Игорь Витте – S-T-I-K-S. Скиталец (страница 80)

Скорее уже по привычке, чем осознано, я поднялся на второй этаж и найдя в одном из кабинетов покрытый сантиметровым слоем пыли кожаный диван, решил расположиться здесь, тем более что окна кабинета выходили как раз на провал, который не переставал притягивать мое внимание. Аккуратно сметя пыль с дивана, я уселся поудобнее и уставившись в наступающую уже за окном ночь, начал размышлять над предстоящей схваткой. Но мои зарождающиеся мысли, внезапно прервала смазанная, рваная и нечеткая картинка, показывающая силуэты двух человек. Я с трудом узнал в них Сильвию и Марику, и следом в голове, как при общении с Сестрой, возникла фраза – У нас все хорошо! Улыбнувшись такой новости, я вдруг подумал о Сильвере. И тут же сформировался мыслеобраз, показывающий призрачный силуэт скреббера на фоне пустынного кластера, который я немедленно отправил ему. То, что он примет этот образ я не сомневался, но вот поймет ли – это вопрос.

Мысли вновь вернулись к предстоящей битве.

– Так, что мы имеем? Кинетика, раз. – начал перечислять я свои дары и навыки, – Перемещение, два. Зов на него не действует, как, впрочем, и его, на меня, так что остается только хилер. Не густо, при том что я не знаю какими возможностями обладает он.

Я встал с дивана и подошел к окну. В темноте ночи, я отчетливо видел провал, и чем дольше на него смотрел, тем сильнее меня к нему тянуло. Странное, непонятное и не похожее ни на что чувство, когда ты знаешь, что тебе туда нужно, но не можешь объяснить – зачем! Руки сами подхватили рюкзак, вытащили из его глубин очередную капсулу, подаренную тем самым кукловодом, который чуть не порвал группу Рины, и вскрыл ее. Золотисто оранжевая клякса, переливаясь внутри себя, начала выползать из узкого отверстия, проделанного мной. Я наблюдал за этим действием и не мог оторвать глаз от этого зрелища, хотя и видел все это уже много раз. Наконец вся жидкость из капсулы вытекла наружу и повисла в центре комнаты, собравшись в светящийся, переливающийся разными оттенками оранжевого цвета с вкраплениями золотистых нитей шар. Я подошел вплотную к нему, любуясь заливающим комнату светом, и втянув его в себя, упал на диван, не желая, если опять отключусь, валяться на пыльном полу.

Но отключения не произошло. Внутри меня привычно бушевал термоядерный пожар энергии, и я отчетливо увидел ее циркуляцию по всему моему телу. Но вначале, прежде чем распределиться ручейками по всему организму, эта золотистая энергия, проходя через светящийся синий шар трансформировалась и приобретала такой же синий цвет, при этом, начиная светиться еще сильнее. Странно, но я не увидел внутренние органы! Ни сердца, ни почки, ничего, только циркулирующие энергетические потоки. Это удивило и озадачило сначала, но потом пришло осознание того, как меня приняла чернота и каким образом она лечит и восстанавливает меня и Сестру. И это означало, что у меня, как и у Сестры есть связь с Ульем, его энергетикой. И что, по сути, все что умеет и может Сестра, доступно и мне и даже больше. Тут же возникла, нет не мысль, а просто сверкнуло что-то в голове мгновенной вспышкой догадки и я, выйдя на улицу, положил ладонь на еще теплую от дневного солнца землю. Сначала ничего не происходило, но спустя секунд двадцать, мое сознание начало затягивать плотной темно серой пеленой, отрезая меня от реальности. Прошло еще какое-то время, в течение которого, я блуждал в этой непроницаемой пелене и вдруг, серая масса расступилась и передо мной, как кадры в старом кинофильме, замелькали картинки прошлого.

