Игорь Тимофеев – Испытание в Америке (страница 3)

Я предложил ей пойти в ресторан и покушать, пока я останусь в лобби и просчитаю маршрут. Но она уговорила пойти с ней.

Заказав пасту, сок, она с интересом взглянула на меня, ожидая, что выберу я. Листая стандартное меню, смотря на жующих людей вокруг, я понял, что тоже проголодался. В моем кармане был ноль. Я ничего не заработал и поэтому не мог ничего заказать.

– Я ничего не буду. Для начала нужно что-то заработать, чтобы поесть, – закрыв меню и посмотрев на аппетитные блюда вокруг, я стал собираться в пиццерию на собеседование.

– Ты разве не голоден? – с любопытством спросила она.

Я промолчал, и и без моего ответа было всё ясно.

– Только началось же, поешь пасту! А потом уже пойдёшь, – Даша приводила аргументы и не теряла надежды меня накормить.

Но я отказался. И решение далось непросто. Ведь одно дело, когда ты голоден, но об этом не думаешь, занимаясь делом. И совсем другое, когда прямо перед тобой дымятся спагетти с ароматным соусом и зеленью. Я поскорее уехал, не дожидаясь, пока Даша доест, договорившись быть на связи.

Уже стемнело, когда я добрался до пиццерии «Verona». Она располагалась в небольшом одноэтажном доме неподалеку от шоссе. Ещё издалека я увидел яркие неоновые огни и большую вывеску. Около входа стояло несколько стеклянных столиков с пепельницами, за одним из которых сидела бабуля, резавшая кусок пиццы пластиковым ножом на крошечные кусочки.

Когда я зашёл внутрь, вся яркость неона исчезла и сменилась на бесцветный свет офисных ламп, вмонтированных в потолок. Небольшое помещение, где каждый угол пространства был чем-то занят. Пол застелен неубиваемым, дешёвым линолеумом, пластиковые столы безуспешно изображали зелёный мрамор, их окружала разномастная мебель, состоящая из деревянных стульев, пошарпанных диванов. Завершали картину хаотично расставленные холодильники и открытая кухня. Зал и владения повара были разделены мутным стеклом. Все рабочие поверхности были заняты какими-то ёмкостями, коробками и упаковкой. Чистота и санитарные нормы стояли в кафе на последнем месте. В зале сидело несколько компаний, которые с большим аппетитом ели горячую пиццу и общались. В этот день мне везло. Я целый день не ел, лишь наблюдая, как это делают все остальные.

На кухне суетился повар, которому было не до меня. За импровизированной барной стойкой в углу сидел цыган, как позже выяснилось его звали Саша и он был помощником хозяина пиццерии. Ему было около пятидесяти лет. В кожу вгрызлись морщины и зацементировали печальное выражение лица. Марк Твен говорил, что морщины должны появляться там, где раньше была улыбка. Просто он не был знаком с цыганом Сашей. Потухшие карие глаза с жёлтыми белками, седая щетина, помятая рубашка – всё в нём говорило о том, как он устал от жизни, и причины улыбаться давно пропали.

В голове всплыл вопрос: «Что я здесь делаю?». В прежней жизни я не зашёл бы сюда поесть, так как не уверен, что пицца здесь была бы на высоте: внутри было грязно, интерьер нагонял тоску. Но сейчас я не могу выбирать. Это место, где я могу заработать первые деньги, и уже потом можно начать поиск других вариантов.

Я не стал рассказывать про детали своего испытания Саше. Почти на 90% был уверен, что он не поймет и решит, что это розыгрыш. Поэтому сообщил лишь то, что у меня нет денег и нужно заработать на еду, ночлег. Его глаза расширились, казалось, он испугался и стал задавать вопросы, словно мы на шоу, где за минуту нужно узнать всё про незнакомого человека:

– А где твои друзья? Может ли кто-то тебе помочь? Почему ты оказался в такой ситуации? Хочешь есть? Вот ещё номер других ребят, которые могут тебе дать работу, если с владельцем этой пиццерии не получится… Но я ему сейчас наберу, он приедет, что-нибудь придумаем! Я здесь работаю как администратор и доставщик.

После изматывающего дня у меня нашлись силы ответить только на один вопрос:

– Да, я голоден.

Саша ушел на кухню и через несколько минут вернулся с горячей пиццей и бутылкой воды. Затем уехал на очередную доставку, сказав ещё немного подождать, так как владелец пиццерии Асим скоро будет. Но мне было чем заняться, и я откусил кусок пиццы, наблюдая, как повар нарезает лук.

Когда я уже доедал, на стареньком «Volkswagen Passat» приехал владелец. Как только он забежал, сразу крикнул повару, что теперь тот может сходить в туалет. Видимо, он уже давно просил, чтобы его подменили, поэтому моментально исчез с кухни. Надев фартук и по-быстрому обработав руки санитайзером, владелец стал доделывать пиццу и параллельно расспрашивать меня.

– Это ты ищешь работу? – спросил он с сильным акцентом.

– Да, – с энтузиазмом ответил я и улыбнулся.

– Быстро работать можешь? – недоверчиво уточнил владелец.

– Могу, – твёрдо сказал я.

– Увидим сегодня вечером. Поедем по отелям распространять рекламные листовки. Иди в ту дверь, – он показал на дверь, где было написано «Только для персонала», – возьми там коробку с листовками.

– Окей, – я пошёл искать то, что мне сегодня предстояло «распространять». Открыв дверь, я увидел крошечное помещение, похожее на туалет. В нем стоял сейф, висела пробковая доска с разными бумагами и фото, стоял небольшой стол и складной стул. В углу, рядом с мусорным ведром, стояла коробка, в которой аккуратными стопками лежали тысячи листовок. Я взял её и понес к Асиму. Тот указал на стол и сказал их приготовить.

– Приготовить? – недоумевающе переспросил я.

– Да, сейчас покажу, – с этими словами он открыл дверцу печки, поставил пиццу на противень и подошёл ко мне, – сгибай каждый листок пополам и хорошо проглаживай место сгиба, так тебе будет проще подкладывать листок под двери отеля или вставлять в дверную ручку. Ты сможешь быть в разы эффективнее и успеешь отработать большее количество этажей и отелей. Он протянул готовый буклет и отправился за накладными в подсобку, передав повару фартук. Владелец оказался «многоруким многоногом» в своём бизнесе: сам отвечал за маркетинг, бухгалтерию, производство продукта, за работу с поставщиками, за персонал, да и за всё, что было необходимо для функционирования предприятия.

Я сидел и сгибал листовки, когда дверь открыл мой напарник. Это был афроамериканец в зелёном спортивном костюме и красных кроссовках «Найк». Стягивая с головы наушники, откуда доносился ритмичный бит с узнаваемым речитативом, он протянул руку и сказал «Чё как, бро». Потом подошёл к владельцу пиццерии и молча протянул руку. Взгляд у него был уставшим и обкуренным. Асим посмотрел на нашу команду, хмыкнул и сказал: «Пошли». Мы вышли из пиццерии и сели в машину.

Новый босс и напарник разместились на передних сиденьях, а я сидел сзади, в компании коробок с листовками. По дороге владелец пиццерии краткими и ёмкими предложениями ввёл меня в курс дела:

– Мы едем в отель. Раздавать рекламу там запрещено. Тебя может поймать охрана. Поймают – молчи, тебе не имеют права ничего делать. Постарайся оттуда убраться до приезда полиции, так как за это могут оштрафовать или сделать что похуже. В отель мы будем заходить с чёрного хода. Где-то есть мои люди, где-то их нет. В любом случае будь начеку.

Он повернул на парковку одного из отелей-казино, остановился на заднем дворе и попросил набрать листовки в рюкзак и карманы.

Мы подошли к забору с чёрного входа. Напарник перелез его в несколько секунд и открыл дверь изнутри. Мы оказались на территории отеля. Зайдя за угол здания, мы прошли мимо бассейна с отдыхающими, которые наслаждались звуками музыки и красивым закатом. Но мне было невесело. «Жесть», – подумал я про себя. В груди что-то сжалось, захотелось резко убежать, чтобы всё изменить, вырваться из этого места. Я будто опустился ниже плинтуса, и в голове постоянно возникал один и тот же вопрос: «Что я здесь делаю?».

Я пытался найти объяснение, увидеть в ситуации какие-то положительные стороны: «По крайней мере, это приключение! Когда ещё со мной такое может случиться. Наверняка буду потом вспоминать об этом с улыбкой. Может, эта ситуация – как оттянутый маятник, даст мне прорыв в будущем». Я вспоминал невероятные истории успеха, когда люди ночевали в машинах, у них не было дома, они хватались за любую возможность изменить происходящее, и потом всё это сполна вознаграждалось.

«Ты же сам хотел именно такого стрессового момента, который сделает тебя сильнее. Чему ты удивляешься? Давай иди и делай то, что нужно, чтобы оказаться на новом уровне», – говорил я себе.

Тем временем мы вошли в отель с чёрного входа и оказались в лифтовом холле. Рядом стояли постояльцы и не обращали никакого внимания на нашу компанию. Владелец тихо объяснил, что в этом отеле лучше всего начинать с шестнадцатого этажа. Как только мы приехали, он стал показывать, как нужно работать, взяв у меня стопку листовок. Хозяин пиццерии подкладывал их под двери номеров и приговаривал: «Мне нужна скорость, понимаешь, если ты будешь медленно работать, я скажу, чтобы ты больше не приходил».

Я быстро включился в процесс. Напарник шёл слева, я – справа. Между этажами мы переходили по пожарным лестницам, а владелец перемещался на лифте. Он стоял посередине этажа, как надзиратель, наблюдая за работой и смотря по сторонам, чтобы не пропустить появление охраны. Всё прошло гладко, мы поехали в следующий отель, где по той же схеме распределили листовки под двери. Интересно, сколько будет заказов с такой пиар-компании?.. Но думать об этом было некогда. Мы вышли из отеля и оказались у машины.