Игорь Власов – Операция Паломник (страница 36)

Уцелевшая створка двери была закрыта, а из нее наполовину высовывалась фигура до боли знакомого Томаса Чертча. Тот словно стоял на пороге в раздумье. Потом он решительно вошел в комнату сквозь затемненное органическое стекло и направился к передатчику. Маккейн первым пришел в себя, подтолкнул Владимира в сторону, а сам сделал быстрый шаг в бок, пропуская призрак к пульту.

Чертч невозмутимо прошествовал между ними, сделал несколько один тумблер не сдвинулись с места, – но Томас манипулировал ими так, будто действительно что-то переключал. Потом он протянул руку к микрофону и поднес ее ко рту, держа пальцы так, словно в руке его был микрофон. Но тот так и остался в держателе на пульте. Сказав несколько слов в воображаемый микрофон, Томас, по-видимому, не получил ответа и бросил его на столик. Несколько секунд он стоял, облокотившись на спинку кресла, барабаня пальцами по панели передатчика. Его действия не сопровождались ни единым звуком. Затем он погладил лысый череп ладонью и несколько раз прошелся по комнате, заглядывая в открытые окна.

Кузнецов стоял, затаив дыхание. Да, это был самый настоящий Томас Чертч. Лысый. С большой головой. В не глаженых, как всегда, брюках. В широкой, свободной блузе с большим вырезом на шее. На ногах зеленые ботинки, которые он не снимал даже на пляжах Эксельсиора.

Томас словно ожидал кого-то. Но кого? И вообще, каким образом он мог возникнуть, появиться, если Аннет, Донован и Гарднер уже видели его останки?

За дверью, словно кто-то позвал его, он что-то беззвучно крикнул в ответ и тут же вышел через закрытую дверь.

– Владимир, – Маккейн выглядел ошарашенным. – У меня не было никогда галлюцинаций. Это что, был один из тех двоих? – он поднял глаза на потолок.

– Это не галлюцинации. Это действительно Томас Чертч. Мы с ним долгое время были дружны. Сначала я подумал, что мне конец… сумасшествие. А теперь я думаю, что это действительно было. – Кузнецов помассировал лицо ладонями, точно отгоняя наваждение, потом решительно заявил. – Я пойду за ним.

– Я с тобой!

– Нет, Джон. Ты нужен тут. С минуты на минуту прилетят Томсон с Пьером и Евой. Пусть сразу же идут сюда. Им пока ничего не рассказывай. Я очень быстро вернусь. – он секунду помолчал, потом закончил: – Мне надо проверить одну мысль.

Кузнецов открыл дверь и выглянул в коридор. Фигура Чертча мелькнула в левой его части, которая вела к выходу. Стараясь не шуметь, Владимир быстро двинулся в ту же сторону, прошел через несколько коридоров и подземных переходов. Его всюду сопровождала полоска вспыхивающих светильников, а Томас шел в темноте и прекрасно ориентировался.

Так они дошли до эскалатора, ведущего в главный пульт управления, и поднялись наверх. Дверь по-прежнему была открыта, как ее и оставили Гарднер с Донованом, но Томас сделал движение, словно прикладывает ключ к открывающему замку.

Внутрь они вошли друг за другом. Владимир ожидал увидеть здесь Радика Шухарта и не ошибся. Тот сидел за главным Вычислителем и с изяществом виртуозного пианиста вводил в него какую-то только ему известную программу. К нему приблизился Томас и стал активно жестикулировать. Потом они вместе начали делать какие-то вычисления, надавливая клавиши и перебивая друг друга, но, Кузнецов ясно видел, что клавиши не двигались. Всю панель Вычислителя покрывал толстый слой пыли, вперемежку с хлопьями свалявшейся трухи.

Вдруг, неожиданно прекратив спорить между собой, они вышли из-за пульта, прошли в центр зала и развернули большой рулон бумаги, на нем была изображена какая-то инженерная схема. Владимир поспешил подойти ближе и всмотрелся. – Маятник! – вслух громко воскликнул он, потом испугавшись эха от своего голоса, зажал рот рукой. Это было не обязательно – ученые его не слышали.

Тогда Кузнецов, до крови закусив губу, дотронулся до локтя Томаса Чертча. Рука прошла через пустое место, не встретив сопротивления.

С юга донесся приглушенный звук приближающегося винтолета. Не оборачиваясь, Владимир вышел из главного пульта.

На некоторое время в вездеходе воцарилась тишина. Пахло пластиковой обшивкой и озоном. Аннет сразу выставила климат-контроль в режим «гроза». Мерно гудел мотор. Девушки обменялись многозначительными взглядами, и Линда сказала:

Пол сидел на заднем сидении и не мог видеть лица Линды, но он хорошо знал – девушка пребывала в бешенстве.

– Не утруждай себя, – не отрывая глаз от дороги сухо обронила Аннет-они все равно в это не поверят. – она надавила на акселератор, и вездеход басовито загудев, послушно прибавил ход. – Пока сам с этим не столкнешься, не поймешь.

– Ты сказала, что у тех, чужих, был вездеход, – не то спросил, не то подтвердил Пол.

