Игорь Шнуренко – Демон внутри. Анатомия искусственного интеллекта (страница 51)

Восприятие человека хорошо передается в живописи старых мастеров. Например, в знаменитой картине Вермеера «Женщина в красной шляпе» зритель как бы застигает героиню врасплох. Красная шляпа создает тень, делая более выразительным взгляд героини картины, направленный на нас. Мы видим ее глаза в тени, потом яркую шляпу, а вот остальные детали выписаны достаточно схематично. Но именно так устроен наш мозг: мы видим только то, что для нас важно!

В более известной работе художника «Девушка с жемчужной сережкой» мы тоже обращаем внимание на сверкающие, как жемчуг, глаза девушки — и на сережку. Вермеер передает мир таким, как реально видит его человек, поэтому его работы нас так завораживают. Ты словно входишь в чужую жизнь и не можешь оторваться.

В XX веке появилось такое течение, как фотореализм, когда тщательно выписываются все детали, каждый волос. Но внимание человека не может быть направлено на все, все — значит ничего, поэтому работы Чака Клоуза или Джона Бедера могут эмоционально тронуть лишь кураторов или арабских инвесторов на арт-рынке.

Человек постоянно конструирует паттерны, по которым он будет воспринимать «реальность», а вот обучающиеся сети гораздо более сфокусированы в выполнении задачи. Поэтому в распознавании образов ИИ уже сейчас гораздо эффективнее человека.

Сеть с открытым кодом Psychlab — создание лондонской лаборатории «Гугла» DeepMind, той самой, что победила человека в го. Psychlab изучает разницу между визуальным распознаванием человека и ИИ, проводя с этой целью в сети много экспериментов. Изучая разницу в поведении человека и машины, мы можем понять, как они познают мир. Человеческий мозг использует в процессе распознавания сочетание параллельной и последовательной обработки данных, а машина —лишь параллельную. Поэтому машина работает быстрее. Видимо, именно параллельную обработку данных будут использовать будущие агенты ИИ.

Кстати, об агентах. Это, как вы уже, наверное, догадались, не совсем шпионы. Агентами ИИ называют чатботы, разного рода помощники вроде Алисы или Алексы, алгоритмы, управляющие беспилотными автомобилями, дронами, роботами и так далее. Вполне можно назвать агентом и киберведущего, если он работает в автономном режиме. Главное — чтобы наличествовал некий компьютерный алгоритм, который самостоятельно управлял бы устройствами на выходе с тем, чтобы они выполняли какую-то задачу. При этом круг задач для машин все время расширяется, и мы уже видим, как машины сами себе ставят задачи, то есть одни агенты управляют другими.

В случае искусственного интеллекта алгоритм, как правило, определяется нейросетью, хотя есть и другие варианты создания программ управления, например, экспертные системы. Есть и более широкое понятие «интеллектуального агента», куда входят даже компьютерные вирусы — то есть алгоритмы, возникшие еще до внедрения в компьютерную реальность искусственного интеллекта. Можно рассматривать вирусы и поисковые боты как более низшее звено эволюции в сравнении с нынешними агентами ИИ.

ШЕСТОЕ ЧУВСТВО

Агенты ИИ приступили к освоению так называемого «шестого чувства», или кинестезии. Это сочетание греческих слов «кинесис» — движение, и «эстесис» — восприятие, ощущение — означает то чувство, когда мы воспринимаем собственное тело как что-то единое. Мы ощущаем положение его в целом и отдельных его частей. Еще для обозначения этого ощущения используется термин «проприоцепция».

Чтобы понять, что имеется в виду, закройте глаза, отключите все, что может звучать, и постарайтесь почувствовать части своего тела. У вас внутри как будто есть карта, на которую нанесены расстояния между ними, вы без всякого дотрагивания знаете, где какая часть и как изменилось ее положение.

Мозг человека интегрирует всю информацию и строит подобную карту автоматически, а вот робототехникам это пока не удавалось. Метод программирования SLAM (Simultaneous localization and mapping) позволяет роботам использовать аналоги наших чувств слуха, зрения, осязания, обоняния, вкуса. Для этого им служат камеры, микрофоны, датчики давления, химические сенсоры и так далее. Таким образом, роботы научились строить карту своего окружения. Однако, если случается что-то непредвиденное, например, они оказываются в полнейшей темноте, роботы легко могут потерять из виду самих себя. Датчика «шестого чувства» еще не придумали, поэтому такой дезориентированный робот может сам себя разрушить — в точности как человек, страдающий психическими расстройствами деперсонализации и дереализации.

