Игорь Толич – В логове Архана. Слепая любовь (страница 21)

Наконец-то последовала реакция. Архан повернул голову в мою сторону, и выгнул бровь, что означало одно: он охренел.

— Я не пойду, — ну вот, сказал наконец-то.

— Но Саид говорил…

— Мне похуй, что там болтает Саид, — огрызнулся Архан.

— Но это же ваша сестра, — меня начинало злить его безразличие к своей семье.

— Вот именно, моя. Тебя это не касается.

Меня словно ударили по лицу. Слова — резкие, как пощёчина. И не потому, что это действительно было «не моё дело». А потому, что он снова сделал это. Снова ткнул меня носом в то, кем я для него была на самом деле. Никчёмная прислуга, пустое место. Архан фактически заявил, что я — никто.

И я опять повелась. Опять позволила словам забраться в душу глубже, чем надо. Эмоции вспыхнули мгновенно — злость, обида, стыд.

Нет чтоб проигнорировать… Нет чтоб просто сказать: «Это ваша семья, вам и решать». Нет.

Я развернулась резко и побежала обратно в дом. Ноги сами несли меня по дорожке, а сердце билось так громко, что глушило всё вокруг. По щекам катились слёзы, горячие и злые.

Оказавшись на кухне, сразу подошла к умывальнику, включила холодную воду. Умылась, раз, второй. Помогло. Хоть плакать перестала.

Достала телефон из кармана домашнего платья и скривилась от мысли, что нужно звонить Саиду и говорить, что Архан не придёт.

— Чего ревёшь? — раздалось за спиной.

Я вздрогнула так, что чуть телефон не уронила. Как он это делает?!

Архан стоял в дверях кухни. Руки в карманах, плечи напряжены. Лицо хмурое, жёсткое. А взгляд… неживой. Пустой. Как всегда.

— Соринка в глаз попала, — пробормотала в ответ.

— Настя, — сказал он тихо, уже двигаясь в мою сторону.

Я отпрыгнула вбок, как мартышка, цепляясь за край стола, надеясь, что он не поймёт, где я стою. Но это была глупая надежда.

У него руки длинные, походка уверенная, а кухня… кухня внезапно оказалась чересчур маленькой.

— Стоять, — сказал он низко.

Моей проворности не хватило, он все же схватил меня за руку. Потянул к себе. Нужно было начать вырываться, но я не смогла. Тело отказалось слушаться. Его руки были такими тёплыми, такими властными, что я мгновенно позабыла, какой он негодяй. В голове билось лишь одно — что рядом с ним я чувствовала себя не слабее, а нужнее.

— Отпусти, — прошептала вяло. Слишком тихо. Слишком неуверенно, чтобы это можно было назвать протестом.

— Перестань плакать, — сказал он негромко.

— Уже не плачу, — буркнула я, но голос выдал меня дрожью.

— А чего плакала?

— Расстроилась.

— Из-за этого тупого дня рождения? — фыркнул он. — Мадина устраивает эти вечеринки каждый год. Эта будет как прошлая. И как все предыдущие. И такой же, как следующая.

— Дело не в этом, — голос снова сорвался, и я сглотнула. — Это же семья. Семья — всё, что у нас есть. И… и… не дорожить родными глупо. У меня нет братьев и сестёр. Только мама. И у неё есть только я. Это же так важно разделять с родными радость и горе. Кто мы, если отворачиваемся от близких? — я вздохнула, уже понимая, что говорю слишком много, но остановиться не могла. — А у тебя… у вас, есть и мама, и сестра, и… Саид.

Архан ничего не говорил. Но было видно, что мои всё же слова задели его.

Прошло несколько секунд, прежде чем он выдохнул:

— Рубашку чёрную. И брюки.

— Что? — я моргнула.

— Пошли, покажу тебе.

— Как покажешь? — удивилась я.

Он хмыкнул, раздражённо, но выразительно:

— Да на ощупь, Настя. На ощупь. Пошли.

Глава 30. Настя

Я разложила на кровати одежду Архана — чёрную рубашку и брюки, предварительно всё тщательно отгладила, чтобы выглядело аккурано, хотя он всё равно не увидит. Но видеть ему и не нужно было. Архан каким-то образом умел определять многое, что и зрячим недоступно.

— Окей, — выдохнула я, когда всё было готово. — Ты оденешься, а я пока…

Я не успела договорить. Архан повернулся ко мне, в руках у него было что-то тёмное, шелковистое.

— Надень, — чуть ли не приказал он, протягивая этот неопределённый предмет.

Я заморгала, чувствуя, как глаза полезли на лоб.

— Ч..что?

— Надень, — повторил спокойно.

Я взяла вещь в руки и поняла, что это платье — женское вечернее платье. Красивое. Дорогое. И… не моё.

В груди что-то болезненно сжалось от осознания, кому оно могло принадлежать.

— Я не надену платье твоей жены, — прошипела в ответ, чуть ли не с агрессией.

Архан усмехнулся:

— Зейнаб его не носила.

— Да ну?

— Бирка на месте, — заявил он. — Купил ей в подарок… Но она его никогда не надевала.

Я едва не подавилась воздухом:

— Ты серьёзно предлагаешь мне надеть платье, которое купил другой женщине?

— Мне пофиг, кому оно покупалось, — отрезал Архан. — На тебе будет лучше.

Я замерла. Сердце ударилось о рёбра.

Он даже не видел меня. Но сказал так, будто видел лучше всех.

Я выдохнула. Дрожащими пальцами провела по ткани. Она была лёгкой, прохладной, мягкой…

— И всё равно это как-то… нехорошо.

— Если я всё правильно понял, среди твоих шмоток нет вечерних нарядов, — нагло парировал Архан.

И я тут же вспомнила, как он копался в моём чемодане.

— Ну, знаешь ли!.. — я почти вскипела, и из-за той выходки, и из-за того, с каким спокойствием Архан настаивал надеть эту вещь.

— Ты же не можешь пойти на день рождения к моей сестре в джинсах, — перебил он. — Туда все придут при параде, и только и будут болтать, кто с кем пришёл и кто во что одет.

В его словах имелось здравое зерно. Я недолго обдумала ситуацию и выдохнула:

— Ну… ладно. Я… примерю.

— Умница, — бросил Архан. — Жду внизу.