Игорь Шелег – Иностранец 3 (страница 13)

Те, кто был со мной на протяжении шести лет… Те, с кем я проводил достаточно времени и по-настоящему сдружился могли пострадать. Несмотря на то, что я не любил клан Огненный Дракон, я мог точно и с уверенностью сказать, что не смогу равнодушно смотреть если их вдруг начнут убивать. А то, что подобное может произойти это факт. В данном случае внутренним конфликтом здесь не просто пахнет… Смердит.

— Я думаю, что тот, кто на нас напал, перехитрил сам себя, — сказал Тау Лонг. — Он напал на нас всех одновременно. Если бы только на меня или только на вас. Вряд ли бы мы смогли столь мило общаться. Да и вы как-то подозрительно быстро их раскололи. Мне даже немного стыдно, что подобные трусы, которые сдают своего хозяина через несколько минут плена могут быть хотя бы гипотетически моими людьми.

— Ну не совсем быстро, — прошептал динамик. — Только все равно объясни, зачем кому-то тебя очернять?

— Я думаю это была бы война. Причем война на уничтожение. Особенно если, хотя бы кто-то из нас троих погиб. Не знаю, как вы справились, а я буквально прошел по краю… Хотя это сейчас не важно…Война точно бы началась, если бы удалось убрать нас троих. В этом случае наши наследники не смогли бы ни с кем договориться.

Слова Лорда были тяжелы и весомы он явно выбирал слова и подводил мысли своих собеседников к неконфликтным переговорам.

— Согласен, — донеслось из динамиков.

— Не совсем, но согласен, — также глухо и весомо прозвучало оттуда же. — Что ты предлагаешь?

— Разбираемся в том, что произошло у каждого на местах и переходим на повышенную боевую готовность. Те, кто на нас напал не могли просто появиться из воздуха. Они должны оставить след. Так что с этим нужно разобраться в первую очередь. Обмениваться информацией только друг с другом и исключить утечку информации. Также я дам информацию, что тяжело ранен и с вами разругался в хлам. Обмениваться информацией будем каждые два часа.

— Идет.

— Я… Тоже согласен… У кого есть какая информация? Или мысли?

— Это были дилетанты, но с высококлассной предварительной работой… Оружие, знание наших интересов и распорядка дня… У меня есть только одна кандидатура, которая может играть так тонко и так грудо одновременно… — повисла недолгая пауза, но я понял, что собеседники Тау Лонга поняли, о чем речь.

— Кхм… Не будем спешить… Еще что-нибудь?

— У меня есть пленник, с ним сейчас работают. Если узнаю, что-то экстренное, сразу сообщу, — поспешил закончить разговор Тау Лонг.

— Согласен.

— Идет, — продублировал второй голос.

Только через пару секунд я понял, что конференция отключена. Тау Лонг выключил камеру, поднялся на ноги и выдохнул, скидывая напряжение.

— Мне нужно помедитировать и прийти в себя. Потом я останусь в оперативном зале. А ты найди Дьяна и разберись, что там с пленным. В светы новых обстоятельств. Мне нужно знать все и как можно быстрее.

— Понял, — сказал я. Желания спорить не возникло. Сейчас на Тау Лонге висит большая ответственность и моя задача помочь ее облегчить. Хотя бы своим нормальным трудом.

— Арсений! — позвал меня Тау Лонг, когда я почти вышел.

— Да, — заинтересованно повернулся я назад. Такую «сцену» я видел когда-то в кино и почему-то мне показалось, что Лорд скажет какую-то занимательную вещь.

— Иди к нему сразу таким, пусть не долечивают. У Дьяна, конечно другие методы работы, но увидев твое нынешнее лицо пленник точно расскажет всю правду, — с оттенком улыбки сказал тот.

— Попробую, — сказал я и вышел. Сейчас отношение и к лорду, и к клану у меня прыгало. Я, то их любил, то уважал, то ненавидел. И все же, как бы я не думал о Тау Лонге, об этом моменте у меня останется определенное мнение до окончания времен. Умение держать себя в руках и иметь место юмору даже в самой ужасной обстановке это дорогого стоит. На такое может пойти только сильный лидер. Глядя, как он разбирается с проблемами я втайне думал, что тоже хотел бы быть таким, как он. Конечно глубоко в мыслях, об этом не должен знать никто, вообще никто.

Пока искал и спрашивал у слуг, где может найтись Дьян в голове представлялась картина узкого провала в стене в который, также долго и темно спускаться, как и в пещеру, которую я посетил недавно и познакомился с Дмитрием.

Длинный коридор должен был нагнать жути на пленного, холод который шел от стен и отсутствие света должно было навести его на мысль о том, что из этой норы он уже не выберется. На конце должна быть большая комната с различными хитрыми приспособлениями и инструментом разного толка, которые одним видом должны были показать, что пленнику будет очень больно.

