Игорь Шелег – Иностранец. Победитель будет только один (страница 10)

– Мне не нравится, когда от меня что-то скрывают, – сказал я. – Я общался с ними… Они не врали… К тому же один из них показался мне знакомым. Дальше разговор потек уже по другому руслу. Им незачем было скрываться от меня, они хотели жить и требовали честного суда. Поэтому мы должны проработать тот вариант, что эта группа на плаву и ее никто не расформировал…

– Я в этом очень сильно сомневаюсь, – сказал он. – Ты просто не представляешь, насколько это сложно. Непросто создать систему, как и поддерживать ее в работоспособном состоянии. Там же не просто бойцы, которые умеют драться, это дома, квартиры, легенды, работа, тренировки, оборудование…

– Мне Говоров сказал, что, по разным подсчетам, сейчас в клане около трех тысяч бойцов, выполняющих подобные задачи. Уверен, в такой ситуации вполне доступно протянуть мимо казны еще несколько десятков дополнительных бойцов. И это не так уж и затратно, если есть какая-то база. Думаю, в этом стоге сена можно спрятать не одну иголку.

– Даже если так, кто будет хранить данные о таких вещах в общем доступе? – спросил он. – Или у тебя есть информация об их настоящих именах, которые можно найти в списках?

– Нет, – отрицательно покачал я головой. – Но у меня есть номера аппаратуры, которая была захвачена у похитителей, и названия к ней. Бухгалтерия должна вести учет всей дорогостоящей техники. На сборах я видел все списки и сканы накладных, все было автоматизировано. Давай посмотрим прямо сейчас. У тебя же есть доступ…

Эту идею предложил мне Сыч, когда мы уже подъезжали к поместью отца. Сычу позвонили эксперты, прибывшие на место, и дали заводские номера техники. А так как это были не старые образцы, а новинки, которые просто так не протащишь на рынок, у него появилось предположение, что техника могла быть закуплена за счет клана и списана.

Если это правда и получится понять, кто подписал документы на списание, сможем узнать, и кто причастен к деятельности «невидимок».

В том, что вся тайна находится в клане, я был уверен. Осталось найти этого доброжелателя. Мне сразу становилось понятно, что это вполне может оказаться тот самый крот, который сливает информацию из клана налево.

– Садись сам, – сказал отец. – Я введу свой код доступа. И ты получишь полную информацию.

Сесть за компьютер и найти там позиции архива не составило труда. Все было просто и понятно, особенно для человека, который проходил обучение. Мне даже вспоминать ничего не пришлось. Оборудования было всего три, и если первые два подарили мне неудачу, упоминания о них не было даже в поисковике, то секретная аппаратура для передачи данных и запутывания следа была в наличии. И даже номер совпал. У меня вспотели ладони, когда я понял, что нашел. Пройти по ссылке не составило большого труда. Как оказалось, в тот день, когда на нас с Тимофеем напали, согласно отчетным документам, два таких комплекса были уничтожены. Причем списаны они оказались за подписью Павла.

Отцу не стал ничего говорить, а просто показал скан листа.

– Это не может быть ошибка номера? – уточнил он.

– Исключено! – заявил я уверенно. Я напал на след и не собирался с него сходить. – Нужно его сюда вызвать!

– Зачем? – еще больше разволновался отец.

– Для того, чтобы задать вопросы, – ответил я как ни в чем не бывало. – Возможно, он помнит, кто приносил ему эти бумаги, а может, составлял их сам. В любом случае с ним нужно поговорить.

– С кем нужно? – едва открылась дверь, как я услышал голос Павла. – Секретничаете? Почему меня не позвали?

После совместной операции по уничтожению Богатыря, в которой я показал, что владею наследием рода Советниковых, и одновременно с этим стал одним из реальных наследников на трон рода и клана, наши отношения заметно охладели. По крайней мере, у Павла ко мне. Отец посмотрел на меня, но я отвел глаза. Если начну разговор, то могу наломать дров, пусть лучше он разговаривает. А я, так и быть, посижу в сторонке… Пока что…

– Расскажи мне о подразделении с кодовым названием «Невидимки»? – спросил отец и указал на то кресло, на котором только что сидел я.

– Оно давно расформировано, – ответил Павел, немного подумав, и я ощутил обман, но никак не собирался пока это комментировать. Только спрятал лицо за компьютер, чтобы уж точно не выдать своего знания.

Тем временем Павел продолжал гораздо более уверенно:

– Расформированы, кстати, по твоему приказу. Якобы слишком много средств на них уходит. Пришлось их расформировать, все люди, которые были в подразделении, переведены, перешли в другие отряды, просто их работа стала носить официальный характер.

– Если они расформированы, то как ты объяснишь тот факт, что попавшие в плен из команды похитителей девушек сказали, что они относятся именно к этому подразделению, – сказал отец. – Я хочу услышать еще раз от тебя ответ… Что с отрядом?

