Игорь Шенгальц – Русская фантастика – 2018. Том 2 (страница 132)

– Если ты не Колоб, то отпусти нас! – услышал я тонкий голосок.

– Пожалуйста-пожалуйста! – взмолились со всех сторон. Головастиков было так много, что мне показалось, будто стены и потолок логова шевелятся.

– Тс-с-с! – повторил я, вздрагивая от ужаса. – Молчите, если не хотите, чтоб он нас услышал!

– Пожалуйста! Ты ведь один из нас! – твердили они. – Мы не хотим быть ему пищей. Освободи, прошу!

– Как мне избавиться от Колоба? – спросил я.

– Тебе с ним не справиться, – ответили мне.

Тоже мне – удивили…

– Он хоть в чем-нибудь уязвим?

– Люди…

– Что – люди?

– Они – его шпионы. Колоб может смотреть их глазами. Чем меньше людей, тем сильнее он слеп. Отпустишь нас?

Я вздохнул:

– Ла-а-адно… Как это сделать?

– Дерни за нерв справа от входа.

Я отыскал отросток белесого аксона и ткнул в него надутой на боку выпуклостью. Сейчас же затрещали лопающиеся сосуды, логово Колоба наполнилось кровавым туманом. Освободившиеся головастики принялись хаотично метаться и при этом очень громко хохотать. Честно говоря, я офонарел от такой беспечности. Знал бы, что эти засранцы так себя поведут – ни за что бы не повелся на их сопли.

Впрочем, все это быстро прекратилось. Головастики сбились в стаю и упорхнули наружу, оставив меня в одиночестве. Я представил, в какую ярость придет Колоб, когда увидит, что в его логове кто-то похозяйничал, и тоже решил не задерживаться. Потратив несколько минут, я погонял кругами по сухой траве возле входа, чтобы очистить бока от кровищи, затем двинулся через промзону дальше.

– Эй, кусок мяса, нанизанный на шампур из собственного эго и невежества!

Я притормозил возле мусорных баков, оплетенных, точно экзотическими вьюнами, пульсирующими внутренностями матерого рако-ко.

– Это ты мне?

Рако-ко поднял над баком червеобразный отросток, окруженный венчиком разновеликих глаз.

– Ты настолько исхудал, что стал прозрачным, – посочувствовал мне паразит. – Сожри что-нибудь, иначе ты просто лопнешь! – И он швырнул мне дохлую крысу.

Дожил. Даже у поедателей старого хлама мой вид теперь вызывает жалость. Докатился, блин.

– А если я тебя сожру? – зло буркнул я и угрожающе дернулся к бакам.

Замысловато переплетенные внутренности рако-ко начали пульсировать с удвоенной частотой.

– Ха! Попробуй, если сможешь! – Он выпростал несколько отростков, заканчивающихся изогнутыми хитиновыми когтями. – Я к нему – как к брату! Я помочь хотел! Ну, подкатись ближе, придурок, я попробую твою шкуру на прочность! – Когтистые отростки со свистом рубили воздух.

Я решил не связываться: все-таки не в лучшей форме для поединка. Черт с ним…

Рако-ко что-то шипел мне вслед, швырялся бутылками и консервными банками, но я уже двигался дальше. Над дорогой с присвистом и гиканьем пронеслась стая освобожденных мною головастиков, я проследил за ними взглядом и увидел выезд на проспект. Что ж, я был уже на границе промзоны. Дальше несколько кварталов частного сектора – очередная деревушка, поглощенная городом, потом – мост, спальный район… Постепенно я подбирался все ближе к вокзалу.

На проспекте я увидел необычную процессию. По центру дороги шел, пробивая копытами асфальт, великан Шаб-Ниггурат. Его окружал десяток людей разного возраста, пола и социальной принадлежности. Шаб-Ниггурат управлял ими, словно кукловод – подключившись к спинному мозгу. Для лучшего контакта великан засунул каждому в анус по щупальцу. Люди шли вперевалку, слепо глядя перед собой; их разум спал.