Насколько ключевым это «ощущения себя самого» является для разумных существ, можно понять, если обратиться к практике подобных психических расстройств. Их симптомы — нарушение восприятия собственного «я», ощущение нереальности происходящего, приступы тревоги, панические атаки и потеря эмоций. Вот как описывает одна из пациенток свои ощущения, вернее, ужас от их потери:

«В один день я поняла, что не ощущаю своего тела. Появилось одновременно чувство легкости и невесомости, а потом я стала ловить себя на мысли, что меня как бы нет. Ощущения в руках стали не мои, отражение в зеркале не то... Я полностью отдалась страху: физические симптомы исчезли, остался неописуемый ужас, что сейчас я потеряю связь с реальностью и контроль над собой... Мир, каким я его знала, разлетелся вдребезги. Выходя на улицу, я понимала, что между мной и реальностью большой барьер. Мир за стеклом казался плоским, бесцветным, мертвым. Я не могла понять, сон это или реальность, а может, я вообще умерла. Время просто остановилось, его не было, не было для меня. А в душе пустота, тишина и никаких эмоций».

Причиной деперсонализации может быть сильный стресс, когда организм защищается, как бы отключая мозг, обрубая все его связи с внешним миром. Такое случается с впечатлительными людьми, которые переживают по любому поводу, принимают все близко к сердцу. Начинается все с тревоги, приступов паники, которые переходят в невроз, связи человека с миром теряются, но вместе с этим он теряет и себя: «Деперсонализация — это когда не можешь понять, что ты за человек».

Вот описание симптомов деперсонализации от еще одной пациентки:

«Мир переворачивался вверх ногами, и приходилось ложиться на пол и закрывать глаза, это помогало прийти в себя... Я не чувствовала себя — личность стерлась, а я стала другим человеком: ощущение, будто души больше нет, только одна оболочка. Это сопровождалось постоянной тревогой, самокопанием, головными болями, ощущением безысходности. Это страшное состояние, когда суицид кажется единственным способом все прекратить».

Описание деперсонализации и дереализации показывают, что «шестое чувство» отвечает не только за координацию наших движений. Без этого «ощущения себя самого» мы попросту бы погибли, перестав функционировать как разумные существа. Помните парадокс Моравека? Не освоив на самом глубоком уровне этого ощущения цельности, искусственный интеллект не сможет преодолеть уровень способностей годовалого младенца.

Нельзя сказать, чтобы ученые и инженеры не работали над решением этой проблемы. При помощи машинного обучения роботов натаскивают, например, свободно работать руками. Но делать это с каждым роботом в отдельности требует слишком много времени, записать же все движения кодами еще сложнее. Недавно американские ученые Роберт Квятковский и Ход Липсон предложили систему с «сильным чувством самой себя», которая бы отслеживала и моделировала свои собственные размеры, форму и движения.

Исследователи использовали глубокое машинное обучение, когда робот начинал осваиваться в пространстве, не имея представления о своих габаритах и двигательных возможностях. Он расправлял руки, поднимал предметы, притрагивался к ним, двигал, ломал их, как это делает младенец в первые годы жизни. Таким образом робот совершал и запоминал множество случайных движений, создавая одновременно что-то вроде карты своего тела, о которой мы говорили выше. Затем глубокое обучение переходило на следующий этап. Ученые давали роботу задание разработать стратегии для разных задач, связанных с координацией движений. Он должен был не выполнять их методом проб и ошибок, как это делают обычные обучаемые роботы, а анализировать окружение и карту своего тела, чтобы в разных ситуациях применить некие общие приемы и движения.

Затем роботу заменяли часть руки деформированным компонентом, имитируя поломку. Робот оказался в состоянии сам почувствовать, что что-то не так, и стал работать над устранением проблемы. Он «осознал» или «прочувствовал» новую конфигурацию и стал делать первоначальную серию упражнений, чтобы заново научиться тем же задачам. Довольно скоро он уже мог выполнять их почти с той же точностью.

«ОБЪЯСНИМОЕ МАШИННОЕ ОБУЧЕНИЕ» КАК ПУТЬ К «ДЕКЛАРАЦИИ НЕЗАВИСИМОСТИ» МАШИН

Есть основания полагать, что, освоив «шестое чувство», искусственный интеллект пойдет в своем развитии дальше. Ведь человеческое тело всеми органами чувств довольно точно и детально ощущает свое окружение, но не в состоянии так же заглянуть в себя. Осязанием мы можем нащупать песчинку или, как принцесса, горошину через несколько матрацев —при этом мы не чувствуем, например, артериальных разветвлений сердца. Мы можем увидеть прожилки на листике дерева в лесу или услышать далекий гром — но мы не видим, что происходит в селезенке или печени. Получается, что собственное тело мы ощущаем как единое и целое —но при этом оно закрыто и непроницаемо для наших чувств. Единственное, пожалуй, что чувственно связывает наш мозг с нашим телом — это боль и удовольствие, но представьте себе, что внешний мир мы воспринимали подобным же образом. Допустим, во время непогоды мы бы не видели ни капель падающего дождя, ни крыш, срываемых ветром или сгибающихся под бурей деревьев —а просто чувствовали бы боль или неудобство. Не думаю, что так мы бы далеко продвинулись в нашем восприятии мира.