Игорь Власов – Операция Паломник (страница 28)
«Нет, надо найти другой вариант!». Пол вспомнил, что на складе в лабораторном секторе ему вроде бы попались на глаза несколько новеньких упаковок с системными блоками. Тогда он не обратил на них внимания, но теперь это сулило возможности. Пол помедлил. Отсюда до склада минут пять, не больше, если воспользоваться передвижной платформой. На поиски тоже минут пять-семь и обратно. Итого, от силы семнадцать минут.
Пол покосился на огонек связи, горевший ровным зеленым светом. Оставить пост на семнадцать минут? Парень колебался, лихорадочно ища решение. Можно, конечно, синхронизировать приемник с его браслетом-коммуникатором, но если сигнал будет слабым, то есть риск пропустить передачу.
– Ладно, была-не была! – Пол подбежал к пульту и с ловкостью пианиста ввел индификационный номер своего браслета, – успею!
Он вскочил на водительское кресло платформы, вдавил в пол акселератор. Раздвижные двери пульта связи едва успели распахнуться перед рванувшей на них машиной.
Первая заминка произошла еще при подъезде к «Стрекозе». Искин корабля категорически отказался их пропускать. Пришлось вызывать Кузнецова. Инженер-кибернетик долго извинялся за непредвиденный сбой в системах «Стража». Ему потребовалось время, чтобы подняться в рубку управления и занести в память корабля новые данные о приоритетах. После этого искин на время снял защиту, и они оказались на борту корабля.
– Я Пола, Линду и Джона Маккейна сразу добавил в систему, когда вы уехали, – в который раз уже повторял Кузнецов, – Должен был и ваши тоже, а потом закрутился, из головы напрочь вылетело проверить, вот она и взбрыкнула. – он почему-то говорил об искине в женском роде.
«Если бы ты еще на „Пифагоре“ следовал инструкциям, – почему-то подумал Гарднер, – то этих детей с нами сейчас не было».
– Что ты там нашел? – спросил у Владимира более практичный Маккейн.
– М-м-м… – невразумительно протянул Кузнецов, – По правилам я должен первым показать это капитану. – он чуть замялся. – Томсон на связь не выходил?
– Нет, – Маккейн поднес браслет к глазам. – До связи не меньше двух с половиной часов. Между базами какой-то экранирующий барьер. Никакой возможности с ним связаться. Я тебе вроде рассказывал…
– Да-да, – быстро подтвердил кибернетик, – Помню. – он кивнул, решаясь. – Хорошо, вы должны это видеть. Идемте за мной.
В лифте все молчали. Когда же кабина остановилась на уровне грузового отсека, Владимир сказал:
– Правда, я сам не понимаю, что это за штука. – он виновато пожал плечами.
– В центральном компьютере данных нет. Никаких. Можно только гадать. А главное, – кибернетик встрепенулся – Кто, когда и каким образом смог незаметно протащить эту хрень на мой корабль?
«Хренью» оказался здоровенный, практически невидимый глазу объект, находящийся в самом конце грузового трюма. Если бы Кузнецов не подвел их вплотную, никто бы его и не заметил. Со стороны казалось, что он прозрачный. Через него на заднем плане хорошо просматривались многоярусные стеллажи, забитые маркированными коробками разных форм и объема, еще дальше виднелись стоявшие правильными рядами кибер-погрузчики. Только хорошо присмотревшись, можно было уловить малозаметную дифракцию света по его периметру.
Люди замерли, удивленно разглядывая находку. Гарднер почесал переносицу. «Если бы не яркое освещение, то можно было запросто пройти мимо, а еще хуже, попробовать пройти сквозь это».
– Фийю! – присвистнул Маккейн. – Ололошеньки-ло-ло, – добавил он непонятную фразу и замолчал.
Все оглянулись на него. Джон подошел к невидимому объекту и осторожно коснулся его рукой. Тотчас же по прозрачной поверхности пробежала легкая рябь. Маккейн тут же отдернул руку – рябь исчезла, словно ее и не было.
– Тьфу ты! – выругался он, отходя подальше от этой штуки. – Холодная.
– Тебе это знакомо? – напрямик спросил его Кузнецов.
– Можете считать меня ненормальным, но эта штука не что иное, как десантный многофункциональный комплекс быстрого развертывания.
– Что!? – воскликнул Донован.
– Что ты хочешь этим сказать!? – Кузнецов медленно багровел.
– Вы спросили, а я ответил. – развел руками Маккейн. Хотел бы ошибаться, но в ГДЧС у нас был спецкурс. – Джон обвел всех многозначительным взглядом. – мы изучали такие штуки. По видеоматериалам, правда. В теории, так сказать.
– И какое у него, – Кузнецов кивнул в сторону куба головой, – назначение?
– Это чисто армейские штучки, – Маккейн потупился, – к провидице не ходи. Я, в общем, поэтому и ушел с третьего курса. Не по душе мне вся эта военщина. – Джон сплюнул на пол, – То ли дело, геологоразведка!
