Игорь Власов – Исход (страница 23)

«Так, теперь ещё одно, — Ник пробежал к противоположному окну. — Сколько же их там?» За тот маленький промежуток времени, когда он дрожащими руками боролся с непослушным крюком, Ник успел заметить, что всё пространство у подножья маяка было заполнено плотным, омерзительно кишащим ковром всевозможных тварей.

Захлопнув последний проём, он опустился на пол, где стоял. Кровь, пульсируя, стучала в голове. «Так, спокойно!» — приказал он себе. Потом постарался как можно сильнее расслабить плечи и, глубоко вздохнув, медленно выдохнул. Повторив это нехитрое упражнение несколько раз, почувствовал себя лучше.

Было темно. Лучи Доминии еле пробивались через плотно закрытые ставни. Снаружи доносился стрёкот, шипение и неприятно режущее слух царапание. В дверь уже не долбились что есть силы. И только изредка она сотрясалась, словно что-то большое с разбегу налетало на неё. Глаза быстро привыкали к темноте. Желтобрюх, валяющийся на спине посреди залы, затих.

Ник сидел, размышляя, стоит ли зажигать факелы, развешанные вдоль стен и выполняющие роль светильников. Отсутствие освещения ему не мешало. Он мог прекрасно видеть в практически полной темноте. Но, рассудив, что горящие факелы, возможно, хоть как-то отпугнут беснующуюся за стенами толпу гадов, поднялся и пошёл искать, чем их зажечь.

Отыскав наверху кресало, он снова спустился вниз и запалил по очереди все факелы. Ник остался доволен своей работой. Зала равномерно освещалась неровным мерцающим светом, и на миг он почувствовал себя средневековым рыцарем. Не хватало малого — камина и пары борзых, лежащих на небрежно брошенной у ног медвежьей шкуре. Усмехнувшись своему разыгравшемуся воображению, он снова поспешил по винтовой лестнице наверх.

Маяк был высотой метров в тридцать. В придачу строители возвели его на естественной возвышенности. Так что из больших арочных окон по всему периметру верхнего яруса прекрасно просматривалась вся округа. Пристань, догорающие защитные рвы. Видна была даже часть центральной площади Башни с поваленной им треногой. И везде замечалось непрерывное движение. Что-то ползало, прыгало, беспорядочно передвигалось. С запада шёл непрерывный гул от накатывающих плотной волной существ.

Ник ещё раз внимательно посмотрел вниз. До Быстрой Воды напрямик было рукой подать, но путь надо было проделать по высокой псевдотраве. А что в ней может скрываться, даже подумать жутко. Да и она сама вызывала не меньшее опасение. Очень не хватало Шептуна, Сита. Возможно, старик что-нибудь, да и придумал бы. «Нет уж! — Ник укорил себя за малодушие. — Пусть уж лучше плывут себе на пароме». Ник представил, как Шептун стоит сейчас на корме, вглядываясь в покинутый берег, и, по своему обыкновению, шевелит губами, и улыбнулся.

В этот момент он был недалёк от истины. Шептун вместе с Ситом стояли на борту. Из глаз старика текли слёзы. Мальчик, прижавшись к нему, вглядывался в удаляющийся берег. Другие шептуны стояли чуть поодаль, не решаясь подойти. Они знали, что началось Возрождение. Его так скоро никто не ожидал. Лес, не дожидаясь окончания Исхода, забирал землю себе.

Ника смущал появившийся в непосредственной близости от маяка холм. Днём его точно не было. Сейчас он достигал уровня оконных проёмов нижней залы. Чтобы не сидеть в напряжённом ожидании, Ник несколько раз обошёл все помещения маяка, выискивая места возможного прорыва существ.

Здание, сложенное из массивных, плотно подогнанных друг к другу глыб, имело шестигранную форму и было весьма неплохо приспособлено к непродолжительной осаде. Ник найденными в глубине залы досками тщательно подпёр входную дверь. На каждое окно навалил увесистый хлам, который в изобилии имелся на маяке. Судя по всему, порядок и покойный смотритель были вещами совершенно несовместимыми. В ход пошли пустые бочки, обрывки толстых цепей, крупные камни, с незапамятных времён отвалившиеся от стен, да так и оставшиеся лежать под ними.

«Если тварям всё-таки удастся прорваться сюда, — размышлял Ник, — придётся отступать вверх по винтовой лестнице. Надо подумать, чем можно будет в случае необходимости и её завалить». Он ещё раньше приметил наверху сломанный стол на трёх ножках. Четвёртую заменял увесистый сундук, заодно выполняющий функцию кровати. Кажется, была там ещё и бочка с горючей жидкостью для лампы и факелов.

Маяк тряхнуло. С потолка посыпалась мелкая каменная крошка. На дверь тут же обрушились глухие удары. Ставни на окнах, исступлённо заскрипев, принялись ходить ходуном. За стеной поднялся нестерпимый визг. Вдруг разом потемнело. Ставни, натужно треща, начали прогибаться вовнутрь, словно кто-то снаружи давил на них со страшной силой. Створки одного окна не выдержали напора и, звонко расколовшись надвое, провисли на ржавых петлях. Ник выхватил меч, пятясь спиной к винтовой лестнице. По подоконнику что-то тёмное медленно вползало в залу.