Огромный завод, плотно застроенный производственными корпусам, между которыми застыли как на стоп-кадре, автомобильчики времен первой мировой, по всей видимости перевозившие продукцию и детали между цехами. Водители, кто стоя на подножке, кто, сидя в кабине, а некоторые вообще выскочили на покрывающую дороги брусчатку, стояли в растерянности, глядя куда-то в верх. В центре, там, где сейчас зияет провал, стояло сооружение, состоящее из высоченных колонн, опутанных трубами различного диаметра. Это напоминало или доменные печи, или нефтеперерабатывающую установку. Из цехов начали выходить рабочие и также, подняв головы, смотрели вверх, прикрываясь ладонью, как козырьком, от слепящего, но почему-то находящегося не с той стороны солнца. Люди переговаривались между собой, живо обсуждая произошедшие изменения и вдруг, с восточной и западной окраин завода как цунами, вбирая в себя все новые и новые человеческие фигурки понеслись толпы людей, охваченных нечеловеческим ужасом. Твари, две огромные стаи, неслись сметая и разрушая все на своем пути с востока и запада. Но самое необычное было то, что стаи состояли почти целиком из высших элитников. От увиденного, я и сам впал в ступор на несколько секунд. Самая маленькая тварь из элиты была немного больше того новосибирского кукловода, останки которого сейчас доклевывает воронье среди болот. Высшие же, по ощущениям, были ростом под двадцать метров. Ближняя ко мне, западная стая состояла примерно из сотни голов элиты и примерно столько же отожравшихся руберов. Ни топтунов, ни кусачей и уж тем более бегунов, видно не было. Вся эта масса оголодавших, разъяренных монстров неслась по территории завода, убивая и пожирая все на ходу. Самые огромные, не утруждали себя ловлей отдельных человечков, они просто одним взмахом, запускали свою огромную, когтистую лапищу в плотный поток убегающих, пытающихся найти спасение людей и поддев, как половником, горсть, тут же отправляли их в пасть, пережёвывая на бегу. Части тел, а иногда и половинки, перекушенные острыми клыками и не попавшие в пасть, падали на брусчатку и доставались низшим руберам, если не попадали под лапищи высших. Громадные цеха разлетались осколками кирпичей и искореженными металлоконструкциями, как карточные домики, под ударами огромных лап. Обе стаи неслись навстречу друг другу, оставляя за собой пустырь из руин цехов и заваленные битым кирпичом и искореженным металлом дороги между цехами.

Встреча произошла в районе центральных башен, и элита сцепилась в драке, отвоевывая свое право на эту кормушку. Что-то загорелось внутри башен, но разъярённые твари не обращали внимания на разгорающийся пожар, продолжая рвать друг друга. Теперь в стороны от окруживших башни тварей летели пластины сорванной брони, брызги, а иногда и струй темно-бурой крови и откусанные в пылу сражения конечности. Монстры рвали друг друга на части, а тем временем, пожар внутри башен разгорался все сильнее, пока наконец, огромный столб пламени не взметнулся вверх, превращаясь в подобие гриба от ядерного взрыва, раскидав монстров в радиусе более чем ста метров. Тех, что были у самого эпицентра разорвало на мелкие куски, разлетевшиеся почти по всей территории завода, те что были чуть дальше, горели, но не могли сдвинуться с места от полученной контузии. Наступило шаткое затишье, которое могло в любой момент вновь превратиться в яростную драку, но что-то изменилось в поведении тварей. Руберы, дравшиеся где-то на окраинах и почти не пострадавшие от взрыва, первыми рванули прочь, на запад, набирая бешеную скорость и с ужасом оглядываясь назад. Элита по моложе, из тех, что могли передвигаться, так же начали отступать на запад, но внезапно застыли как вкопанные на трясущихся лапах. Я физически почувствовал тот ужас, который испытывали твари.

Он появился с юга. Огромная черная мокрица, покрытая полированными, иссиня-черными пластинами брони, быстро приближалась к месту недавнего взрыва, оставляя за собой широкий, скользкий след. Оценить размеры было трудно, но, когда скреббер подполз к границе кластера и изогнувшись в середине туловища, поднял переднюю часть, по спине пробежали мурашки. Только половина его туловища была высотой как самый высокий из валяющихся сейчас элитников. Нижняя часть туловища скреббера так же была покрыта секциями черной брони, немного отличающейся по цвету. В отличие от известных насекомых, эта тварь лишь внешне напоминало их. Большее количество сегментов, на сочленении которых, из туловища торчали лапы, снабженные тремя суставами, которые, судя по всему, имеют все степени свободы. Каждая конечность была покрыта заостренными серповидными шипами, которыми монстр мог рвать плоть жертвы. Оканчивались лапы двумя серповидными когтями, которые при перемещении складывались к конечности, не мешая монстру преодолевать препятствия. Понять где у монстра голова, где хвост, можно было только когда он поднимался в стойку. Около минуты скреббер стоял, рассматривая принесенное ему блюдо с едой, шевеля лапищами и рассекая воздух острыми когтями. И вдруг, я так и не понял откуда, из его тела вылетела туча игл, которые с огромной скоростью, понеслись к стоящим на ногах элитникам, без труда пронизывая их насквозь, как будто те и не были покрыты толстой костяной броней. Когда последний стоящий элитник рухнул, сраженный иглами, чудище ринулось в атаку, кромсая всех острыми когтями, которые нашинковывали элиту как поварской тесак, колбасу.

Конца расправы я не застал. Меня, пораженного всем всей этой историей, выкинуло обратно в реальность. В полной тишине мертвого кластера, под танцующими звездами, я сидел и пытался обдумать все что я увидел. Страха не было, но я отчетливо понимал, что с моим набором умений, переть на пролом на этого монстра – билет в один конец. Значит нужно брать хитростью, комбинировать дары и никогда не повторяться! Но его иглы! Как защититься от них, если даже броню элиты они прошивают словно масло? Я оторвал ладонь от земли, которой так и касался после возвращения в реальность, встал и посмотрел в сторону провала, продолжавшего манить меня.