Игорь Валериев – Поход (страница 9)

— Да. Но сейчас ввели белые рубахи. В них значительно легче в местной жаре.

— И ночью видно издалека. Атаковать форты придётся ночью. Поэтому приказываю взять в поход парадные мундиры и фуражки. До места боя нас доставят с комфортом, так что о весе солдатского ранца можно не беспокоиться, — я посмотрел на поручика, который стоял передо мной в белом мундире и такого же цвета фуражке. — Сильвестр Львович и вы сами, вместе с Петром Александровичем в этот поход оденьте лучше солдатские чембары (шаровары) и черные мундиры с фуражками не забудьте.

— Слушаюсь, господин капитан, — приняв стойку «смирно» произнёс капитан. — Только как мы будем в темноте опознавать своих солдат.

— Очень просто. Кусок белой тряпки в виде повязки на левом плече. Надо ещё и на союзников заготовить. А то ещё перестреляем друг друга.

— Простое и, вернее всего, эффективное решение, — задумчиво произнёс поручик.

— Сильвестр Львович, есть ещё одна проблема, которую надо быстро решить.

— Какая, Тимофей Васильевич?

— Где бы найти динамит.

— А зачем?

— Ворота в форт вы как собираетесь открывать? Я думаю, что с разбега мы своими телами их вряд ли откроем. А так подвесил на вбитый в ворота хотя бы метательный нож или штык несколько скрученных вместе динамитных шашек или патронов «целлюлозе-динамит», последние даже лучше, они взрываются от попадания пули. Подвесили, отошли на безопасное расстояние, выстрел и вуаля, проход готов, — я изобразил правой рукой стрельбу из револьвера. — Но надо бы попробовать. Я вижу тут несколько мишеней из жердей и досок. Можно на них испытать.

Поручик повернулся к унтер-офицерам, которых продолжал «строить» Янчис и громко скомандовал:

— Будаков! Ко мне!

Через несколько секунд перед нами предстал фельдфебель небольшого роста, весь какой-то квадратный, с заросшим бородой и усами лицом, и хитрющим взглядом из-под густых бровей. Вытянувшись во фрунт, тот бодро доложил о своём прибытии.

— Прошу любить и жаловать, господин капитан, наш полковой каптенармус фельдфебель Будаков. По вопросам, что-то достать царь и бог, — произнёс, обращаясь ко мне, Станкевич, после чего обратился уже к унтер-офицеру. — Иван Фомич, у нас пироксилиновые шашки остались?

— Никак нет, Вашбродь. Его высокоблагородие, полковник Анисимов, все шашки и патроны с собою забрал. Ничего не осталось.

— А где можно быстро достать, Фомич?

— Если только у морячков. Но это уж господам офицерам промеж себя договориться легше. Я как понимаю не одну саперную или кавалерийскую шашку надо.

— А кроме моряков, кто помочь может? При строительстве КВЖД динамитные шашки, наверняка, использовали. Неужели в Порт-Артуре не найти взрывчатки? — я вступил в диалог Станкевича и Будакова.

— Ваше высокоблагородие, еже ли у шпаков искать, то надо к Тифонтаю обращаться. У этого китайского генерала всё найти можно.

— Вот как хорошо, — с этими словами я достал из своей сумки блокнот бумаги и быстро набросал несколько иероглифов, вырвал листок и передал его фельдфебелю. После этого достал из кармана пару рублей мелочью и также вручил Будакову. — Иван Фомич, срочно нанимаешь рикшу и отправляешься в город, находишь Тифонтая. Знаешь, где его найти?

— Так точно, Ваше высокоблагородие.

— Ну и отлично. Передаешь ему записку. И надеюсь, в казарму ты вернёшься с взрывчаткой. Как с ней обращаться знаком?

— Так точно, я же за вооружение и боеприпасы в полку отвечаю. Только, Ваше высокоблагородие, Тифонтай без денег ничего не даст. И взрывчатки сколько брать?

— Не волнуйся фельдфебель, ты ему записку передай. А брать много. Нам четыре форта штурмовать. Всё понятно?

— Так точно.

— Тогда вперёд, исполнять. Стоять! Ещё десять сажен брезентового тонкого пожарного рукава найди. Вот теперь, вперёд.

— Слушаюсь, — Будаков, развернувшись кругом, резво потрусил в сторону выхода со стрельбища.

— Тимофей Васильевич, если не секрет, а что Вы написали в записке? — с явным любопытством спросил Станкевич.

— Если перевести иероглифы на русский язык, то смысл будет, что-то типа — я не люблю быть должником.

— А вы давно знакомы с этим китайским генералом?

Я не выдержал и рассмеялся.

— Извините, Сильвестр Львович, просто я уже не первый раз слышу о том, что Тифонтай какой-то китайский генерал. На самом деле он первогильдейный купец из Хабаровска и российский подданный. Но зная Николая Ивановича, не удивлюсь, что именно он и распускает такой слух.

— Нда… Вот ведь мошенник!

