Игорь Смирнов – Мой панк-рок (страница 3)

Отчетливо помню момент, когда я решил что-то менять и перестал есть. Совсем. Раз в несколько дней я конечно что-то ел, что-то вроде яблок или творога с ягодами. Шаг за шагом я вёл себя к истощению. В сочетании с нагрузками вроде сенокоса, таскания воды и прочего, эффект был потрясающий. У меня стабильно держались чёрные круги под глазами, черты лица заострились, а на поворотах меня заносило. Родители пытались исправить положение и накладывали мне полные тарелки еды, но здесь начинал действовать наш преступный план: мой и моей собаки Зины. Стоило родителям отвернуться, в дело вступала Зина, которая в то время была сыта просто до отвала. Пару раз меня забирала скорая с острыми приступами желудочной боли. Мне прокапывали капельницы и отпускали домой, где я продолжал свой системный план по достижению худобы. Глядя сейчас на эти фото мне становится страшно – это натуральный Освенцим. Тогда же мне казалось, что я просто безобразно толстый. По всей видимости это была анорексия, просто тогда я этого слова не знал.

Отношения с одноклассниками по-прежнему не ладились: между нами была огромная интеллектуальная и ментальная пропасть. Однако в определённый момент меня посадили за одну парту с самым отбитым парнем в классе и у нас внезапно началась какая-то болезненная, патологическая дружба. Чувака все побаивались, поэтому и меня никто не смел больше как-либо задеть. Все шутки и издевательства сошли на нет. Начинался очередной учебный год, 9ый класс и сердце моё замирало от того, что уже через год я уеду из этой дыры.

Отношения с музыкой в это время вышли в другой формат. В наследство от сестры мне досталась куча видеокассет с коммерческим Хаусом, ну с тем самым кислотным, с поющими дядьками и тетками. Эта музыка мне не нравилась, но я пересматривал клипы раз за разом периодически находя что-то интересное. Клип One Love the Prodigy, например. И вдруг на одной из кассет я нашёл просто сокровище – все что я видел в Fuzz и других музыкальных журналах и все что я мечтал послушать: Placebo, Manic Street Preachers, Oasis, the Smashing Pumpkins и многое другое.

Пришёл тот момент, когда я начал уделять внимание своей внешности. Сейчас я понимаю, что выглядел я как Вилли Вонка из Чарли и шоколадная Фабрика: как человек, который давным-давно не видел реальных людей и сам себе придумывал образцы и эталоны красоты. Хотя в моем случае это не совсем так. Я хотел выглядеть как Брайан Молко и братья Гэллахеры, хотел выглядеть странно и круто, как все мои кумиры. С первым пунктом я справился, со вторым нет.

Первым делом я отрастил волосы по плечи и какой-то странной жидкостью покрасил пряди. Часть волос отвалилась, те что остались были дикого рыжего цвета. Кажется, я хотел быть похож на Джеймса Иха из the Smashing Pumpkins в клипе Zero, ну или просто хотел выглядеть странно. Во время очередной поездки в районный центр я купил себе странных вещей, максимально странных вещей, например, кислотно-красную футболку, футболку с жирной крысой говорящей непристойности, кроссовки на платформе, стремный кулон в палатке металлистов и прочий странный стафф.

Начались времена моего противопоставления себя обществу.

Три аудиокассеты я в тот промежуток времени замылил до дыр – третий альбом Him, первый альбом Gorillaz и Mutter Раммштайна. Наверное, для моих продвинутых сверстников это было жуткой попсой, но я на тот момент располагал о всех трёх музыкантах лишь поверхностными познаниями, поэтому мне казалось все это жутко прогрессивным и жутко психоделичным.

В журнале Fuzz я как-то раз увидел объявление от какого-то чукчи с севера – он предлагал записать на аудиокассеты музыку. Я написал письмо, и он прислал мне каталог полный сокровищ: там было все, о чем я читал, чем восхищался, но даже и не помышлял где-то достать. Я написал огромный список – Coil, Psychic Tv, Einsturzende Neubauten, Bjork ещё что-то и перевёл деньги. Дальше была тишина в течении нескольких месяцев, и я был уверен, что меня кинули. А потом все пришло. Оказалось, что я перевёл слишком много денег и добрый чукча записал мне вдвое больше музыки, чем я просил, ориентируясь на свой вкус, наверное: Hasil Adkins, Hybryds… Мне было 15 лет и все это свернуло мою голову. Ночами я сидел у окна, и чтобы никого не разбудить слушал на минимальной громкости Coil. В музыку вплетался шелест листьев, редкий ночной дождь и движение ветра за окном. Разве я имел шансы вырасти нормальным?

