Игорь Сульг – Бронзовый солдат. Стихи и поэмы (страница 12)
Не сможет высечь вновь он из него огня.
А вид старухи (то, что был когда-то дорог)
Теперь лишь звуком просится – карга.
Но есть обет пред богом (иль пред чистым небом),
Где оба поклялись: и в горе и в любви
Идти вдвоём, пока не станешь чёрным пеплом,
Или пока не сжёг мосты и корабли…
(27.09.2018)
Спетая песня
Я в ритме услышал песню,
Летевшую к поднебесью
С обочины жизни вестью,
Любовный сжигая транс.
Слова обнажались болью
И слезоточили кровью.
Душа с неизбежной тьмою
Искала последний шанс…
В неправедном гневе ночью
Безмолвно, красиво, воочию
Увидеть улыбку волчью
И третий разрушить Рим.
Так кончилось снова лето –
Агония незаметно
Ворвалась перед рассветом
Словами: ты не любим!
Диджеи, где ваши диско?
Пусть будет хоть шанс без риска –
Забыться бы в песнях Фриске,
Как боль в позвоночник шла.
Предельно любить друг друга
Внутри ледяного круга,
Но сжечь отношенья в муках,
Чтоб всё поглотила мгла.
(05.10.2018)
Легенда об иконе Божией Матери
1.
Где моется небо на самых высоких горах,
Где нет обывателю входа, где тучи тоскуют,
Там прятался в скалах холодных нестарый монах,
И днями молился согбенно в погоду любую.
Просил он у неба немного: чтоб мир на земле
Царил повсеместно, чтоб были цари помудрее.
Он вызов молитвой бросал наступающей мгле,
Молясь, чтобы мир становился на йоту добрее.
Однажды заблудший наместник набрёл на него.
Ударил монаха, пытаясь дорогу разведать.
Но богу отшельник молился, и явь далеко
Была за пределами мысли его и обета.
Когда же наместник вернулся в палаты свои,
Всё тело согнул паралич неизвестной болезнью.
Тут вспомнил монаха, глаза его, струйку кров
И шёпот молитвы, похожей на грустную песню.
Он пал на колени, крестясь задрожавшей рукой,
Мольбой неустанной взывая ко милости божьей.
До бога дошло покаяние – тихий покой
Душа ощутила и тело под выгнутой кожей…
2.
Где моется небо, разверзлись лицом облака,
И господа глас снизошёл до пещеры монаха:
– Ты должен икону вернуть, что апостол Лука
С Марии писал, чтобы сила её не зачахла.
Хранилась икона в столице, где жил василевс,
Где море ласкало дворцы и древнейшие стены.
Там храм достигал куполами лазурных небес
На самом краю, Византийской тогда, ойкумены.