– Ты что, уже не веришь мне на слово?! – возмутился Павел и указал на меня пальцем: – Что он тебе наплел?!

– Перед смертью пленники, а их было двое, сказали, что подчинялись непосредственно тебе! Что ты отдавал приказы! – я вскочил, подошел к Павлу и стал кричать ему в лицо. Это был бред, вряд ли он лично отдавал приказы, как минимум должна быть прокладка в виде непосредственного командира. Но мне нужно было, чтобы Павел начал оправдываться и стал рассказывать все, что знал. – Это предательство! Это предательство клана! Если ты что-то знаешь и молчишь, то это предательство!

– Пошел ты! – с силой оттолкнул меня Павел. – Какое предательство?!

– Похитили Ао и Машу! Похитили люди отряда «Невидимки»! Меня заставляют выйти из войны! Говори правду!

– Пошел ты! – опять крикнул Павел и оттолкнул меня, и я уже ощутил от него угрозу, как неожиданно открылась дверь.

– Ого! Как у вас тут громко!

Тимофей, бледный словно смерть, вошел, опираясь на палочку. С момента нашей последней встречи он изрядно похудел и осунулся.

– Закрой дверь! – недовольно крикнул отец. – А вы! Две обезьяны! Успокойтесь для начала!

– Я спокоен! – ответил я. – А у него на физиономии написано, что он что-то знает!

– Пошел на хрен! – окончательно закрылся Павел.

– Сядьте! – лязгнул голос отца. – Тимофей!

– Что Тимофей? – не понял средний брат, когда присел в одно из кресел. – Я только пришел.

– Поэтому и отвечать ты будешь! – заявил отец. – Что ты знаешь про отряд «Невидимки»?

– Они были расформированы, – ответил Тимофей, достаточно поспешно, как по мне, как будто знал, о чем его спросят, причем коротко глянул на Павла.

– Вчера ночью всю княжескую службу безопасности на ноги поднял отряд, члены которого признались, что они «невидимки» и выполняют задачи главы рода, – сказал отец.

– Бред! – воскликнул Павел. – Наши люди умрут, но не расскажут, кто они. Будь это настоящие «Невидимки» или любой другой отряд, так бы и произошло. Их специально наводят на нас.

– Пленники рассказали мне это, – сказал я. – Решились поделиться информацией со мной и сказали, что это была грязная работа, но на благо клана.

– Я хочу сам поглядеть им в глаза! – заявил Павел. – Где они?!

– В морге, – ответил я, внимательно за ним наблюдая. – Я успел только перекинуться с ними пару раз словами, как у обоих взорвались головы… Как понимаете… Такое не восстанавливается.

– Тогда это могут быть наши, – немного подумав, осторожно сказал Тимофей.

– Куда ты лезешь?! – взорвался Павел. – Тебе слово кто-нибудь давал?!

– Ты уже все сказал! – влез отец. – Сядь на место! Тимофей! Так что с ними не так?

– В тот период, когда мы их расформировывали… У нас с Павлом возникла идея о том, чтобы распустить не весь отряд, а оставить несколько звеньев, – как ни в чем не бывало начал говорить Тимофей. – И мы оставили около пятнадцати человек на самообеспечении.

– Ну, а ты что скажешь на это? – спросил отец Павла.

– Я будущий глава клана! – важно заявил он. – У меня должна быть команда, которая может выполнить задачу без твоей санкции. Люди, которые преданы конкретно мне!

– Так чего же ты мне тогда бабушку лохматишь? – возмутился отец. – Я тебя спрашиваю! А ты мне врешь?! Ты же придурок, в специальных операциях не разбираешься от слова совсем! Тебе под силу задачи ставить только диверсионному отряду! И то лажа получается! Придурок!

– Да пошел ты! – возмутился Павел. – Нашел себе нового сына! Нового главу! Ну так и ставь его на это место! Че ты ко мне пристал?! Арсений то! Арсений это! Еще и наследию его обучил! Пошел ты сам на хрен!

Удар у отца был короткий, но мощный! Павел его не ожидал, тело отбросило метра на три в сторону, он даже «доспех духа» не успел поставить, совершенно не ожидал удара. А вот я ожидал.

На лице у него треснула кожа, и стала проступать кровь, Павел поплыл на несколько секунд. Но нужно признать, что он был крепким парнем. И когда он осознал, что произошло, у него начали светиться желтым глаза.

«Сейчас что-то произойдет», – подумал я и атаковал Павла ментальным ударом, от которого тот вновь сразу поплыл, и глаза его погасли.

Подойдя к брату, я взял его под локоть и посадил в кресло. У него явно кружилась голова, и он не мог сосредоточиться на картинке. Такое продлится еще пару минут, пока он наконец не придет в себя. Зато он прекрасно все слышит и понимает. И за это время мне нужно попытаться достучаться до него.