Игорь Тимофеев – Бард и его сны (страница 9)

Послышались тяжёлые шаги, кто-то снял засов и осторожно распахнул дверь. Сгорбленный старик, держащий в руках палку, подозрительно оглядывал незнакомцев. Его седые волосы были неряшливы, а одежда настолько помятая и засаленная, выцветшая от времени, что определить её цвет практически не представлялось возможным. – На место! – приказал хозяин своей собаке, довольно крупному чёрному псу, который тотчас отбежал в угол. – Что вам надо? И зачем притопали ко мне?

– Я – Бард, певец, сказитель, музыкант. Со мной мои друзья. Мы хотели бы кое-что узнать, да спросить совета. Возможно, мы сможем помочь вашей деревне, тем более что меня об этом попросил достопочтимый правитель О’Грэди.

Старик почесал щёку, явно обдумывая, стоит ли ему впускать их или нет. Но видя, как эти люди ему добродушно улыбаются, и то, что при них не было оружия, что немаловажно, всё-таки решил пригласить их в свой дом.

– Проходите, чего уж… Простите, что сразу не впустил-то, тута такие дела творятся, м-да. – Он прошёл до окна и сел за дубовый стол, а друзья уселись на стоящую рядом низкую лавку. В углу был устроен грубо сложенный камин, а у соседней стены располагалась простая деревянная лежанка, служившая хозяину постелью.

Бард спросил: – Значит, все сбежали?

– Да-да, на третий же денёк. А вы, выходить, про наше-то горе ведаете?! Неужели и в городе об этом знают? Впрочем, удивляться не приходиться, люди отсюда-то все тудой отправилися. Один я тутова остался, значит. Да ещё пёс мой со мною. Только, чуть темно настанет, мы и носа со двора-то не кажем – страху вокруг, что жуть.

– Так, дед, давай-ка по порядку. Кто первый обнаружил пещеру? – задал новый вопрос Бард. Раз он решил провести расследование, то не мешало бы узнать все подробности, прежде чем соваться неизвестно куда.

– А-а, то наши лесорубы. Прибегают с лесу, возле горки который, кто ж там был, э-э… погоди-ка… сейчас вспомню… Абрахам – вот кто! Ну и ещё двое с ним… Глаза круглые, во-от такие, – дед изобразил двумя морщинистыми руками глаза прибегавших мужчин – получилось довольно крупно и впечатляюще. – Кричат во всю глотку, что, дескать, в пещере в лесу, где они рядом проходили, шум, вой, будто волчий, и голоса непонятные. Переполошили всех, напугали… сид это, и всё тут, а значится, и работать, и жить здеся нельзя! А я им поперёк: – Мож, говорю, людишки лихие тама, а? Заразбойничали, да и тихорятся в пещерке-то…

– Ну и? Проверять не ходили?

– Как не ходили? Ходили… еле-еле, с трудом превеликим старосту уговорил! Да токо пользы чуть… Как подошли ко входу, а оттуда вой нечеловеческий и голоса шепчущие. Староста первым-то и побёг, а остальные уж по его примеру. Срам. Как возвернулись, так за день барахло в телеги загрузили и тикать. Опять пришлось уговаривать, чтобы хоть в город сообщили, а то ведь не хотели сперва-то.

– А ты не побоялся остаться, так?

– Так. А чего мне? Я старый – всё едино скоро помру. Да и стыдно бежать лисе подобно от какого-то лая собачьего. Лиса понимает: раз лай, значится собаки, вот и бежит. А мы ещё хуже получается: звуков неизвестных испужались и дёру! Куда это годится? Я на своём стою: воры там, и всё!

Бард погладил бородку, улыбнулся, посмотрел на деда и сказал:

– До темноты ещё часа четыре—пять, как думаешь, успеем налегке до этой «воющей» пещеры дойти?

Дед помолчал с минуту, хмуро смерил гостей глазами, и только потом ответил: – Тудой ходу час от силы, прямо за лесопилкой тропка в лес идёт, до горки. Я токо сомневаюсь, ведь при вас-то оружия не видно, чем обороняться думаете, коль придётся, а?

– Так барду оружие не полагается, окромя арфы! – засмеялся Бард, и весело подмигнул Маркусу, сидящему рядом с очень серьёзным выражением лица. – У нас для такого случая подходящий человек имеется, который уж точно не растеряется. Короче, план такой: два наших фургона поставим около колодца, лошади пускай отдыхают, ребятишки у тебя побудут, хорошо?

Седовласый старик согласно кивнул.

– Мы втроём: Мазу, Маркус и я, быстро прогуляемся по той тропке, разведаем потихоньку, что да как. Если до ночи не вернёмся, наши пошлют за стражей – пусть правитель сам решает, что делать. Всё, пора действовать!

С этими словами Бард вскочил со скамьи и выбежал из дома, да так скоро, что Маркусу пришлось его нагонять. Эту черту своего наставника паренёк знал давно, однако привыкнуть к такой решительности, которая порой обескураживала, ему было трудно. Дядюшка на ходу отдал все распоряжения, объяснив друзьям, что собирается предпринять. Но все ожидали чего-то подобного, поэтому были готовы и не спорили. Ход и Ули, конечно, хотели тоже идти, но Бард сразу пресёк эти попытки: – Вы должны остаться! Мало ли чего случиться может, а вы, я знаю, сумеете позаботиться о «семье». Ждите нас до ночи.

