Игорь Росоховатский – Мир приключений, 1959 (№5) (страница 152)
— И за дело, — проворчал старик, все еще ничего не понимая.
Стало совсем светло Ветер ослабел. Уменьшилась и волна. «Мологу» обгоняли пароходы с баржами, и вскоре караван оказался впереди.
Из-за горизонта виден маяк Толбухина, а за ним и Кронштадт.
— Скоро притопаем домой, — проговорил Анисимов. Он, как большинство старых моряков, называл порт домом.
В Кронштадте Анисимов поздравил капитана с благополучным первым рейсом и спросил:
— Скажи, Петя, почему ты ночью выкачал балласт? Я не слышал, чтобы в том районе встречались мели.
Сизов улыбнулся. Значит, и старый боцман не заметил, как волновался капитан.
Вскоре Сизову приказали с острова Тихий эвакуировать оставшихся там колхозников.
Отходили ночью, чтобы не заметили фашистские самолеты.
Дождь и снег шли попеременно. Сизов стоял с вахтенным помощником капитана и смотрел на черную завесу, ничего не видя в нескольких шагах. Прошли совсем близко возле казавшегося горой военного корабля. По носу в нескольких метрах появилась вторая гора, но Сизов успел вовремя свернуть с курса и избежать столкновения.
Миновали рейд, прошли разведенные боны и вышли в море.
В Финском заливе в довоенное время было много маяков, светящихся буев, ограждающих многочисленные мели, подводные камни и островки, а теперь ни одного огонька не видно было в заливе. Дождь и снег еще ухудшали видимость, и Сизов, как ни напрягал зрение, не видел впереди ничего, даже носа своего маленького парохода.
«Молога», переваливаясь на волнах, с шумом разрезла воду, продвигаясь в кромешной тьме, и только где-то на берегу время от времени вспыхивали ракеты, освещая небосклон.
Давно перевалило за полночь. Сменившаяся с вахты команда спала.
Слишком коротки дни и долго тянутся ночи на Финском заливе осенью, но моряки радовались этому. Ночью легче укрыться от вражеских самолетов и проскочить открытую часть залива. Осторожно, часто сверяясь с картой, вел Сизов «Мологу» к острову.
На рассвете смутно стали обрисовываться темные контуры островов, покрытых густым лесом. Издали лес казался нагромождением каких-то причудливых строений.
Колхоз был небольшой, рыболовецкий. На песчаном берегу на жердях сушились сети, под навесом стояли порожние бочки, а немного дальше, в лесу, притаились дома.
Колхозники обрадовались прибытию парохода и немедленно приступили к погрузке.
За неимением пирса, пароход стоял на якоре в ста метрах от берега. Наскоро сколотив плот, колхозники перевозили на нем скот, тяжелый инвентарь, громоздкие вещи.
Подозвав колхозную лодку, Сизов съехал на берег. Он отыскал хмурого, обросшего щетиной председателя колхоза и набросился на него:
— Почему переправляете на одном пароме? Где ваши лодки? Так не погрузитесь и за десять дней!
— Большие лодки ушли в Ленинград, а на маленьких много не перевезешь, — оправдывался председатель.
— Свяжите несколько лодок вместе, настелите доски, получится паром. Лошадей пустите вплавь. Зачем вам так много сена? Кому нужны гнилые сети, старые бочки? Оставьте всё, завтра вечером уходим.
— Наш председатель готов и дома погрузить на баржу, — поддержала Сизова пожилая женщина.
— Не бросать же колхозное добро, — мрачно заявил председатель.
Сизов вернулся на пароход и сказал свободной от вахты команде:
— В колхозе остались почти одни женщины. Помогите им.
Грузили день и ночь, а утром на «Мологу» приехал бледный председатель колхоза и, плотно закрыв за собой дверь каюты, сообщил Сизову:
— Крышка нам. Враг высадил десант на два острова, между которыми проход в залив Мы очутились в ловушке.
— Откуда вы это узнали?
— По ту сторону острова на берегу лежат наши сети. Там дежурит старик сторож. На рассвете он увидел парашютный десант.
— Знает ли кто-нибудь об этом?
— Старик никому не говорил.
— И хорошо сделал. Придумаем, как вырваться из ловушки, — сказал Сизов председателю. А у самого на душе тяжело.
Председатель заговорил:
— Когда колхозники уходили на фронт, просили: «Кузьмич, мы оставляем жен и детишек на твое попечение. Береги их». Что скажу бойцам, когда они вернутся с фронта? Какими глазами посмотрю на них?
— Мы их спасем, — уверенно ответил Сизов. — Поезжайте на остров, руководите погрузкой как будто ничего не случилось.