– Да, только не вездеход, а скорее тяжелый танк. – Линда повернулась к нему в пол-оборота.

– Я объехал шестой, седьмой и даже восьмой накопители, – Пол вздохнул и развел руками, – там не было никакого танка, даже захудалого вездехода.

– Ты нам это уже говорил. – Линда снова отвернулась и отрешенно уставилась в лобовое стекло.

Пол вздохнул и опять замолчал. Он очень хотел ей верить. Очень. Но факты говорили против слов девушек. Пол облазил всю округу: искал следы гусениц или протекторов, или хотя бы легкую борозду на песке, которую должна была оставить многотонная машина, двигающаяся на гравитационной тяге.

Томсон посадил винтолетчуть ли не на ступеньки подъезда Центральной станции. Девушка удивленно оглядывалась, не решаясь выйти из машины. Пьер первым спрыгнул на траву и помог ей спуститься на землю. Яркий диск Саважа, опускающийся к закату, мягкая зеленая трава, разбросанные в беспорядке яркие цветы, тенистые кроны деревьев. Девушка с восторгом прошептала:

– Я читала, что такое есть, что такое бывает. Но я не представляла, как это чудесно.

Пьер впервые за несколько дней улыбнулся, обнял ее за плечи и повел вверх по ступеням. Томсон повесил за спину «Иглу» и последовал за ними.

В коридоре, ведущем к отсеку связи, они встретили Кузнецова. Владимир шел с задумчивым видом, держа на вытянутых руках странный аппарат с четырьмя пропеллерами по бокам. Увидев идущих навстречу друзей, он просиял:

– Привет парни! Я рад, что вы вернулись! – Тут он заметил идущую позади девушки.

– О, Ева! – он замешкался, желая обнять чудом нашедшуюся жену Пьера, но не зная куда пристроить занимающий руки громоздкий аппарат. – Как я рад снова тебя видеть!

– Я – Ирен. Ведь Ева умерла.

Владимир мельком взглянул на Пьера, на переминающегося с ноги на ногу Самюэля и, кажется, все понял.

Пьер стоял, опустив голову, и держал девушку за руку.

– Ну, хорошо. – улыбка Кузнецова немного потухла. – Поднимайтесь в отсек связи, там решено провести общий сбор. Нам надо всем высказаться и решить, что же делать дальше. – Потом он кивнул на аппарат, который все еще держал в руках. – А я запущу разведчика и сразу присоединюсь к вам. Идите, у нас мало времени.

Когда Томсон и Пьер вошли в пульт связи, там уже было многолюдно. Мужчины натаскали из соседних отсеков офисных кресел, а Кузнецов с Маккейном, еще раньше приволокли просторный диван и широкий журнальный столик. Получился хоть и импровизированный, но неплохо оборудованный командный штаб. Единственный пока перепрограммированный Кузнецовым киберуборщик, как раз заканчивал убирать осколки от выбитой погрузчиком Пола двери.

Пьер забежал в отсек связи первым и успел предупредить присутствующих, что его жена хочет, чтобы ее называли Ирен. Когда они тоже вошли, Аннет поднялась им навстречу и сказала просто:

– Здравствуй, Ирен!

– Здравствуй…

– Меня зовут Аннет. Это-Линда. Ну а с другими ты сама вскоре познакомишься.

– Аннет. – протянула девушка, словно пробуя имя на вкус. – Это очень красиво. Что мне сейчас делать?

– Ирен, тебе понравится смотреть в окно, – сказал Пьер, беря девушку за руку. – Я уверен. – он осторожно отвел ее к широкому, от пола до потолка, окну и усадил в кресло. – Смотри, как там красиво! И нет никаких ползунов и перевертышей.

Девушка затихла в кресле.

– Так, с чего начнем? – первым взял слово Гарднер.

– Давайте теперь уж с самого последнего события – сказал Маккейн, бросив не добрый взгляд на Пола. – Самовольно оставил пост, – принялся он загибать пальцы, – никого не предупредив, устроил у входа фейерверк, а потом взбаламутил всех выдуманной историей о чужаках на накопителях…

– Да, мы их видели, – воскликнула Линда, опережая готового взорваться Пола. – Но я не могу объяснить, что это такое.

– Подожди, Линда. – Аннет решила помочь подруге. – Давай лучше я. – она встала из кресла и обвела присутствующих внимательным взглядом. Все затихли. Сейчас Аннет казалась спокойной и собранной, разительно отличаясь от той запуганной и сломленной женщины, которую они нашли сегодня утром в коттеджном поселке. – Мы с Линдой решили проверить накопители энергии. – продолжила она, оставшись довольной произведенным эффектом. – Я давно обратила внимание, что время от времени над пятым блоком появляется нечто вроде дымки, как будто колебания горячего воздуха. – она замолчала, будто решая, продолжать говорить или нет. Наконец решилась. – Вот в такие как раз моменты и начинали появляться на базе, – девушка на секунду замялась, – призраки, а точнее фантомы людей, работавших здесь до катастрофы. – она поправила волосы. – Я это только сегодня поняла. То есть смогла сопоставить эти два события.