Игорь Витте – S-T-I-K-S. НОЛД (Сапфир 2) (страница 41)

– Нет, у нас есть ещё один человек. Он ранен, потерял ступню в бою. Сейчас лечится у местного знахаря, – ответила Сапфир и представилась: – Я – Сапфир.

– А вас как зовут? – спросила незнакомка Эль Торо.

– Эль Торо! – представился он.

– Латинянин, что ли? – девушка явно напряглась.

– Почему латинянин?

– Да имя у тебя такое… вроде бы по-испански.

– Бык! – улыбнулся Эль. – Мне крёстный так и сказал: «Ты, – говорит, – упрямый, как бык на картине Марго».

Сапфир словно холодной водой обдало от невероятной догадки. Скиталец? Неужели это Олег? Ведь всё сходится тогда. И странные сны Олега, которые преследовали его, и её предчувствия. Она уняла бурю эмоций, решив пока молчать о своей догадке. Тем более что Эль вообще ничего не знает о её той, далёкой жизни.

– Так, так… А что это за крёстный у тебя такой креативный? – спросила девушка, которая, как показалось, почувствовала её замешательство.

– Скиталец из Острова, – ответил Эль.

По залу разнёсся звон упавшей на пол вилки из рук черноволосой девушки. Зал мгновенно затих, обернувшись на застывших друг напротив друга людей, которые, казалось, вот-вот ринутся в драку. А Эль смотрел на окаменевшее лицо девушки и не мог понять её реакцию.

– Повтори, что ты сказал, – наконец произнесла девушка дрожащим голосом.

– Скиталец, – осторожно произнёс Эль. – Из Острова. Он сам так сказал.

– Давно?

– Месяца три или четыре назад.

Девушка с облегчением выдохнула и почти упала на свой стул, показав им жестом присесть напротив. Официант почти мгновенно поменял ей прибор, и девушка уже спокойным голосом сказала, обращаясь к хозяйке заведения:

– Всё нормально, Марин. Спасибо! Дальше мы сами.

Только теперь Эль и Сапфир заметили двух квазов-охранников, стоявших за Мариной. Та улыбнулась, кивнула и пошла к бару.

– Так зачем вам, говорите, в Горный? – спросила девушка, принимаясь как ни в чём не бывало за десерт.

– А мы, собственно, и не говорили, – усмехнулась Сапфир, поглядывая на Эль Торо.

– Скиталец сказал, что нужно найти Рину и ей всё рассказать, – подхватил тот. – Вы знакомы с ней?

– О да! – девушка усмехнулась. – Мы с ней не разлей вода. Можно сказать, одно целое.

Она доела десерт, вытерла руки салфеткой и протянула ладонь:

– Будем знакомы. Рина.

Колонна из трёх БТР и двух пикапов выезжала из северных ворот Гвардейского. В чреве одной из бронемашин разместили Шмеля вместе с капельницей и запасом лайт-спека. Эль с Сапфир ехали в головном, вместе с Риной и главой службы безопасности Горного – Кобой, который показался Сапфир удивительно знакомым, несмотря на явно кавказскую внешность.

Крикливая оказалась права. Несмотря на то, что Эль был не просто знакомым, а крестным Скитальца, Коба устроил им форменный допрос, не исключая и Шмеля. Мурыжил он их долго. Меньше всех досталось Шмелю, так как группу стронгов, в которую он входил, знали и слышали о ней даже здесь. А вот их с Сапфир опрашивал по нескольку раз, пока не собрал всё вместе. Тут-то и выяснилось, что его крёстный оказался по прошлой жизни другом Сапфир, которую тогда звали Марго, и в честь одной из картин которой он и окрестил своего неподатливого и упорного крестника.

В конце концов Коба смягчился и, приветливо улыбнувшись, сказал:

– Ну что же! Я думаю, что Горный станет для вас настоящим домом.

Колонна пылила по дороге, а Рина не отставала от него с расспросами, в очередной раз прося рассказать все подробности о Скитальце. И он пересказывал, отвечал на вопросы, пока уже явно не начал повторяться, вспомнив, наверное, абсолютно всё!

Луна, бесцеремонно устроившись на коленях у Кобы, спала, уже привычно не обращая внимания на рёв двигателей и грохот внутри. Вообще, она за то время, как Эль встретил их с Сапфир, очень изменилась, став более смелой и самостоятельной. При этом, словно понимая всё, она не убегала и пряталась в моменты опасности. В общем, Улей трансформирует не только людей.

Когда колонна прошла какую-то крепость, которую Коба назвал Восточным форпостом, все покинули душное чрево БТР и перебрались на броню.

Через несколько часов колонна подъезжала к самому поселению Горный. Старинная крепость на горном утёсе, обнесённая стеной, и расположенные ниже поселения поражали! Они были дома. Но Эль ощущал какой-то дискомфорт. То чувство возвращения домой не пропало, но вот само ощущение как-то притупилось, что ли. И он не знал, почему. На руку легла тёплая ладонь Сапфир, и она приклонила свою голову к его плечу.

– Почему ты грустный? – спросила она.

– Просто думаю… а дома ли мы?

