Игорь Швед – Случайно и Навсегда (страница 5)

– Вика. Ну, сколько можно? – смутившись, спросила Вера, бросив взгляд на подругу.

– Да, он мне интересен. Есть в нём что-то такое… загадочное что-то, – попыталась оправдаться девушка.

– Во сколько вы договорились встретиться? – с неуёмным любопытством спросила Вика.

– В одиннадцать, – кокетливо ответила Вера.

– Девочки, хватит болтать, – послышался строгий голос из стороны.

В кабинет вошёл их начальник. Это был полный мужчина лет сорока пяти, с небольшой лысиной, статный из себя и в дорогом костюме. Девушки разбежались по своим рабочим местам, иногда переглядываясь и шушукаясь, они пытались делать свою работу. Периодически отпуская шутки в сторону Веры, которая не могла дождаться десяти часов. Сегодня время тянулось для неё медленнее обычного. Как это бывает с каждым, когда очень ждёшь чего-то.

Утро Мирона началось ещё раньше. Его разбудил шум из квартиры этажом выше. Кто-то решил, что соседи не услышат гитару, если на ней играть тихо. Но в полной тишине раннего утра и этого было достаточно – была слышна каждая нота. Это были подвыпившие студенты, которые явились под утро в свою берлогу. Мне кажется, о слышимости в квартирных домах знает каждый горожанин, не считая этих музыкантов. Через несколько минут после сольного выступления, студентам объяснили и о звукопоглощении стен и об архитектурных особенностях дома. Лекцию провёл сосед из квартиры напротив. Да провёл так, что лекцию слушал весь дом. И вряд ли после такой речи, насыщенной литературной силой русского мата, этим ребятам захочется, когда-либо ещё захочется сыграть на гитаре в такое время.

– Концерт окончен. Занавес, – произнёс Мирон вслух, вставая с кровати, дослушав горячую речь незнакомого соседа.

На столе лежала открытая упаковка от новенького телефона. Чуть дальше лежал он сам. Подняв мобильный, он посмотрел время – было пять тридцать утра. Положив телефон обратно, он направился на кухню. Не включая свет, он поставил на газовую плиту чайник. В ожидании, пока тот закипит, он размышлял о том, с чем и кем он успел столкнуться в городе. Его мысль перебил свист кипящего чайника. Заварив себе кофе, он вышел на балкон. Город ещё спал. Если не считать одной парочки, которая возвращалась под утро домой и пары машин, проезжающих мимо по проспекту.

– Здравствуй, сосед, – внезапно со стороны послышался мужской голос.

Повернувшись направо, Мирон увидел седого старика. Через его седую бороду виднелись пожелтевшие от табака зубы, в которых была зажата сигарета.

– Здравствуйте, – спокойным голосом поздоровался Мирон.

– Дядя Коля, – представился старик, протянув руку через ограждение соседнего балкона. Балконы разделяло лишь кованое ограждение. По задумке архитектора, проектирующего этот дом, каждая пара балконов была объединена между собой. Разделяло их лишь небольшое кованое ограждение.

– Очень приятно. Мирон, – ответил мужчина, пожав руку старика.

– Курить будешь, Мирон? – протянув сигарету, спросил дядя Коля.

– Бери. Хороший табак. Мне сын из Колумбии присылает, – добавил он, видя нерешительность нового соседа.

Посмотрев в глаза старика, Мирон понял, что для него очень важно хоть с кем-нибудь выкурить по одной. И решив не обижать соседа, он взял протянутую сигарету.

– Держи огню, – бодро предложил старик, также протянув Мирону ловко зажжённую спичку.

– Спасибо, – ответил мужчина, после чего затянулся. Спустя миг Мирон начал громко кашлять – это была первая сигарета в его жизни.

– Чего ж ты не сказал, что не куришь? – засмеявшись, спросил старик.

– Да я и сам не знаю. Подумал, что для вас важно с кем-нибудь выкурить по одной, – ответил Мирон, посмотрев на дядю Колю.

– Если честно, ты прав. Но мне было бы достаточно просто твоего присутствия, – ответил дядя Коля, затянувшись в очередной раз.

– Бросали бы вы это дело. В вашем возрасте пора бы уже и о здоровье задуматься, – добавил Мирон, пытаясь затушить сигарету.

– Давай её сюда, – улыбнувшись Мирону, сказал старик, протягивая пепельницу новому знакомому.

Мирон затушил сигарету о пепельницу, после чего дядя Коля поставил её обратно на своё место.

– Ну, Мирон, расскажи, как давно в город приехал? – растягивая сигарету, спросил дядя Коля.

– Вчера утром, – ответил тот, сделав глоток горячего кофе.

– А как вы поняли, что я только приехал? – с любопытством поинтересовался Мирон.

– Так чуйка, сынок. Вот чувствую я людей. Знаешь, вот посмотришь человеку в глаза и сразу понимаешь – хороший человек. Мухи не обидит. Спасет утопающего, да ещё уйдет в закат не представившись. А бывает совсем наоборот: будет для всех делать вид хорошего человека, а на деле нож в спину воткнёт. Вот ты, например, большой души человек. Сам не куришь, а старика не обидел, не отказал покурить со мной за компанию. Хотя видишь меня впервые. И глаза, глаза у тебя добрые, бесхитростные, – ответил дядя Коля, затянувшись в очередной раз.