Как апофеоз можно было бы перед ним утянуть труп прошлого «неудачника».

Только так и никак иначе я представлял себе пыточную. Реальность показала мне совершенно иной взгляд.

Для начала мне пришлось спуститься в целебный комплекс. На окраине деревни стоял ничем не примечательный домик, который сливался с местной архитектурой. Выглядел он совсем нормально без каких-нибудь излишеств. Зайдя внутрь я не слышал криков или стонов. В предбаннике никого не было, и я даже засомневался, что попал именно туда куда нужно, как следующая дверь подсказала мне, что я все пришел правильно.

Едва вошел в помещение, как мне в глаза ударил яркий свет. Света в комнате было более чем достаточно.

— Господин? — откуда-то сбоку появилась Каюри Тин.

— Меня отправил сюда Лорд. Что-нибудь узнали? — спросил я.

— Допрос в самом разгаре. Давайте сюда. — Меня схватили за рукав и потянули в сторону. Оказалось, мы зашли в еще одну комнату. Когда закрылась дверь. Свет, который мешал мне сосредоточиться пропал, и я увидел пару стульев и столы с записывающей аппаратурой. Все стулья оказались заняты. Помимо Дьяна и Каюри в помещении было еще несколько неизвестных мне молодых целителей. На меня они совершенно не обращали внимания. Сосредоточившись на чем-то одном им понятном в компьютерах и на камерах. Посмотрев на мониторы, я увидел, то что точно не ожидал тут увидеть. На одном из мониторов был показан пульс и давление, на втором мозг и его активность.

— Что происходит? — спросил я недоумевая. Повернув голову и взглянув через стекло — запутался еще больше. Передо мной в ярком свете и в шлеме, висел давнишний пленник. Причем был он голый. И если это никого не смущало, то как хорошо было видно он обделался. И вот смотреть на это было мягко говоря неприятно.

— Это подготовка пленного к допросу, — ответил Дьян. — К допросу, от которого он не сможет отказаться и в котором он не сможет ничего скрыть.

— Ничего не понял, — ответил я. — Он что-то ответил?

— Пока ничего, — ответил Дьян. — Мы его просто готовили.

— Как это? — не понял я. — Нужен результат… Золотая черепаха и Синий богомол раскололи своих пленников, а мы до сих пор нет.

Дьян посмотрел на часы прикинул, что-то в уме и со словами: — Время еще есть. — Начал рассказывать.

— Методик допроса очень много. Где-то пленника бьют. Где-то колют иглы в болевые точки. Где-то наносят его телу страшные раны, которых он будет бояться, но от которых не умирает. Только вот главное не это, главное в допросе это установить психологический контакт и начать ломку. Человек, который попал к нам скорее всего не очень богатый горожанин. Возраст около тридцати, руки в мозолях, тело поджатое. Он явно имеет ранг в боевых искусствах и даже пытался покончить с собой используя бахир… Хотя мы ему это не дали… Эээ… Так вот, как я про него говорил, мы его оценили. Он явно не имеет клановой подготовки или такой же закалки. Обычный человек с практически обычной психикой и это означало, что метод допроса будет простым.

Для начала, пока он был без сознания. Мы вырвали ему зуб, удалили яд, с него, и поставили другой, но с горькой настойкой. После чего привели в сознание. Он сразу попытался сопротивляться и после того, как это не получилось. Попытался раздавить зуб. Это у него не получилось. Тогда мы начали задавать первые вопросы. — Кто он и откуда…

Внятного ответа не было. Поэтому его сначала избили. После очередных и отрицательных ответов раздели и подвесили в воздухе и опять начали задавать вопросы. К наготе у нас относятся куда более спокойно чем в Европе, но тем не менее голый человек всегда чувствует дискомфорт сам по себе.

Далее идет еще одно избиение и те же самые вопросы. Только вот он все еще молчит и ничего не говорит.

Наступает следующий этап допроса. Теперь я говорю ему, что у него будет два варианта. Один — это долгие пытки, благо для экспериментов — нам нужны люди. Второй, наоборот, быстрая смерть, но он должен все рассказать, причем сам.

Опять отказ. И это ожидаемо. Теперь мы начинаем его пытать. Яркий свет, шлем с громкой музыкой, которая кажется играет в черепной коробке и периодические удары током. Тем не менее он отказывается и в следующий раз, когда видит меня.

Ему страшно. И страх виден, как и то, что ему очень и очень неприятно. Пытки слабые, но влияют они напрямую на сознание и не дают возможности сопротивляться. Человек тратив все силы, чтобы у него не взорвалась голова. И после этого к нему опять подхожу я с теми же вопросами, где он опять отказывается отвечать…

— Что за фигня?! — не понял я. — С чего ему отвечать? Он только обгадился и то думаю, что от ударов током. Его следует пытать! Быть и вкалывать иглы. Тогда он все расскажет! Ты же умеешь делать больно как никто другой!