– Но это же против всяких правил! – Кузнецов, похоже, не мог поверить. – На гражданском судне и военный комплекс! Надо срочно связаться сТомсоном. Черт знает, что такое! Да это просто возмутительно!
Гарднер ни разу не видел кибернетика в таком бешенстве. Он даже не мог представить, что Кузнецов, весельчак и душа компании, может так рассвирепеть.
Донован подошел к нему и, чуть заикаясь, сказал:
– Володя, сдается мне, что на этой планете нет н-ничего н-невозможного.
– Да, и потом, – Маккейн понял, что своими словами чрезмерно обострил обстановку. – Сейчас этот комплекс находится в спящем режиме, а без специальной команды его ни за что не активировать.
В этот момент, словно подслушав его слова, прозрачная поверхность объекта пошла рябью, а через неуловимое мгновение он сделался матово-черным. Люди в страхе отшатнулись, только сейчас до конца осознав его материальность и размер. Со стороны казалось, что на пустом месте, вдруг откуда ни возьмись, возник многотонный ангар. Раздалось низкое гудение, и передняя сторона объекта разошлась лепестками в стороны, открывая проход в чрево десантного модуля.
Женщина смотрела на них, ничем не выражая своей радости или удивления. Готье открыл дверцу винтолета и, высунувшись по пояс наружу, крикнул:
– Ева! Это я! Ева! Это я, Пьер!
Каких-то двадцать метров воздуха и десять сантиметров прозрачного органического стекла разделяло их.
– Сэм, надо где-то прорезать купол плазмовиком. – Он оглянулся на товарища, – Иначе мы туда не попадем.
Томсон согласно кивнул и отвел «Шмеля» на несколько метров вдоль стены. Пьер вытащил из багажника «Иглу» и проверил заряд. Аккумуляторы заметно подсели, но оружие оставалось боепригодным.
– Давай, Сэм, еще правее! – Готье вскинул плазмовик, приготовляясь стрелять.
– Черт! – вырвалось у него. – Что она делает?
Фигура женщины передвигалась следом за ними. Огромные голубые глаза внимательно следили за их действиями. Но она ни одним жестом не показала, что узнала Пьера или Сэма. Ни один мускул не дрогнул на ее лице. Она только медленно перебирала по прозрачной стене руками, двигаясь как заведенная кукла.
– Сэм, попробуй к вершине купола! Иначе она не даст нам прорезать дыру. С ней что-то случилось!
Томсон молча кивнул в ответ, с силой закусив губу.
Винтолет поднялся к вершине купола, но стрелять все равно было нельзя. Женщина стояла прямо под ними. Готье нервно сжимал и разжимал побелевшие кисти рук.
– Сэм, давай я обвяжусь поясом и спущусь на тросе с плазмовиком, а ты разворачивай «Шмеля» в другую сторону. Она не сможет сразу находиться с двух сторон купола. Или ты, или я успеем проделать отверстие.
Пьер заскользил, прижимаясь к гладкому куполу вниз и остановился на небольшом карнизе на уровне пола. Женщина не спеша приблизилась. Ева! Ева! – ему тисками сдавило горло. – Бедная! Какой же она стала худенькой! Лишь огромные глаза такие же живые. – Он, неуклюже держа плазмовик за ремень, тыльной стороной ладони смахнул, откуда ни возьмись выступившие слезы. – Но почему она не узнает его? Почему не подает знака, что рада видеть?
В это время с противоположной стороны послышались выстрелы. Видно не было, но Готье сообразил, что это Сэм прожигает для него отверстие. Скорее бы! Ему так хотелось обнять, казалось бы, потерянную навсегда жену!
Томсон подвел «Шмеля» на предельно близкое расстояние до купола и методично принялся выжигать в прозрачном пластике отверстие. Он перевел плазмовик в режим максимального рассеивания. Эффективность оружия резко снизилась – большая часть энергии беспрепятственно улетучивалась сквозь прозрачный купол, однако полимер вскоре потемнел от высокой температуры, и дело пошло быстрее. Наконец, в стекле образовалась дыра достаточная для того, чтобы в нее смог пролезть человек.
«Достаточно», – скомандовал себе Томсон, и винтолет, взмыв над куполом устремился к балансирующему на высоте Готье.
Только с третьего раза Пьеру удалось поймать трос и пристегнуться. Он, как мог, мимикой и жестами показывал Еве, что скоро вернется, пока Томсон не втянул его в кабину. Женщина проводила его ничего не выражающим взглядом.
– Какая-то она странная, Пьер – тихо сказал Томсон, – ты не находишь?
– Странная? – Готье неприязненно посмотрел на товарища, – Я на тебя бы посмотрел, случись с тобой такое…
«Шмель» завис метрах в десяти над отверстием, проделанным Томсоном.
– Края могли еще не остыть, – без эмоций констатировал Сэмюель.
– Времени нет, – Пьер уже распахнул дверь кабины, – Видишь, как твари внизу всполошились?