Я кинулся к Шаб-Ниггурату.

– Господин! Господин! – закричал я, устремляясь процессии наперерез. – Прошу! Мне нужна еда! Подарите мне одного человека!

Шаб-Ниггурат холодно смотрел своими многочисленными глазищами. Несколько его слюнявых ртов распахивались и закрывались снова.

– Господин! Хотя бы больного! Хотя бы самого маленького! – продолжал умолять я мерно шагающую громадину. Мне показалось, что Шаб-Ниггурат спит на ходу, как и окружающие его обреченные люди.

Внезапно я понял, что некто вторит мне изнуренным голосом:

– Господин! Еды! Пожалуйста – еды!

Вдоль противоположной обочины катил шар биомассы с многочисленными рудиментарными ручками, выпирающими из влажно блестящих боков. Это был очередной мой собрат. Несколько секунд мы изучали друг друга сквозь строй плетущихся людей, а затем второй шар взмахнул своими жалкими конечностями и воскликнул:

– Слава Всеужасному! Я не один!

Я не спешил разделить энтузиазм от этой встречи, я успел уяснить, что все мы здесь – индивидуалисты, каждый сам за себя.

– Я знаю, как убить Колоба! – воскликнул мой собрат. – Но мне нужна помощь! В одиночку я не справлюсь!

Этим он меня и подкупил. Когда процессия Шаб-Ниггурата миновала, я перекатился на другую сторону проспекта.

– Тебя как зовут? – спросил собрат.

– Максим.

– А меня – Сергей Сергеевич, – представился второй шар. – Уйдем с открытого места!

Он неловко покатился в сторону жилых домов. Глядя, как он с очевидным неудобством переваливается через выпирающие из боков конечности, я почувствовал смесь сострадания и брезгливости.

Мы остановились на тесной парковке, окруженной кустами сирени.

– Ты ел людей? – без обиняков поинтересовался мой собрат.

– Нет.

– И отлично! – Сергеевич снова взмахнул недоразвитыми ручками. – Я ел, и ты видишь, что со мной стало!

Я недоуменно поерзал.

– Люди вызывают зависимость, провоцируют просто маниакальное желание преследовать и поедать их, – проговорил Сергеевич скороговоркой. – Но, попав в наш организм, человеческий белок запускает механизм, который приводит к появлению этого уродства, – он протянул мне одну из ручек. – Таким образом, мы становимся неповоротливыми и медленными. Так Колобу легче нас ловить.

Я хотел было сказать, мол, судя по вашему стремному виду, Сергей Сергеевич, вы уже давно подсели на людишек. Но в нашем положении остроты были неуместны. К тому же я надеялся, что этот ущербный малый действительно знает, как разделаться с Колобом.

– Люди… союзники Колоба? – неуверенно повторил я то, что услышал от головастиков.

– Вряд ли это понятие применимо, – продолжил Сергеевич. – Все мы – части сложной экосистемы, и наша роль, увы, быть добычей. Тут все заточено на то, чтобы ловить нас… – Он встрепенулся: – Ты поможешь мне, Максимчик?

– А что нужно делать? – спросил я.

– Покатили, покажу.

Мы вернулись к промзоне. Сергеевич переваливался с боку на бок, как мешок с навозом. Его живущие собственной жизнью ручонки хватались за все, за что только можно было уцепиться.

– Ты чем занимался… раньше? – спросил Сергеевич.

– Писателем был.

– О, – Сергеевич даже приостановился. – Настоящим или халтурщиком за деньги? – спросил он тоном ну очень разбирающегося в современной литературе эстета.

– Какое это теперь имеет значение? – вздохнул я.

– Что верно, то верно, – он крякнул и покатил дальше.

– А вы чем занимались?

– В институте преподавал.

– Биологию, наверное?

– Охрану труда.

Мы вкатились в открытые ворота «Облстройснаба». Обогнули закрытые боксы и лабазы. Сергеевич взобрался по ступеням на гулкий проржавевший мостик, нависающий над каналом, в котором гнили рельсы и вагонетки.