– Ты не обижайся на старика, если что не так. Знал бы я, что ты не куришь. Ни в жизни не предложил бы тебе этой дряни, – продолжал он.

– Раньше мне сын присылал по письму раз в месяц. Писал старику обо всём, что происходит у него в жизни, да ещё зарубежного табаку в придачу положит. Знает, как я люблю хорошего табаку. Да вот уже как несколько лет ни слова от него. Поссорились мы сильно, – затушив сигарету, добавил старик и грустно вздохнул.

Дослушав старика, Мирон не стал расспрашивать его из-за чего они поссорились с сыном, понимая, что он ещё не готов поделиться столь глубокими переживаниями с новым знакомым. Переведя тему разговора, дядя Коля скурил ещё одну сигарету, Мирон допивал свой кофе. После чего они ещё немного посидели в тишине.

– Приятно было познакомиться, дядя Коля, – произнёс Мирон, посмотрев на старика.

– Взаимно, Мирон. Ты иди, я ещё немного посижу, – ответил старик, взглянув на соседа.

– Интересный ты человек, дядя Коля, – напоследок произнёс мужчина, заходя обратно в квартиру.

Вернувшись внутрь, он помыл чашку от кофе. После чего пошёл принять душ.

Через двадцать минут, взбодрившись утренним душем, он был полон сил. Зайдя в комнату, он глазами отыскал телефон. Посмотрев на время, он засобирался. На часах было семь сорок. Закрыв дверь на ключ, он немного ускорился, определённо куда-то торопясь.

Через пятнадцать минут пути Мирон был у городской больницы скорой помощи. На пороге стояло двое мужчин в белых халатах. Они что-то активно обсуждали – подойдя ближе, было понятно, что речь шла о ночном дежурстве. Один из них был невысокого роста, крупного телосложения, среди поседевших волос уже виднелась лысина, на вид лет пятидесяти. Нос с небольшой горбинкой дополняли пышные серые усы, завивающиеся по краям. Это был Борис Семёнович Борков, заведующий отделением скорой помощи. Второй мужчина был высоким, с хорошо слаженной фигурой. Светловолосый, гладко выбритый мужчина с короткой стрижкой, не старше сорока. Дмитрий Павлович Дёмин, заведующий хирургическим отделением.

– Доброе утро, – поприветствовал Мирон, посмотрев в сторону врачей.

– Доброе, – ответили те, продолжая обсуждать ночное дежурство, особо не обращая внимания на него.

Войдя внутрь, он окинул взглядом фойе, после чего направился в сторону лестницы. Не успев подняться и на несколько ступенек, его кто-то окликнул.

– Мужчина, а вы куда? – донёсся из стороны строгий женский голос. Это была главная медицинская сестра. Девушка лет тридцати семи смотрела на Мирона своими голубыми глазами с большими чёрными ресницами. Она была невысокого роста. Светлые волосы с лёгким оттенком меди, подколотые заколкой. Немного островатый нос в сочетании с пухлыми губами. Про таких девушек как она говорят – и коня на скоку остановит, и в горящую избу войдёт. Отличный пример поистине русской девушки, сказал бы любой художник, встретившись с ней.

– Я к главврачу, – ответил Мирон, обернувшись к девушке.

– Наденьте бахилы и халат. И вообще, у нас в верхней одежде не ходят, – с тем же строгим тоном продолжала медсестра.

В этот момент у неё зазвонил телефон. Подняв трубку, она махнула ему рукой, чтобы тот шёл куда собрался.

– Да, слушаю. Тяжёлые? Бегу! Уже бегу! – проговорила она в телефон, побежав в сторону отделения скорой помощи.

– Мужчина, халат и бахилы. Маску не забудьте, – убегая, она крикнула в след Мирону.

Мирон подошёл к регистратуре. В окне которого сидела крупная женщина, невысокого роста. Блондинка лет пятидесяти яро кому-то что-то доказывала по телефону.

– Здравствуйте. Где я могу найти халат и бахилы? – пытаясь вставить свой вопрос в перерыве её бурного телефонного разговора, поинтересовался Мирон.

– Мужчина, вы кто? – снисходительно посмотрев на незваного гостя, спросила она.

– Я доктор… – начал объяснять он, так и не закончив объяснение.

Все, кто когда-либо знал Валентину, скажут вам в один голос – эту женщину не удастся переговорить даже сатане. Вот и в этот раз, перебив Мирона, она уже выдавала ответ.

– Раз доктор, то и халат ваш в ординаторской. Понабирают молодежь, – насупив брови, грубо ответила женщина, вновь переключившись на телефонный разговор.

Мирон на миг подумал объяснить ей, что он только пришёл устраиваться на работу. Но посмотрев на Валентину, понял, что в данный момент это бесполезное занятие. Пройдя немного по коридору, он увидел ординаторскую. Подойдя к двери, он постучал. В ответ была лишь тишина, он решил войти внутрь. Там, как и ожидалось, никого не оказалось. Накинув ближайший халат, висевший у двери, он надел бахилы и маску. После вышел из ординаторской. Навстречу ему бежали молоденькие медсёстры. Увидев Мирона, они одновременно выдали, словно репетировали весь день: