Игорь Вереснев – Стратегия света, тактика тьмы (страница 9)
Он постарался сосредоточиться, нельзя ведь ошибиться! Пока Зира удерживает развилку, есть возможность выбирать. Но стоит ей уйти в правый коридор, и к левому они больше не пробьются. Итак, что мы имеем? Криссы действуют по программе, они пришли на причал, чтобы выгрузить очередную порцию тел и разместить их в боксе. Банда налетчиков программу нарушила, криссы применили оружие, защищая груз. Но как только Огница потеряла сознание, попав под станнер, она сама превратилась в груз. И ее понесли в бокс для тел.
Больше не колеблясь, он бросился обратно.
– За мной! – крикнул палившей в створ зала вирийке. Так торопился, что совсем забыл об осторожности. Он не ожидал засады за углом, уверенный, что криссы спрятались в каком-то боксе.
На счастье, рубболистка бегала быстрее его и была достаточно сильной, чтобы сбить с ног одним толчком в спину. Максим шлепнулся на пол, девушка навалилась сверху, закрывая собственным телом и стреляя одновременно. Притаившиеся за углом криссы такой прыти от нее не ожидали. Разряды ударили в стену, а опустить дула оружия квазиразумным уже не довелось, – Зира срезала их широким лучом в упор. Вскочила, отбросила разряженный после короткого, но ожесточенного боя станнер, взамен выхватила оружие из рук противников. Один бросила юноше:
– Лови!
Он умудрился поймать, не уронив, побежал к дверям. Пунктуальность – великое дело! Первые шесть боксов оказались пустыми, и синеватый свет в них не включили. Седьмой был заполнен телами наполовину. Княжну Максим узнал без труда, – по огненно-рыжим косам. Криссы сняли с нее серебристый комбинезон, обрядили в длинное дерюжное платье и лапти. Единственно, кожаную сумку из Брехи оставили, посчитав аутентичной для бронзового века. Но дело было, конечно, не в одежде. Девушку поместили в пятый от края и восьмой с низу ряд, так что она парила высоко от пола почти посередине помещения.
Максим двинулся между телами, плохо понимая, как будет доставать подругу. Зира войти следом за ним не могла. Стала в дверях, прижавшись спиной к невидимому, но оттого не менее прочному силовому барьеру, подняла оружие в ожидании новой атаки. Позиция была так себе. Если криссы будут наступать от причального зала, она их какое-то время удержит. Но если у них есть способ попасть и в противоположный конец коридора, то ловушка захлопнется окончательно.
Зира выстрелила, крикнула:
– Макс, быстрее вытаскивай ее! Жабы полезли!
Как они смогут уйти по совершенно прямому тянущемуся на километры коридору, да еще с бесчувственной девушкой на руках, Максим предпочел не думать. Пока стояла иная задача.
Промежутки между телами были достаточно широки, он прошел без труда, не задевая людей. Остановился под Огницей, задрал голову. Дальше как? Подпрыгнул, понадеявшись, что хитрая гравитация подхватит и его, позволит взлететь. Ничуть не бывало!
– Макс, что ты копаешься? – снова закричала Зира. – Доставай!
Легко сказать! Максим поднял правую ногу, поставил на грудь бородатого дядьки с копьем, оперся. Тело слегка вибрировало под ногой, но держало. Тогда он уцепился за плечо и руку женщины двумя рядами выше, резко оттолкнулся от пола, перенося тяжесть на тело под ногами. И едва не опрокинулся назад. Тела держались в воздухе крепко, но рука женщины, до того покоившаяся на животе, от рывка соскользнула, повисла. Максим уцепился за ее торс, прижался, стараясь не думать, что именно лапает.
Карабкаться, используя в качестве лестницы человеческие тела, наступать на плечи и животы было отвратительно, мерзко. Но другого способа не оставалось. Вдобавок, Зира подгоняла, а щелчки ее станнера становились все чаще. Наконец он дотянулся до Огницы, схватил ее за плечо, попытался пошевелить. Тело сдвинулось на пару сантиметров, но стоило ослабить нажим, вернулось на место. Невидимые путы удерживали его надежнее цепей и кандалов. Максим понял, что не приблизился к решению задачи ни на йоту.
Он взобрался еще на одну «ступеньку», обнял княжну, готовясь рвануть ее что есть силы. И тут Зира завизжала:
– Макс, нас окружили, у меня заряд заканчивается! Нате, жабы, получайте!
В следующий миг в коридоре оглушительно хлопнуло, сильно запахло озоном, освещение замигало с бешеной частотой, в так ему задергалось тело Огницы и все прочие. Крикнуть рубболистке что-либо в ответ, даже сообразить, что происходит, юноша не успел. Потому как свет вдруг погас окончательно, и подвешенные в воздухе тела разом рухнули на пол.
Хорошо, что Огница висела в верхнем ряду. Их не засыпало, они оказались сверху на груде тел. Несколько секунд Максим лежал ошеломленный происшествием, прижимал к себе девушку. Затем заметил движение со стороны двери, по верхний косяк заваленную телами. Поспешно вытащил из кармана комбинезона станнер, но тут же облегченно выдохнул. Зира вскарабкалась на кучу, увидела его, поползла на четвереньках, энергично работая руками и коленями.
– Что случилось? – спросил Максим.
– Кажется, я попала в гнездо для зарядки, жаб закоротило неслабо. Стрелять перестали, таращатся на меня… – Она охнула. – Макс, сзади!
Юноша резко повернулся, готовый к новой напасти. На дальней от двери стене бокса медленно вращалась лазоревая спираль. Максим готов был поклясться, что ее там не было, когда он вошел в бокс. Не было, когда карабкался по живой лестнице, когда обнимал княжну. Не было, а теперь есть. Возможно, ее только-что открыли эйвы? Или дверь появлялась, когда отключались синеватый свет и силовой экран в боксе? Так или иначе, но это выход, ним следовало воспользоваться незамедлительно.
Максим встал, отдал станнер и сумку княжны Зире, поднял Огницу. Он понес бы ее на руках, но левая еще плохо слушалась, поэтому вскинул на плечо. Сделал шаг, следующий, внимательно глядя под ноги, выбирая, куда ступить. Зира шла следом, то и дело беспокойно оборачиваясь, не опуская оружие. Поторопила:
– Макс, быстрее! Жабы сейчас очухаются!
Он и сам рад был бы ускориться, но не бежать же по головам! Заветная спираль приближалась медленно. Еще метров шесть осталось. Четыре. Два. От напряжения на лбу выступила испарина. Максим покрепче обнял бедра девушки, набрал полные легкие воздуха, как перед прыжком в воду, и шагнул в дверь.
Глава 2, в которой зверски холодно
Ледяной ветер пополам с ледяным же крошевом ударил в лицо, заставил пошатнуться. Максим замер, пытаясь понять, куда попал. В первый миг показалось, что его окружает сплошное белое ничто. Потом он увидел, что стоит на узком карнизе, тянущемся вдоль отвесной скалы. Дна пропасти под ногами не разглядеть, и неба не разглядеть. Ничего не разглядеть, – пурга накрыла мир белым саваном. Очень холодный и неуютный мир.
Стоять столбом было ошибкой, – Зира толкнула в спину, спеша убраться из поломанного тело-хранилища. Максим невольно шагнул вперед к краю карниза, и ступня заскользила. Лед! Он бы сумел удержаться, отскочить в сторону… если бы не тело княжны на плече. Дополнительная тяжесть не позволила восстановить равновесие, и юноша понял, что уже не стоит, что ноги предательски едут к краю пропасти, пока туловище заваливается назад. Оставалась возможность уцепиться за камни руками, но для этого требовалось сбросить с плеча ношу. В следующее мгновение под пятками оказалась пустота, копчик ударился о край карниза. Зира слишком поздно поняла, что происходит, вдобавок станнер в руке помешал. Попыталась схватить юношу за плечи, но гладкая ткань комбинезона выскользнула из пальцев, и Максим понял, что летит.
Падать с обрыва, прыгать с куда большей высоты ему приходилось. Нет в этом никакой опасности, когда на тебе скафандр. Но сейчас на руках у него ничем не защищенная Огница, для которой неудачное приземление может оказаться роковым. Надо извернуться так, чтобы принять весь удар на себя. Сделать это в падении – тяжкая задача, если ты не кот. Максим не успел, в следующий миг они вонзились в снег.
Сугроб был огромный, снег рыхлый и мягкий, не слежавшийся, не покрытый коркой наста. Они вошли в него с головой и глубже, пробили настоящий колодец. Скафандр вовремя нарастил гермошлем, так что в лицо Максиму и снежинки не попало. С девушкой дела обстояли куда хуже, ей залепило всю голову. А стоило шевельнуться, стенки колодца обрушились, похоронив их в снежной могиле. Чертыхнувшись, юноша взялся утрамбовывать снег, чтобы выкарабкаться наверх. Тот словно в отместку осыпался при каждом движении, накрывал Огницу, и приходилось снова и снова раскапывать ее.
Когда колодец превратился в котлован, Максим облегченно перевел дыхание. И тут же услышал сквозь свист ветра:
– Макс, ты жив?! Что с тобой, ответь!
Сугроб скрывал основание скалы, а карниза и вовсе не разглядеть из-за пурги. Но Зира наверняка еще там, рядом с дверью, из которой в любую секунду могли выскочить криссы. Он закричал в ответ:
– Прыгай! Здесь снег, большой сугроб, мягко!
Спохватился: знает ли жительница теплой Вирии, что такое снег, тем более, сугроб? Как объяснить ей значение, когда ветер унесет половину слов? На счастье, объяснять не потребовалось. Из снежного вихря вылетела торпеда, взвизгнула, вонзилась в сугроб в двух метрах от котлована, исчезла, мгновенно засыпанная. Юноша бросился на подмогу. Несколько минут ожесточенной снегоборьбы, и тоннель к месту приземления вирийки был пробит. Перестарался, кажется: под ногами зашевелились, засопели обижено. Сперва руки, а потом и лицо Зиры высунулось из снега. Отплевавшись и прочистив глаза, она тут же засыпала вопросами: