Игорь Шелег – Иностранец 3 (страница 32)

— Понял, — сказал он и взял за руку одну из медсестер. — Давай за мной, возьмешь ему бесплатную одежду.

Одновременно с этим я откинул голову назад и расслабился. Видимо подойдя к двери и осмотрев меня, целитель только после этого открыл дверь.

— О, господин целитель! Ну как он? — услышал я озабоченный голос Чнеха.

Целитель не смог сразу закрыть дверь, поэтому я услышал часть разговора: — Все хорошо. Основная проблема была с головой и потерей крови. Я практически закончил. Осталось вытянуть кусок ветки и почистить рану, а потом перетянуть грудь…

Дверь закрылась и все звуки из коридора скрылись. Я приоткрыл один глаз и увидел медсестру, которая стояла надо мной. Это была та самая девушка, которую я держал в заложниках.

— Извини, — сказал тихонько я. — У меня не было другого выхода.

Дверь неожиданно открылась и в нее вошел целитель со словами: — Вон в капельнице раствора минуты на три-четыре, и вы сможете поехать дальше. Его жизни ничего не угрожает. Я перевел тяжелое забытье в сон. У него точно все будет хорошо проснется самое меньшее через пять часов если не позже, не раньше точно.

— Спасибо! Спасибо! — запричитал Чнех и наверняка хотел еще кое, что сказать, но появилась вторая медсестра.

— Господин целитель, я принесла белье, — произнесла она.

— Хорошо, — ответил ей целитель и уже Чнеху. — Все! Выйдите отсюда! Скоро я его тебе отдам!

Как только дверь закрылась на замок я позволил себе дышать глубже.

— Если бы я не знал, кто он на самом деле, то подумал бы, что он точно твой отец, — сказал в пространство целитель и резко достал колышек, сидевший под кожей. Было ужасно больно. Я даже вскрикнул.

— Ого, как чувствуется! — простонал я.

— Даже представить не могу, что ты чувствовал, когда лежал в сознании с этой деревяшкой в боку, — помахал головой целитель.

— Я заблокировал нервные окончания, — ответил я. — И практически ничего не чувствовал. Меня даже резали в сознании, а я и не пикнул.

— Начинающий целитель? — спросил он меня.

— Очень, очень начинающий, — ответил я.

— Понятно, — ответил мужчина и принялся за работу.

Уложились мы за пять минут. Мне перевязали грудь, вложили туда коммуникатор и еще раз перевязали, чтобы его не было видно. После чего я переоделся. Проверил связь со старейшиной Лангом. Она присутствовала, микрофон он отключил, поэтому выдать меня звуком с той стороны не мог. Я поблагодарил всех. Лег на каталку успокоив дыхание, опять заблокировал нервные окончания, чтобы при неожиданной проверке не попасться.

Чувствовал я себя пусть не на сто процентов, но вполне терпимо. Поэтому вполне был уверен в том, что моя задумка увенчается успехом.

Неспешно меня довезли до ждущей на улице машины. Чнех, так радовался и благодарил, что даже всовывал целителю небольшую судя по всему «благодарность» со словами: — Я уже и не рассчитывал. Спасибо, господин целитель.

Он даже задержался там, о чем-то с ним разговаривая, так, что пока меня катили я не слышал его счастливого голоса, который благодарил всю больницу на ходу и отдельности господина целителя.

Мне его поведение казалось немного странным, но из какафонии звуков, которая наполняла больницу я выяснил, что подобное проявление чувств это обычная практика.

Уже когда меня с «удобством» расположили на старом месте. В машину залез Чнех.

— Поехали! — торопливо сказал он.

Машина затряслась, и мы въехали в поток машин. Наверное, он был большим, потому, что мы очень много поворачивали и обгоняли кого-то. И тем не менее, не смотря на более суматошное передвижение чем раньше, меня не тошнило. Сознание тоже не уплывало, именно поэтому я не заснул, а смог услышать все подробности разговора, который начался, когда мы судя по всему выехали из города. Потому-что машина перестала реветь и маневрировать. А стала набирать ход.

— Как все произошло и что за подушка у тебя в руках? — спросил рядом со мной голос «маникюрщика». — Украл что ли?

— А-а-а… точно. Положи ему под голову. Медсестра, была так растрогана, что я переживаю за «сына», — он выделил последнее слово, — что дала мне эту подушечку, и сказала подложить ему под голову, чтобы мозги не сотрясать. Якобы он вообще чудом остался жив.

— Да? — удивился гримёр и подняв мою голову положил под неё подушку. — А в остальном как?

— В остальном мы немного прокололись, — ответил Чнех.

На этих словах я похолодел, по телу пробежала толпа мурашек. Нужно было разблокировать нервную систему, но на это нужно было время. Хорошо, что я не успел это сделать.

— Он без сознания, — с облегчением сказал гримировщик.