Глава 15 – Тревога

Эль проснулся рано. Спал всю ночь, как говорится, мёртвым сном. Вчерашний день, который начался неожиданно со встречи с Риной и закончился уже общей встречей с друзьями и, можно сказать, родными Скитальца. Весь вечер рядом с ним сидела Пуговка – удивительно красивая девчушка с совершенно не детским взглядом и точно такими же волосами, как у него. И Пуговка, и крестный сын Скитальца, Сильвер, который называл его батей, не отрывая от него глаз, слушали его рассказ о встрече и их приключениях. Странное ощущение, которое возникло, когда они подъезжали к Горному, исчезло, как только он оказался среди этих совершенно разных, но абсолютно единых по духу людей. Это была одна дружная и единая семья, где каждый был готов на всё ради другого. Он впервые за всё то время, что прошло с момента его появления в Улье, почувствовал себя в безопасности. Да, и странный Коба, который сразу выяснил его принадлежность к нолдам, и Рина насторожились, когда узнали это, но Скиталец был прав – они восприняли всё правильно.

Приняв душ и быстро облачившись, он вышел в коридор на втором этаже. Дом Рины был действительно большой, и она, хитро улыбаясь, выделила для них две спальни в отдельном крыле. Он вспомнил, как вчера краснел, отвечая на прямой вопрос Рины – одну или две спальни им выделить. Но попросить одну он не решился. Он чувствовал, точнее догадывался, что Сапфир испытывает к нему чувства, но всё же не делал тот единственный, важный шаг, который расставит уже все точки над «i». Подойдя к двери спальни Сапфир, он тихо постучал, но ответа не последовало. Возможно, она ещё спала, и Эль, решив не тревожить её, спустился вниз в гостиную. На кухне кто-то гремел посудой, наливал воду во что-то. Подумав, что это Рина, он заглянул туда.

– Ой, это вы? – сказал Сильвер, увидев его в проёме двери. – Вы что будете, кофе или чай?

– Давай, наверное, кофе, – ответил Эль. – А где Рина?

– А они с Сапфир ушли ещё на рассвете. Там вроде Коба собирает всех. Рина сказала, чтобы я вас покормил завтраком и потом проводил к Ревиту.

– Слушай, Сильвер! – Эль задумался немного. – Давай перейдём на «ты»! Я как-то себя неуютно чувствую. Тем более, я тоже крестник твоего бати.

Сильвер обернулся к нему и улыбнулся.

– Хорошо! – кивнул мальчишка. – Вот только…

– Понимаю! – парень кивнул, улыбаясь. – Зови просто Эль!

Сильвер кивнул и сказал:

– Теперь у меня два брата!

– Точно! – поддержал его Эль. – Давай помогу чем…

– Нее! – протянул мальчонка. – Я сейчас быстро. Ты пока в гостиной подожди.

Дом знахаря Ревита оказался не так уж и далеко, хотя пойди он сам, то наверняка плутал бы долго. После завтрака, к которому спустилась и Пуговка, уже причёсанная и одетая, они вместе показали Элю дорогу и, попрощавшись, убежали в школу, сказав, что дверь в дом не заперта и он может смело заходить, когда освободится. И вот он сидел в похожей гостиной, попивая с гостеприимным хозяином чай и болтая о всякой ерунде. Вообще, вид этого парня с растрёпанной шевелюрой и вечно красными, видимо от недосыпа, глазами не создавал ощущения опытного знахаря. Перед глазами стоял Пастырь, который первый осматривал его. Ревит был полной противоположностью Пастыря. Но слова крестного о нём отметали все сомнения.

– Был когда-нибудь у знахаря? – неожиданно спросил Ревит.

Эль кивнул, на секунду задумавшись.

– Давно?

– Точно не скажу, но примерно месяца два с половиной или чуть больше. Это ещё до встречи с Сапфир.

– У кого, интересно? – поинтересовался Ревит.

– Он назвался Пастырем, – ответил Эль.

– Пастырь? – брови Ревита удивлённо поползли вверх. – Уж не тот ли это Пастырь, который ученик Коновала из Детей Стикса?

– Не знаю, чей ученик, но вот секту он покинул. Ушёл в Перепутье какое-то.

– Перепутье? – снова удивился Ревит. – Это не какое-то! Это стаб, где почти одни хваты живут. Ну ладно, давай-ка я тебя гляну.

Они прошли в кабинет, дверь в который находилась здесь же. Обстановка кабинета была, мягко говоря, спартанской. И если бы сюда добавить ещё шкаф с оружием и охранника, то это была бы копия кабинета ментата. Только вот в центре комнаты стоял не стол, а одинокий стул. Стол же был у стены, заваленный какими-то бумагами и тетрадями.

– Присядь, – Ревит показал на стул.

– Только я хотел сказа… – начал Эль, но знахарь прервал его.

– Всё расскажешь потом. Теперь посиди молча.

Ревит поставил над его головой ладони, и Эль ожидал почувствовать такое же щекочущее ощущение, как было с Пастырем. Но прошла минута, вторая, а ничего вроде не происходило. И только когда Ревит стал медленно опускать ладони вдоль его тела к солнечному сплетению, он почувствовал поток тепла, который тянет в обратном направлении – к голове. Вся процедура заняла минут десять, и при этом лицо знахаря постоянно менялось, становясь то напряжённым, сосредоточенным, то расслабленным и совершенно спокойным. Наконец Ревит открыл глаза и, подойдя к столу, устало опустился на стул.