Мазу ободряюще похлопал молодых парней по плечам и добавил: – Э-э… ничего… это… плохого не случится!

Достав из повозки крепкую дубовую палку, которая больше напоминала боевую дубину, силач бодро улыбнулся Абиагил и ребятам. Нис прошептал Эльзе: – Ну вот, опять без нас. Что мы, маленькие что ли? Не боимся мы никаких «воющих» пещер!

У Эльзы задрожали руки, но она смело поддержала мальчика: – Да, не боимся!

Может быть, эти оба и решились бы на что-то большее, например, пойти следом за тремя отважными артистами, но мама Эльзы с них глаз не спускала, и поэтому о всяких похождениях пришлось забыть. Под руководством Аби они вместе с Ходом и Ули довели фургоны до колодца и распрягли лошадей. Маркус же, взяв свой любимый нож и набив самым необходимым свою сумку, бросился догонять быстро идущих к лесопилке Барда с Мазуином. «Ох уж, эти взрослые! Торопятся, бегут… вечно их догоняй!» – мысленно ворчал Маркус, но ему льстило доверие со стороны старших. За последние два дня он как будто вырос в их глазах настолько, что даже обогнал двадцатипятилетних братьев Хода и Ули.

Трое храбрецов без труда нашли нужную тропу в этом чудесном просторном лесу. Следы людей, идущих к пещере, а затем обратно, не заметить было невозможно. Сломанные ветки и молодые деревца, затоптанные цветы и даже раздавленный красавец-мухомор оказались отличными дорожными указателями. Действительно, примерно через час они вышли на ту самую горку, а точнее невысокий холм, у подножия которого скопилось множество камней. Пройдя чуток по тропинке в сторону, друзья отчётливо увидели место, куда их привело желание разгадать очередную тайну. Вход оказался между двух больших стоящих неровно камней. Сердце Маркуса забилось сильнее. «Хорошо говорить о пещере, когда туда не залазишь! – размышлял паренёк. – Вон, какая красота вокруг! Птицы поют, цветы, бабочки всякие порхают… А сейчас полезем в эту темноту и ещё не ясно, вернёмся или нет к этому солнечному лесу!» Бард приложил палец к своим губам, показывая остальным, чтобы двигались очень тихо, и первым шагнул в чёрный проём пещеры. Нагнувшись, Маркус и Мазу последовали за ним.

Свет сюда проникал лишь на небольшой участок возле входа, а далее было довольно-таки темно. Потребовалось некоторое время, чтобы их глаза привыкли к этому мраку. Внутри пещера оказалась чуть выше человеческого роста, но коридор, уходящий вглубь, явно расширялся. Внезапно Бард присел и принялся шарить по земляному полу пещеры. Схватив что-то, он выпрямился и улыбнулся друзьям:

– Тсс… гляньте сюда! – в его правой руке был обгоревший факел. Принюхавшись к нему, он шёпотом сделал замечание: – Им пользовались совсем недавно, возможно, что и сегодня. Будьте осторожны! Маркус, у тебя же есть масляный светильник? Пора им воспользоваться.

И правда, у него в сумке лежал крохотный светильник, который наполнялся маслом. Когда-то давно они смастерили его вместе с Дядюшкой, и это была по-настоящему ценная и нужная вещь, хотя пользовались им совсем редко. А тут такой удобный случай! Не взять его было бы уж совсем глупо. Так размышлял Маркус, пока доставал и зажигал этот маленький фонарь. Но тут Бард попросил его посветить выше, на стены и потолок. Когда паренёк выполнил его просьбу, то от удивления даже вытаращил глаза: по левой стене, почти до выхода, была закреплена собранная из многих коротких отрезков труба какого-то пустотелого дерева, которого Маркус не знал. Её конец терялся в темноте, а в начале располагался широкий раструб.

– О-о… – только и смог он из себя выдавить. – Я уверен, что с помощью именно этого устройства и издавались воющие звуки! – объяснил Бард.

Мазуин нахмурил брови, молча забрал у Маркуса светильник, решительно зашагав вглубь пещеры. Силач прикрыл ладонью фонарь так, что света хватало только-только, чтобы осветить дорогу перед собой. Двое его друзей еле успевали за ним. Наверняка они никому бы не пожелали оказаться на пути этой уверенной горы мышц с дубинкой, которая на коротком ремешке висела на его правом запястье. Мазу, видимо, решил как можно быстрее докопаться до правды и схватить прячущихся здесь злоумышленников. Однако через десяток шагов Бард остановил его. Он показал указательным пальцем вверх, и силач направил свет в ту сторону. Маркус тоже заметил странный коричневый предмет, внешне похожий на бурдюк. Бард чуть не засмеялся. Еле сдерживаясь, он прошептал:

– Так это же большая волынка! Вот значит как…