— Ван! Ты что опять ему иголку под палец засунул? — громко сказал Чнех. — Зачем?

— Я после того раза ученный! — ответил гримировщик, которого оказывается зовут Ван. — И вообще, что значит мы прокололись? Я думал он очнулся!

— Я благодарил целителя, который с ним работал, а тот вместо того, чтобы взять деньги у бедного крестьянина, попросил меня сделать запись в книге предложений, — зло сказал мужчина. — Теперь мне нужно будет подчищать хвосты или вообще личность менять.

— На данный момент, это просто рабочая ситуация. Главное, что у тебя есть сын и через месяца два-три у тебя будет нормальное алиби, как и у него. Никто не догадается, — заверил его Ван. — С остальным что?

— Да вроде все нормально, — сказал Чнех. — Пусть предчувствие у меня плохое, но в кабинете использовались только целительские техники.

Я в очередной раз похолодел. Ведь получается, что использовать неожиданно бахир я точно не смогу. Чнех, по крайней мере, способен ощутить применение бахира.

— «Вот только, как он смог не заметить, то что я блокировал себе нервную систему? Неужели не заметил?» — подумал я, но так ни к чему не придя приготовился слушать дальше.

— И что так никто и не догадывается? Все так просто? — спросил молодой голос рядом со мной, и я так понял это был Лю. А не водитель, который судя по всему вообще ни одного слова не сказал.

— Эх, малы… Чтобы все было так просто, то ты бы с ним пошел, а не Чнех, — сказал негромко Ван. — Для успешной работы, нужно хорошее знание законов, внутренней жизни клана. Политической настроенности и как правило, старшего с железными яйцами, как у Чнеха. Актерские способности и понимание, как можно и допустимо вести себя в различных ситуациях. А это длительная подготовка и муторная учеба. А еще сотрудничество с такими уродами, как командир боевого отряда.

— Все равно, это достаточно просто, — заявил Лю. — Служба безопасности даже не догадывается о нашей работе!

— Я думаю, периодически догадывается, но им тоже нужно делать план, к тому же, мы хорошо прячем хвосты. Еще не стоит забывать, что нас все же периодически прикрывают, — ввязался в беседу Чнех. — Один раз соседнюю группу чуть не взяли, тогда наместник приехал на место происшествия лично и своим присутствием внес такую суматоху, что все сумели скрыться. Причем если до этого никого не выпускали, то потом просто выперли без тщательного осмотра.

— Да? — удивился Лю, ничего себе. — Ну это понятно, просто вы мне раньше говорили, что будет гораздо сложней и я готовился, а все не так.

— Нам просто везет, — заявил Чнех. — Недавние победы в дуэлях из-за которых началась вся кутерьма с людьми настолько увеличила заботы клана, что те просто не успевают закрыть все вопросы. Людей очень мало, а проблем много. Как минимум суеты в клане точно стало больше. А в этой мутной воде, таким как мы самое место.

Мужчины смеялись. Стали рассказывать случаи из своей практики. Похоже они просто расслабились и их стало отпускать напряжение. Слушать их было интересно, и я понял, что уже не зря рискнул, компромат был достаточно своеобразный, вряд ли бы они выдавали подобную информацию при допросе с такой же откровенностью. А вот если нас еще и слышат сейчас, то блеф будет ну очень удачный.

Дорога до Кияну заняла примерно два часа судя по моим внутренним часам. Все это время я лежал неподвижно. Оказывается, я очень сильно продвинулся в контроле своей мимики. Сохранять бесстрастное, расслабленное лицо было для меня неплохой тренировкой на концентрацию. Хотя признаться самому себе я не очень-то и напрягался. Они даже ничего не заметили, того, что я в сознании, а это уже высокий показатель. Главное, что мне на лицо никто не сел и в нос ничего не попало. Да и подушка, которую дала сердобольная медсестра очень даже крутая получилась. Она хоть и была не большая, но полежав на ней я так утоп, что поднявшиеся бока фиксировали лицо и не давали ему шевелиться.

Поэтому проблемой для меня стало не неподвижное лежание, а небольшое напряжение, которое стало формироваться в районе мочевого пузыря. Причем формироваться оно стало неожиданно. То я не хотел, а то вдруг появилось нормальное такое давление. К счастью, согласно задумке, я собирался поговорить с тем, к кому меня привезут и должен был проснуться прямо на входе на тайную квартиру и ждать оставалось недолго.

— Вон возле остановки останови, — неожиданно сказал Чнех.

Я напрягся. Никакой остановки кроме «больница — тайная квартира», не было в моем плане.

— «Неужели сейчас все пойдет на перекосяк?» — подумал я. Судя по всему, водитель и все остальные четко понимали, для чего нужна эта остановка, так-как никто ничего про остановку не говорил. Мы прождали минут двадцать. В это время я проклинал Чнеха. Давление на мочевой пузырь усилилось, а мне приходилось лежать неподвижно и терпеть.