Игорь Шенгальц – Пиастры, ром и черная метка! (страница 9)

— Это главная площадь Портобело, — пояснил де Кардос, широким жестом охватывая и небольшую площадь, и массивный двухэтажный особняк, окруженный кирпичной стеной. — Здание таможни одновременно служит счетной палатой. Здесь принимается, пересчитывается и хранится золото и серебро до того момента, пока его не погрузят на корабли для отправки в Старый свет.

— Охраняют хорошо, — похвалил Максим.

— Не то слово, — довольно закивал головой Васко, словно сам руководил обороной городка, — только в таможне постоянно находится пара сотен солдат. Оборона поставлена просто идеально! Я был знаком с начальником гарнизона, если его еще не сменили, этот человек превосходно несет службу. Если желаете, могу поговорить с ним по поводу вас. Умелые офицеры везде требуются…

— Я подумаю, — неопределенно ответил Макс.

На самом деле ему совершенно не приглянулся этот городок, и перспектива остаться здесь надолго вовсе не прельщала. В отличие от Хьюго, которого манил Новый Свет блеском желтого металла, Максим с большим удовольствием остался бы в Европе — там все было более знакомо, и шансов разбогатеть он видел больше. Здесь же практически каждый шаг был сопряжен с опасностью, риском для жизни, а вот потенциальная прибыль пока стремилась к нулю.

— Алькальду мы представимся после, если вы не возражаете, кабальеро. А пока нам нужно найти себе ночлег на ближайшие дни.

Де Кардос повел их дальше, где город уже кончался, и начинались самые натуральные джунгли.

— А вот и наше жилище! — радостно ухмыльнулся Васко, остановившись перед аккуратным двухэтажным домом с деревянными балконами на втором этаже.

У дома не было вывески, зато на входе лениво переминались с ноги на ногу пара солдат. На них де Кардос даже не взглянул, широко распахнув дверь и придержав ее для Максима с Гансом.

— Здесь я провел свои лучшие дни в Портобело года три тому назад! Надеюсь, с тех пор ничего не изменилось…

— Это же бордель, — ухмыльнувшись, повел носом Ганс, оглядываясь по сторонам внимательным взглядом, подмечавшим тысячи мелких деталей, ускользавших от взора Максима.

Максим, как ни старался, не заметил ни малейших признаков публичного дома, даже с помощью памяти Хьюго, но старому слуге он склонен был доверять, вдобавок Васко слишком уж широко расплылся в довольной улыбке.

— Смею заверить, лучший бордель! А по совместительству, постоялый двор для друзей хозяйки заведения. И, поверьте, это самое достойное место в городе, не считая, разве что, таможни. Но там нас не ждут с визитом…

Внутри было прохладно и хорошо. Просторный холл с множеством удобных кресел, диванов и пуфиков был безлюден. В массивных кадках росли пальмы. Слева от входа струился небольшой фонтан, добавляя в воздух еще немного свежести.

Со второго этажа по широкой лестнице спустилась привлекательная женщина лет сорока на вид. Было заметно, что в молодости она была очень красива, но с возрастом черты ее приобрели чрезмерную властность и строгость, уголки губ чуть кривились, а глаза, прищурившись, смотрели слишком уж внимательно.

Одета она была в строгое платье до пола с узким, под горло кружевным воротником, а волосы были уложены в аккуратную прическу с «бубликами» по бокам.

— Кабальеро! — голос дамы был низким и бархатным. Говорила она тихо, заставляя окружающих прислушиваться к каждому ее слову.

— Сеньора Кармелита, позвольте припасть к вашим рукам!

Де Кардос склонился перед женщиной и нежно поцеловал ее запястья, обернутые дорогим шелком перчаток.

— Дон Васко? Я вас помню, вы были… хм… весьма галантны. Но мы не виделись так давно, — печально вздохнула Кармелита, — с тех пор Портабело сильно изменился.

— Прошло всего три года.

— И целая вечность, мой юный друг… Городок хиреет, я уже подумываю перебраться в иное место. Впрочем, не будем утомлять ваших спутников ненужными подробностями. Желаете отдохнуть? Час, конечно, неурочный, но мои сеньориты будут рады слегка взбодриться в этой вечной духоте. Позвать их вниз?

Она сделала было шаг обратно к лестнице, но Кардос остановил ее.

— Сеньора, я склоняюсь к вашим прелестным ногам, но прошу простить сложившееся недопонимание. В первую очередь мне, а так же моему другу дону фон Валленштейну и его компаньону сеньору Веберу требуются комнаты. Нас придется задержаться в Портобело на некоторое время.

Кармелита еще раз оглядела всю компанию куда более внимательным взглядом, чем прежде. Максим вежливо поклонился ей, снимая шляпу. Ганс улыбнулся, стараясь придать своему лицу благообразный вид, но лучше бы он этого не делал, получилось только хуже.