— Тифонтай честен со своими партнёрами, но не будет против, если о нём будут ходить разнообразные слухи, которые будут продвигать его коммерцию. Я его знаю почти шесть лет и ни разу не слышал, чтобы он кого-то обманул. Ну да ладно! Будем надеяться, что Николай Иванович предоставит нам взрывчатку. А пока займемся нашими делами. Будем из обозников и кашеваров делать настоящих солдат. Времени мало, и его надо использовать в полной мере.

Следующие три часа на стрельбище прошли продуктивно. Станкевич и Янчис со старшими унтерами гоняли обозников в хвост и в гриву, отрабатывая наступление цепями на укреплённый пункт. Схем фортов не было, поэтому упражнение сделали простым, благо ширина стрельбища позволяла. Три стрелковых цепи по сорок человек с интервалом пять-шесть шагов между стрелками и десять между цепями.

Сначала тыловиков учили просто соблюдать интервал в цепях. Потом наступления пошли с имитацией стрельбы. А после того, как я объяснил Станкевичу, Янчису и унтерам порядок наступления перекатами, с перебежками и залеганиями, когда цепи шли в атаку, поддерживая друг друга огнём, интенсивность и энтузиазм «наступлений» усилились. В результате чего скоро солдатские гимнастёрки на спинах покрылись коркой соли.

Я за эти три часа более-менее обучил в теории работать с пулемётом десять боевых расчетов по два человека. Первый номер был вооружен пулемётом Мадсена и «лифчиком» с пятью магазинами по тридцать патронов. Такой естественный бронежилет был создан по моему предложению и его, возможно, примут на вооружение вместе с новой модификацией пулемёта. Второй номер также имел «лифчик» с пятью снаряжёнными магазинами, плюс запас патронов в ранце и винтовку.

Из шестнадцати десятков нестроевых солдат нашлись двадцать, которые знали, как бить белку в глаз. Всё-таки полк формировался из сибиряков, которые с детства дружат с винтовкой. Получив в руки такую новую игрушку бойцы занимались с огоньком, познавая устройство пулемёта и особенности стрельбы из него. Глядя на своих однополчан, которые цепями как кони носились по стрельбищу, иногда посмеивались, даже не подозревая, что скоро присоединятся к пробежкам и пострелушкам.

Пулемётный расчет из двух человек отрабатывался для стрелковых подразделений. Для диверсантов-разведчиков он был несколько другим. Пулемётчик, снайпер и наблюдатель, который с помощью бинокля корректировал стрельбу обоих стрелков. Такая замаскированная группа теоретически могла за минуту выбить прислугу артбатареи, сорвать атаку пехоты, уничтожив командиров, затормозить на дороге обозную колонну, а потом с помощью остальной группы расстрелять ее. Но здесь была другая задача, да и времени на обучение не было.

Когда солнце стало садиться и приближаться к горизонту, я прекратил издевательства над личным составом. Все набегались, настрелялись. Рубахи не только у них, но и у офицеров с унтерами встали колом от высохшего пота. Судя по выражению глаз, все они как один были готовы пойти куда угодно и уничтожить кого угодно, а в первую очередь этого неугомонного капитана, который свалился на их головы.

Вернувшись в казарму, первым делом организовал помывку личного состава, потом поздний ужин и чистку оружия. Сегодня солдаты реально настрелялись. Из пулемётов выпустили по три магазина все двадцать человек пулемётных команд, а солдаты по три обоймы. Поэтому чистили пулемёты и винтовки долго и вдумчиво. К концу чистки оружия появился Будаков вместе с Шеном Ли, приказчиком Тифонтая. Они привезли ящик динамитных шашек, пожарный рукав. Как объяснил Шен Ли, в Порт-Артуре взрывчатки не оказалось, пришлось ехать за ней в Шуйшуин, там были склады КВЖД.

Я вскрыл ящик. Как в кино в нём лежали рядами круглые динамитные шашки с надписью на английском языке. Бикфордовы шнуры с капсюлями детонаторами лежали в отдельном деревянном пенале. Всё было завернуто в вощеную бумагу. Узнав у Ли стоимость, выписал чек и со словами благодарности отправил его к Тифонтаю. Потом нарисовал на листке схему подрывного заряда в пожарном рукаве. По диаметру в него как раз входило три шашки. Три отрезка по шесть шашек, буквой «П» прикрепить четырьмя штырями к поверхности ворот в районе засова и рвануть. Почти полпуда динамита в заряде, по моему мнению, должно было хватить на организацию прохода. Чтобы быстрее использовать при атаке фортов, центральный заряд обмотать белой материей, чтобы лучше видно было и выстрелить в него.

Объяснил схему Будакову и приказал, чтобы к утру было готово пять чехлов для зарядов. Динамит отнести на склад, в тенёк. Для изготовления чехлов использовать болванку из дерева по размерам динамитной шашки. Последним указанием обидел фельдфебеля, который ушёл, тихо ворча под нос, что он получше всех в полку знает, как надо обращаться, что с динамитом, что с пироксилином.