Игорь Вережан – АГЕНТ ПО ПРОДАЖАМ ВСЕГО. Как я стал представителем двадцати иностранных компаний и продавал на миллиарды рублей (страница 2)
Вот список некоторых компаний, которые я представлял в своё время:
JBS, Дания – бельё и домашняя одежда (www.jbstextilegroup.dk) – представитель в России и СНГ с конца 90-х до 2010 г.
Joha, Дания – бельё для новорождённых (www.joha.dk) – представитель в России в 2003-2006 гг.
Ilkwang, Корея – линии сэндвич-панелей (www.steelformer.com) – представитель в России в 2003-2004 гг.
Zeman, Австрия, группа Lincoln Electric, США (www.zebau.com) – линии по обработке металла – представитель в России и некоторых других странах бывшего СССР с 2003 по 2009 гг.
Marcegaglia, крупнейшая промышленная корпорация Италии (www.marcegaglia.com) – агент по продажам в Австралии в 2017 г.
ACE, Индия – дорожно-строительная техника (www.ace-cranes.com) – представитель в России c 2022 г. по 2024 г.
Noviva, Дубай (https://noviva.com/) – менеджер по проектам в Иране в 2025 г.
Также я представлял и другие компании, сайты которых любопытствующий читатель может найти в интернете самостоятельно: Pobeda (Болгария), Ningbo Jinfeng Welding and Cutting Machinery Manufacture Сo., Ltd. (Китай), Jinan Tianchen Aluminum Machine Corp., LTD. (Китай), Karista Consulting (Швейцария), Tiger (Дубай), BRONX (Австралия), FME (Австралия), Shandong Sunrise CNC Machine Сo., Ltd. (Китай) и др. Часто я одновременно представлял несколько компаний из разных сфер бизнеса.
Я не могу назвать себя настоящим бизнесменом, в том смысле, что за долгие годы я не создал большой бизнес, и максимальное количество моих работников не превышало одного помощника. Потому что я никогда не хотел обменять свою жизнь на большой бизнес и большие деньги, ради которых надо уходить из дома, когда дети ещё спят, и приходить домой, когда они уже спят. Я не хотел нанимать большой коллектив и нести за него ответственность, проводить планёрки и совещания, и прочая, и прочая. Никогда не хотел этого и не умел, потому что не хотел. Я всегда хотел жить свободным художником, и у меня это получается. И я могу позволить себе практически двадцать четыре часа в сутки проводить с моей любимой женщиной и нашими детьми. Я могу себя это позволить, потому что я – АГЕНТ ПО ПРОДАЖАМ БОЛЬШОЙ ИНОСТРАННОЙ КОМПАНИИ.
Книга жалоб и предложений
Ну и чтобы не вынуждать читателя верить мне на слово, что у меня есть какой-никакой опыт, которым я могу поделиться, я попросил несколько бывших клиентов и коллег написать обо мне пару рекомендаций:
«Игорь – Великолепный и Самый Подходящий Человек для работы представителем компании. Он хорошо знает свою работу и способен успешно наладить сотрудничество между двумя компаниями. Он не только может говорить по-английски, что необходимо для координации между говорящими на разных языках людьми, но и начал говорить несколько слов на хинди, что демонстрирует его преданность делу».
Анкит Гоэль – вице-президент, руководитель отдела дизайна и разработки Action Construction Equipment Ltd. (Индия) – одного из крупнейших производителей дорожно-строительной техники в Индии.
«Игорь преуспевает во всём, хотя он не специалист ни в чём, наверное, это самое главное качество для продажника. Он может продать что угодно кому угодно, это единственный человек, которого я знаю, кто может оскорбить австрийцев Гитлером… и заставить их при этом улыбаться1».
Керри Хайес – президент Karista Group, Швейцария.
Технологическая компания стоимостью около одного миллиарда долларов.
«В коллективе был уникальный человек, Игорь Вережан, его задачей было дозваниваться до знаменитостей вроде Стивена Сигала или Брюса Уиллиса и просить их объяснить, почему нельзя голосовать за коммунистов».
Из интервью журналу «Esquire» Андрея Колесникова – спецкора ИД «Коммерсантъ», главного редактора журнала «Русский пионер», члена «кремлёвского пула» журналистов.
«Я впервые встретил г-на Игоря Вережана в 2002 году. В то время Россия только недавно вышла из распада Советского Союза. Это был период большой неопределённости, поскольку страна переходила от коммунизма к капитализму, и рынок только начал открываться. Мы не знали российского рынка и не планировали выходить на него. Однако с помощью г-на Игоря мы смогли успешно экспортировать и поставить две производственные линии компаниям «Электрощит» и «Маяк». Это стало нашим первым шагом на российский рынок и открыло путь для Ilkwang к экспорту в регион гораздо большего количества машин. Благодаря нашим деловым отношениям я понял, что г-н Игорь очень быстро соображает и принимает решения с поразительной скоростью. Я считаю, что это основные черты успеха в сегодняшнем быстро меняющемся мире».
Хонг Лим – директор по продажам ILKWANG METAL FORMING CO., LTD – одного из ведущих производителей линий сэндвич-панелей и прокатных станов в Южной Корее
И почему я до сих в России
Если читатель прочитал в моей биографии, что я ещё в детстве решил стать журналистом-международником и жить за границей, то у него сразу возникает вопрос: «Почему я продолжаю жить и работать в России?»
Однозначно не ответишь. Точно не потому, что у меня не было возможности. И не потому, что у меня обострённое чувство патриотизма. Одну из причин можно описать шуткой моего товарища Мишки, с которым мы как-то в девяностых получали туристическую визу в американском посольстве в Москве, где Мишка (занимавшийся на родине боксом и не совсем легальными делами) на каверзный вопрос работника посольства, не захочет ли он остаться в США, усмехнулся и ответил: «Меня и здесь неплохо кормят».
Есть и другие причины, которые так или иначе описаны в этой книге.
Я работал журналистом в лучших газетах страны; некоторые мои материалы перепечатывали за границей; я учился за границей, и даже наша свадьба была за границей – на Сицилии в замке Castello degli Schiavi2. Кстати, в этом замке сыграл свою свадьбу Майкл Корлеоне в фильме «Крёстный отец» (его играл Аль Пачино), там же погибла жена Майкла Апполиния, и там он умер сам, сидя на стуле перед замком в полном в одиночестве, если не считать собачки у ног. Аналогичную фотографию на стуле перед замком сделал и я, правда без собачки и трагического конца, а с нашим сицилийским другом Тони Пиццоло, который сыграл роль помощника дона, делая вид, что целует мне руку. Ну а роль посажёных родителей на нашей свадьбе исполняли барон и баронесса Платания – представители знатной сицилийской семьи, владеющей этим замком с шестнадцатого века, а с двадцатого подрабатывающей на русских туристах.
Учитывая всё вышеперечисленное, я сказал себе, что достиг цели, которую поставил перед собой в детстве. За исключением двух маленьких «но»: мне разонравилась журналистика, и я совсем не рвался остаться жить за границей!
Относительно первого – я как-то пережил журналистику. Для меня она стала казаться этаким способом самолюбования своей умной болтовнёй. И я имею в виду не только себя, но и всех журналистов вообще. При этом многие мои статьи вызывали определённый общественный резонанс – их вешали на стену или цитировали в соцсетях. Но я больше не видел в этом смысла и перестал писать.
А что касается жизни за границей… В каких-то странах мне нравилось, в каких-то не очень, но везде у меня возникало чувство неполноценности… неполноценности их жизни там по сравнению с моей тут. Я увидел, что всюду – и в вылизанной до блеска Вене, и в заваленном мусором Нью-Дели – люди пять дней в неделю (или чаще) ходят на работу, чтобы оплачивать страховку, коммунальные услуги и кормить семью. И везде жалуются на одно и то же: маленькую зарплату, продажных политиков и непослушных детей. И мечтают об одном и том же: о любви, высокой зарплате и детях, которые воплотили в жизнь мечты родителей. Поэтому моё отношение к загранице несколько трансформировалось по сравнению с тем, что я думал об этом в третьем классе.
Я помню одно яркое впечатление во время очередной деловой поездки в Европу в начале 2000-х. Я вышел рано утром из отеля в маленьком австрийском городке и как-то по-особенному обратил внимание на свежий предальпийский воздух, пение птиц и совсем не городскую тишину. Рядом с отелем журчала небольшая речушка. Азиатской наружности дворник размеренно подметал тротуар. Женщина с ребёнком переходила дорогу, торопясь в садик. Чистенькая маленькая иномарка бесшумно остановилась, чтобы их пропустить, хотя они переходили дорогу не на пешеходном переходе.
Я представил аналогичную картину на родине: хмурые лица спешащих на работу людей, усталый дворник борется с окурками и похмельем, визг тормозов и небритая морда водителя, кричащего на пешеходов чем-то нечленораздельным и непечатным, и хмурое небо над головой, которое становится хмурым даже в солнечный день, отражаясь от лиц людей. И я подумал: «Почему мои дети не живут как в Австрии?» Но я не хотел, чтобы они жили в Австрии, – по мне так там скучно, – я хотел, чтобы они жили как в Австрии, то есть в России, но чтобы и ручеёк, и чистый воздух, и выбритый водитель, который читает только классику. Потому что на родине мне комфортнее и веселее, и, вообще, как сказал один авторитетный бизнесмен, у которого я брал интервью ещё в прошлом веке: «Это МОЯ страна».
ЧАСТЬ II. КАК Я ВСТУПИЛ НА ЭТОТ СКОЛЬЗКИЙ ПУТЬ