил, даже невооруженным глазом это было видно. Внимательно вглядевшись в его черный колеблющийся силуэт, я кивнул на него Ольге и сказал:

— На всякий случай, пока он в таком состоянии, к нему лучше не приближаться. Поэтому толчки делай небольшие и следи за координатами, которые тебе показывает коммуникатор.

Ольга рукой показала, что все поняла. Слегка подтолкнула ящик. Тот начал отплывать от нее, но совсем с черепашьей скоростью. Второй раз она толкнула его сильнее. Ящик, набрав скорость, начал выходить за пределы области, в которую его нужно было поставить. Ольга прибавила струю в ранце и кинулась догонять ящик.

— Стой! — мне тоже пришлось прибавить тягу на ранце, только догонял я Ольгу. — Нельзя близко к кораблю!

Поймав ее за ногу, я толкнул Ольгу себе за спину. От этого движения меня развернуло и кинуло ближе к кораблю. Я не сразу сориентировался в пространстве и, включив ранец, только еще сильнее увеличил скорость сближения.

— Лех, в другую сторону! — крикнул в клипсу Ву.

Ответить ему я уже не успел. Пространство вокруг меня покрылось каким-то туманом, связь пропала. Ни корабля перед собой, ни лаборатории сзади я не видел. Появилось ощущение, будто «сосет под ложечкой», а вслед за ним закружилась голова. Я чувствовал, как сознание пытается ускользнуть от меня и бросил все силы на то, чтобы его удержать.

Через какое-то время стало легче. Я позволил себе оглядеться. Вокруг меня текло нечто. Назвать это космосом было затруднительно: пространство пронизывала струящаяся дымка, образующая маленькие галактики в инверсии. Я медленно крутанулся на месте в надежде найти корабль, Ольгу, датчики. Но ничего этого рядом со мной не было. А от того, что было, снова закружилась голова и накатил приступ тошноты. Пытаясь справится с ней, я закрыл глаза и неожиданно для себя самого «коснулся» корабля. Он был где-то тут, рядом. Плотнее стиснув веки я потянулся к нему. Двигаться не получалось, мы будто оба застряли в болоте. И чем сильнее я пытался прорваться к кораблю, тем больше увязал в том месте, где находился. Я почти отчаялся, почти сдался, когда внезапно ощутил движение корабля ко мне, навстречу. Удивленно открыв глаза смотрел, как из дымки показываются его очертания. Словно в замедленной съемке, корабль прорезался из небытия весь, целиком, и застыл прямо передо мной.

Долго смотреть на что-то я не мог, начинала кружиться голова. Поэтому приходилось делать перерывы, закрывать глаза и глубоко дышать. Я ждал. Корабль оставался на месте. В этом странном пространстве я не понимал, фонит он или нет, но терять мне, похоже, было нечего.

Надышавшись на некоторое время вперед, я распахнул глаза, активировал ранец и, набрав небольшую скорость, поплыл в направлении корабля. Добравшись, нашел какую-то техническую скобу, уцепился за нее и, с облегчением, снова зажмурился. Так провисел какое-то время, пока голова не пришла в норму и опять открыл глаза.

Воспринимать картинку в инверсии было тяжело, поэтому я никак не мог сообразить, в какой части корабля нахожусь. Пришлось потратить некоторое время, чтобы найти шлюз. К моей радости датчик внешнего открытия дверей оказался рабочим и шлюз распахнул мне свой зев, блеснув пронзительной белизной корабельного нутра. Я включил фонарик на скафандре и темный луч пронзил эту белизну, выхватывая в ней детали внутренней части шлюза. Зажигать корабельный свет я не стал — меня снова сильно тошнило и кружилась голова, не стоило даже пытаться искать кнопку включения.

Я заплыл внутрь, закрыл за собой внешнюю дверь и, миновав шлюз, оказался в коридоре. Через силу огляделся. Да, в этот раз мы, определенно, поломали корабль каким-то иным способом. Завалы волной шли сначала в сторону кормы, а потом разворачивались к носу, делая красивый изгиб. Датчики скафандра утверждали, что воздух во внутренней части корабля есть. Я хотел снять шлем, чтобы поберечь дыхательную смесь, но потом передумал.

Попробовал дотянуться хоть куда-нибудь — до Лео, Райли, лаборатории, Мимаса. Все было тщетно, сколько бы не пытался, отклика не было.

На меня накатила паника. Я чувствовал, как холодный пот собирается на лбу и между лопаток, как безумно, почти в горле, колотится сердце. Но взял себя в руки. Снова закрыл глаза, крепко, до боли сжал веки и еще раз потянулся, пытаясь нащупать хоть что-то. Отзывалась пустота. Снова и снова одна пустота. И вдруг, на пределе возможностей, я нащупал нечто знакомое. Самыми кончиками чувств, так, что было даже не ухватиться. Но мне так сильно хотелось вырваться из чуждого мне пространства, что я вцепился в это нечто. И потащил себя и груду железа, которая раньше была кораблем, к тому, что казалось сейчас знакомым.