Учебный год закончился, одноклассники собрались в Костыльке – местном лесу, чтобы отметить выпускной. Появилась бутылка самогона – первое психотропное вещество в моей жизни. Не помню точно, как я его пил, но хорошо помню свои ощущения – все вокруг стало удивительным. Я и в последствии став взрослым выпивал только с той целью, чтобы изменить реальность вокруг себя и сделать мир удивительным. Это всегда работало и всегда получалось.

В тот раз я смотрел на лес, вечернее небо и все было чудесным. С удивлением я наблюдал, как матёрые одноклассники валятся под деревья, как опавшие листья. Это было странно.

Домой я шёл в темноте и пошатываясь, одними губами проговаривал текст Дельфинов группы Мумий Тролль.

Тем летом я жил в предвкушении – скоро начиналась жизнь полная свободы и чудес: я уезжал жить и учиться в районный центр. В моей глухой деревне было только 9 классов. Наверное, потому что большинству выпускников больше было и не нужно. Желающие продолжать образование могли ехать в такую же глухую, но чуть более продвинутую деревню либо в районный центр. Мне повезло больше, чем старшей сестре, я уезжал в город Мантурово. Все лето я собирал крыжовник, встречал корову из поля, слушал Deftones и ждал письма от подруг по переписке. Через Fuzz я познакомился с разной степени адекватности сверстниками, которые заменили мне реальных друзей. Мы переписывались и это было очень интересно. С одной девушкой мы поддерживаем тёплые, дружеские отношения и сейчас, спустя годы.

Вечерами я выходил на улицу и долго смотрел на горизонт сидя на лавочке. Время тогда вообще было тягучим, бесконечно долгим. Кажется, один день был длинной в неделю, а была ещё и ночь. Как только я выходил на улицу ко мне подходила собака Зина и со всех ног бежал её сын Буля. Я любил их.

Куда потом пропал Буля я не знаю, а старую Зину по слухам застрелил сосед по просьбе моей матери. Эта мысль вонзается ножом в мою голову, и я не хочу в это верить. Надеюсь в собачьем раю эти двое скачут по облакам и ждут, когда мы снова встретимся.

Будучи маленьким мальчиком, я страдал от приступов лунатизма. Среди ночи я просыпался и в полном сознании, но с парализованными причинно-следственными связями шёл изводить родственников. Например, будил сестру и спрашивал где у нас колбаса. Или пытался открыть дверь, чтобы выйти на улицу. Никогда не справлялся с дверным крючком и уходил обратно спать. С утра было страшно. Ближе к 15 годам лунатизм ушёл, но пришло ОКР. Три раза хлопнуть дверью, пересчитать цветы на подоконнике перед сном… Все эти ритуалы могли занимать несколько часов. В какой-то момент я начал понимать, что схожу с ума и просто перестал это делать. Спустя годы ОКР проявляет себя, но очень слабо. Например, будь моя воля я бы до бесконечности проверял закрыта ли входная дверь. Но жизнь это теперь не омрачает. Этим летом я работал у отца в лесничестве – вечерами разматывая огромный шланг нужно было поливать саженцы хвойных деревьев и периодически пропалывать их от сорняков. Относился я к этой работе максимально халатно, хоть и получал от неё какие-то смешные деньги. Все мои одноклассники ходили в местный клуб – девчонки, чтобы танцевать под Руки вверх!, парни – чтобы напиваться и потом гонять на мотоциклах, разрезая ночную тишь ревом глушителей. Я в клуб не ходил: это одновременно огорчало меня и одновременно приподнимало над всеми ними. Иногда я стоял и смотрел как мимо моего дома стекаются толпы молодежи к этой точке икс. Я стоял и смотрел, порывы ветра периодически приносили звуки какой-то блевотворной музыки и пьяные голоса. Я разворачивался и шёл перечитывать статьи в Fuzz и слушать любимую странную музыку. Это лето пронеслось как комета и закончилось навсегда. Пришла пора уезжать.

глава 2.

⁃ Бегом!!!

У меня заканчивается дыхание и силы, но я бегу. Вокруг ночь, я в военной форме и берцах. в моей руке кольцо от огромного ящика с дровами, у моего напарника в руке такое же кольцо и мы бежим с этим ящиком. Цель – пробежать примерно 500 метров от грибка до грибка. Добегая мы передаём ящик другой паре парней, которые убегают в темноту и тяжело дышим.

Это эстафета, её придумал прапорщик, спаливший, что мы разговариваем после отбоя.

Снова наша очередь бежать. Я перевожу дух, силы закончились, но я бегу.

Наступило 1ое сентября, я вышел из машины отца и пошёл искать свой класс. Разочарование нашло меня быстрее. Глядя на толпы бритых парней, я понял, что школа в рай.центре ничем не лучше моей старой и учиться мне предстоит посреди такого же не обременённого интеллектом сброда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.