Хозяйка борделя вздохнула и заговорила совсем иным тоном — уверенным и деловым:

— Кабальеро, у меня найдутся для вас комнаты, но на определенных условиях. Первое и самое главное из них — не приставать к моим сеньоритам без их на то согласия! Если вы не клиенты, а гости дома, то вам нужно будет держать себя в руках. Иной подход неприемлем. Согласны ли вы с нашими правилами? Особенно вы, сеньор Вебер?

Ганс коротко кивнул, выражая полное свое согласие и одобрение всему вышесказанному, но Максим, хорошо изучивший его за эти дни, а так же знавший множество историй из прошлой жизни германца, был вовсе не уверен в искренности его обещания. Ганс отличался крайней любвеобильностью и великой страстью к женскому полу. При этом, вдобавок, он любил всех женщин без исключения: толстых ли, худых, красивых или не очень — все они были милы его сердцу.

— Ну что же, — вздохнула Кармелита, так же ни на мгновение не поверившая Гансу, — обсудим плату — в неделю с каждого по дублону. Завтрак в семь утра, ужин в шесть вечера. Это вас устроит? Пройдемте за мной, я покажу ваши апартаменты.

Но в этот момент судьбе было угодно вмешаться в их планы. Двери резко распахнулись, и в холл ввалилась целая группа богато одетых кабальеро, уже бывших изрядно навеселе, шумных и наглых.

Хозяева жизни — такие во все времена одинаковы. Максим от всей души ненавидел подобную породу, впрочем, в прошлом стараясь с ними не связываться — себе дороже. Сейчас же при виде пришельцев, его зубы непроизвольно сжались чуть не до хруста, а глаза сощурились, выбирая первого соперника — сказывался крутой характер Хьюго, который постепенно сливался в единое целое с ощущениями Максима, так что тот уже и сам не мог отличить собственные мысли и желания от привнесенных эмоций фон Валленштейна-младшего.

— Эй, хозяйка! Встречай дорогих гостей! — повелительно выкрикнул один из них, совсем еще молодой человек с узким, как бы сплющенным по бокам лицом глубоководной рыбы и презрительно оттопыренной верхней губой. На его груди болталась длинная золотая цепь в палец толщиной.

— Сеньоры, — быстро и негромко проговорила Кармелита, глядя, как нахмурились ее новые постояльцы, а Ганс положил руку на боевой цеп, — прошу вас не вмешиваться. Это дон Эстебан де Асеведо и его люди, они прибыли два дня назад в составе инспекторской проверки, посланной вице-королем. Их галеон вы могли видеть в бухте. Сейчас я уделю им несколько минут, а позже провожу вас в комнаты. А пока выпейте вина и отдохните с дороги!

Она громко хлопнула в ладоши три раза, и, как по мановению волшебной палочки, в холле появилась миниатюрная служанка с подносом в руках, на котором стоял кувшин и три хрустальных бокалов.

— Вино? Наконец-то! — радостно воскликнул дон Эстебан, совершенно игнорируя присутствие Максима, Васко и Ганса, словно их тут и вовсе не было. — Подавай живее, в горле пересохло! Чего копаешься, дура?!

Васко вздернул подбородок и выпятил грудь, расправив плечи, что означало у него крайнюю степень агрессивности. Он и так все эти дни был злой до невозможности и подспудно искал жертву, на которой можно было выместить раздражение.

— Мне кажется, это вино принесли нам! Будьте любезны дождаться своей очереди! — неприятным голосом произнес он и замер, ожидая реакции.

— Вы еще кто такие? — дон Эстебан, кажется, только заметил, что в холле есть и другие гости.

Он был настолько пьян, что еле держался на ногах. Взгляд его сконцентрировался на лице де Кардоса, рот при этом слегка приоткрылся, и с уголка губ вниз потянулась нитка слюны.

Другие его спутники были трезвее, и тут же положили руки на рукояти шпаг, предчувствуя драку. Максим насчитал семерых, помимо дона Эстебана, так что численное преимущество было на их стороне.

— Мое имя де Кардос! И я требую говорить в более уважительном тоне!

Дон Эстебан громко икнул и ринулся в атаку. Его шатнуло в сторону Васко, он пролетел несколько шагов вперед и едва сохранил равновесие, остановившись прямо напротив Максима, непроизвольно выступившего ему навстречу.

— Шелудивый пес смеет что-то требовать? Это нонсенс! — Эстебан едва выговаривал слова, но был настроен крайне решительно. — Сейчас вы будете наказаны за свою наглость…

Хьюго не стал дожидаться завершения угроз. В полшага приблизившись вплотную к кабальеро, он одним мощным ударом в челюсть отправил его на пол в глубокий нокаут. Максим же как бы временно отошел в сторону, передав бразды правления телом бывшему хозяину.

На несколько мгновений в холле воцарилась полная тишина.

Друзья дона Эстебана ошарашено замерли, не в силах поверить, что кто-то столь беспардонным образом обошелся с грандом.

И прежде чем кто-то из них выпал из ступора и схватился за рапиру, совершив непоправимое и начав всеобщую свалку, где без пары-тройки трупов бы уж точно не обошлось, вперед шагнул Ганс.