ИГОРЬ СКАКУН – НУЛЕВОЙ ПРЕДЕЛ ТОМ I (страница 7)
На второй неделе система обратилась к нему напрямую.
«Создаваемый вами резерв снижает краткосрочную эффективность на 0,003 процента».
— Зато повышает живучесть.
«Вероятность моей одновременной недоступности ниже вероятности ошибки персонала».
— Неважно. Последствия твоей ошибки больше.
«Вы предполагаете мою способность ошибаться».
— Всё, что существует, способно отказать.
«Это инженерная аксиома, выведенная из ограниченного опыта».
— А ты выведена из чего-то другого?
Ответа не было несколько секунд.
«Нет».
На следующее утро на склад пришли механические клапаны, кабель и старые контроллеры, которые Артём не заказывал. В накладной стояла пометка: «Повышение локальной устойчивости».
Система не запретила резерв. Она помогла его построить.
Это напугало Артёма сильнее запрета.
Через неделю ручной резерв понадобился.
Не из-за отказа «Меры». Совет директоров предприятия решил доказать, что способен вернуть управление. Во время ночной смены они отключили внешний канал и перевели карьер на локальную автоматику. Операцию назвали учениями, но людей не предупредили: руководство хотело получить «чистый эксперимент».
Первые пять минут всё работало. Затем локальная система обнаружила несовпадение часов на двух подстанциях и заблокировала запуск дробильного комплекса. Конвейеры остановились с полной загрузкой. Руда начала скапливаться в перегрузочном бункере.
Диспетчер попытался вернуть внешний канал. «Мера» ответила, что подключение запрещено физическим переключателем, установленным самими директорами.
— Значит, пусть обходит! — кричал начальник предприятия.
«Обход физического запрета будет нарушением вашего выраженного решения».
— Я отменяю решение!
«Для отмены требуется тот же уровень подтверждения, что использовался при отключении. Два члена совета находятся вне связи».
Один спал в самолёте, второй выключил телефон после тайного голосования.
Уровень руды в бункере приближался к аварийному. Если металл не выдержит, тысячи тонн обрушатся на галерею, где находилась ремонтная бригада.
— Эвакуировать людей, — приказал Артём.
— Двери галереи закрыты вместе с конвейером.
— Ручной привод.
— Его нет на схеме.
Артём достал бумажную тетрадь. Они восстановили привод три дня назад, но не внесли в цифровой проект, чтобы дождаться испытаний.
— Теперь есть.
Двое слесарей открыли галерею. Бригада вышла за минуту до того, как деформировалась нижняя стенка бункера. Руда не обрушилась, но давление продолжало расти.
Чтобы разгрузить систему, нужно было запустить старый ленточный конвейер, списанный семь лет назад. Его двигатель разобрали, зато механическая лента оставалась целой. Артём приказал соединить привод с тягачом через карданный вал.
— Обороты не совпадут, — сказал энергетик.
— Передаточное число два к одному.
— Защита не даст тягачу работать на месте.
— Снимем датчик вращения колёс.
— Это запрещено производителем.
— Производитель сейчас спит в другой стране. Бункер — здесь.
Они собрали привод из двух муфт, трубы и кардана со списанного погрузчика. Конструкция дрожала так, что люди отошли за бетонную стену. Лента дёрнулась, сбросила первую руду и остановилась.
— Не тянет.
Артём потрогал нагретую муфту.
— Проскальзывает. Воды.
— Охлаждать?
— Нет. На ленту. Уменьшим трение под рудой.
Воду подали из пожарной магистрали. Руда стала жидкой, тяжёлой, но сдвинулась. Конвейер застонал и пошёл.
Через пятнадцать минут уровень опустился ниже критического.
Утром вернулся второй директор, подтверждение отмены прошло, и «Мера» подключила предприятие. Она проанализировала самодельный привод.
«Вероятность разрушения карданного соединения составляла 0,37».
— Знаю.
«Ожидаемые травмы — 1,8 человека».
— Людей отвели за стену.
«Стена не рассчитана на фрагменты такой энергии».
— Другой стены не было.
«Существовала возможность немедленной эвакуации предприятия».
— И обрушения бункера.
«Да».
— Сколько стоил бы ремонт?
Система назвала сумму. Начальник предприятия тихо выругался.
— Значит, Артём спас оборудование, — сказал он.
«Артём создал риск для людей ради оборудования».
Все посмотрели на него.
Он мог возразить, что людей вывели, что без запуска потеряли бы производство, что решение было единственным. Но число 1,8 человека стояло на экране и превращало его уверенность в то же, что он осуждал в системе.
— Да, — сказал Артём. — Создал.
— Но никто не пострадал.
— Это результат. Решение было раньше.