В следующее мгновение в открытый проём с воем полезли незнакомые Нику твари. Они протискивались, словно старясь опередить друг друга, падали с высокого подоконника, тут же вскакивали и хаотично разбегались по залу, освобождая место для идущих следом. Воздух наполнился клацаньем клешнёй, перестуком когтистых лап. Твари пихались, грызлись между собой, издавая при этом истошные клокочущие звуки. Буквально через минуту вся зала наполнилась бестолково снующими существами. Ник поднялся на один пролёт и беспомощно наблюдал за этим бешеным калейдоскопом. Это продолжалось недолго. Сначала одна тварь, дико шипя, бросилась на него, затем вторая. Вскоре на узкой винтовой лестнице было не развернуться.

Поначалу Ник просто наотмашь рубил наскакивавших на него снизу существ. Потом перешёл в глухую веерную защиту. Меч Гора стремительно выписывал восьмёрку, с лёгкостью отсекая клешни, хитиновые лапы и головы наседающих тварей. Время от времени приходилось ногами скидывать расчленённые трупы вниз по лестнице, иначе пролёт был бы давно ими завален и пришлось бы отступать на следующий. Это давало ему некоторую передышку. Твари сразу же накидывались на своих менее удачливых собратьев и, разрывая их на части, тут же принимались неистово пожирать. Создавалась сутолока и в без того узком проходе. Задние ряды, стремясь прорваться наверх, напирали на передние. Те огрызались, принимая устрашающие позы. Потом эта шипящая и клокочущая на разные голоса масса вновь набрасывалась на него.

Ник прекрасно работал как правой, так и левой рукой. Чтобы раньше времени не выдохнуться, он перебрасывал меч из одной руки в другую. Некоторое время это помогало. Он даже немного воспрянул духом, но вскоре почувствовал, что понемногу начинает затекать спина. Твари были практически все низкорослыми, размером с крупную собаку, и атаковали снизу. Поэтому, чтобы эффективнее отбивать удары жал и клешнёй, ему приходилось постоянно пригибаться.

Неожиданно его левая нога заскользила на чём-то липком, и тотчас же уже разрубленная пополам тварь успела одной из восьми своих мохнатых лап, заканчивающейся острым крючковатым когтем, сильно полоснуть его за бедро. Ногу пронзила жгучая боль. Он, прихрамывая, отступил ещё на один пролёт вверх.

«Так долго продолжаться не может, — лихорадочно соображал Ник, не переставая выписывать мечом сверкающие восьмёрки. — Я либо скоро просто выдохнусь, либо ослабну от потери крови». Его ноги уже сплошь были покрыты многочисленными порезами. Разорванные вдоль и поперёк штанины липли бурыми ошмётками к телу. «Сейчас ой как пригодился бы большой альварский щит! Надо отступать наверх. Там круглый стол. Можно попробовать использовать его в качестве защиты. Но как оторваться от напирающих тварей?»

Ник пошёл в наступление, ещё быстрее работая мечом. Лезвие меча слилось в гудящую стену. Он выбрал самую крупную тварь и двумя быстрыми колющими движениями проткнул её хитиновый панцирь. Ник не стал хватать её рукой, опасаясь порезаться о мелкие, но острые шипы, густо покрывающие мохнатые конечности. Он просто с силой ударил её ногой в брюхо, отбросив в самую гущу напирающих существ. Потом несколько раз, уже не глядя, наотмашь рубанув мечом, стремительно бросился по ступеням вверх. Несколько тварей последовало за ним, остальные, застрекотав, набросились на поверженного сородича. Вбежав в комнату, он быстро огляделся. Взгляд упёрся в бочку с горючей жидкостью, стоящую близ сигнальной лампы. План созрел молниеносно. Развернувшись, Ник несколькими точными ударами покончил с преследователями и поспешил к бочке с горючей смесью. Тревожно прислушиваясь к звукам, доносившимся снизу, он осторожно, стараясь не расплескать содержимое, перекантовал бочку к лестничному пролёту.

По каменным ступеням снова зацокали многочисленные когтистые лапы. Ник, не дожидаясь, пока на нижнем пролёте появятся первые атакующие, поднатужившись, выплеснул добрую половину на ступени. Густая жидкость, весело забулькав, заструилась по камням вниз. Ник заглянул в бочку, там оставалось ещё не меньше четверти адской смеси. Скривив лицо в подобие улыбки, он пнул кованую бочку ногой, и она, подпрыгивая и то и дело ударяясь о гранитные стены, загрохотала по винтовой лестнице вниз. Сорвав вместе с крепежом ближайший факел, Ник, размахнувшись, послал его следом. Огонь чуть слышно загудел и, быстро распространяясь, побежал по каменным ступеням. Внизу ярко полыхнуло. Послышался визг, шум, что-то заухало. Лицо Ника обдало волной горячего смрада.