Председатель ушел, а Сизов задумался. Неожиданно он очутился в тылу у врага. «Как спасти людей, колхозное имущество, пароход?»
Погрузка продолжалась. Прикрепив конец длинной веревки к пароходу, а другой конец к закопанному на берегу якорю, колхозники переводили по ней плот. Люди радовались предстоящему отъезду и оживленно перекликались.
«Ничего не знают», — подумал Сизов.
В проливе находились два острова, на которые неприятель высадил десант. Левее- материк, тоже занятый неприятелем, а правее — цепь островов, между которыми были камни, мели, рифы. Выход в море закрыт, а найти путь необходимо.
Склонившись над картой, Сизов долго прокладывал курс, циркулем измерял расстояния, транспортиром снимал углы. В пятидесяти километрах западнее, между неприятельской территорией и островами, на карте значился узкий, неглубокий проход в море. Сизов решил ночью направиться в тыл врага и через этот проход незамеченным выйти в море.
Капитан вызвал председателя колхоза, боцмана, механика, старшего помощника и рассказал им о десанте:
— Ничего тут страшного нет. Проскочим ночью. Десант нас не увидит. Нужно не шуметь, а кочегарам приказать шуровать без дыма.
Смелое предложение капитана сперва ошеломило. Некоторое время все сидели молча. Только Анисимов произнес:
— Ишь, ты!
— Это значит, мы углубимся в тыл врага? — спросил механик. — Нас же захватят в плен!
— Мы и так в плену. Пойдем между островами. Самый ближайший будет от нас в двух километрах. Возможно, он занят врагом. Надо рискнуть.
— Давайте рискнем. А если попадем к врагам, утопим судно.
— Не топить надо, а спасать. Не забывайте, — у нас женщины и дети. С наступлением темноты отправимся в рейс. Погрузку прекратите. Посадите только людей — и ни слова о том, где мы находимся, — распорядился Сизов.
Ночью тихо, без шума Сизов отошел от острова. Было темно, безоблачно, дул слабый ветер, и, казалось, все благоприятствовало плаванию. Вскоре лесистый остров скрылся в темноте.
Усталые от погрузки колхозники улеглись спать, не подозревая об опасности.
Редкий капитан решился бы плавать без лоцмана в шхерах, между островами, подводными камнями и мелями. В этих условиях требуется точное знание места и опасностей, не только обозначенных на карте, но и вновь появившихся. А Сизов впервые попал в шхеры. Еще до отхода он распределил людей по местам, и сейчас второй помощник стоял на носу, смотрел на темную поверхность воды, чтобы в случае опасности предупредить. Старший помощник был на мостике, а боцман измерял глубины.
Сизов часто уходил в рубку, проверял по карте курс. Команда, следуя примеру своего капитана, работала без лишней суматохи и спешки. Жизнь на пароходе шла своим чередом, как в мирное время, а пароход шел все дальше в тыл неприятелю.
Из-под воды вырастало что-то темное, увеличиваясь в ширину. Сизов знал, что это остров. Другой, поменьше, должен появиться слева. Расстояние между ними три километра. Высадил ли неприятель десант на острова, капитан не знал. Обойти их невозможно: слева цепь каменных гряд, а справа, до самого берега, занятого врагом, — мели, островки, подводные камни. Показался и второй остров. Сизов смотрел на острова, по пока ничто не указывало, что там есть люди.
Из трубы вырвался сноп искр. У Сизова похолодели руки. Он бросился к переговорной трубе и, не сдержавшись, гневно крикнул:
— Из трубы летят искры и дым! До острова полтора километра. Хотите, чтобы нас заметили?!
Вскоре острова остались позади, стали уменьшаться, а впереди вырастали другие. Пошел снег густой, крупный. Ни один лоцман не решился бы в снег по неосвещенному фарватеру вести пароход. Он попросил бы капитана стать на якорь до рассвета. Но Сизову такая погода была на руку, он даже обрадовался снегу.
Не сбавляя ход, чтобы не потерять ориентировку, «Молога» продолжала путь. Только чаще стал Анисимов измерять глубины, а Сизов уходить в рубку — проверять курс.
С бака раздался тревожный крик помощника:
— По носу предмет!
— Лево на борт! — скомандовал Сизов.
Близко вдоль борта прошла парусная лодка. Это были мирные рыбаки. Но они жили на вражеской территории, могут сообщить о встрече с пароходом. «Нужно скорее выбраться отсюда, пока лодка не достигла берега»^ — думал Сизов.
Настало время повернуть пароход на север, пройти вдоль вытянувшегося острова и повернуть на юг.
«Молога» легла на новый курс… Время тянулось нестерпимо медленно. Наконец дошли до северной оконечности острова. Это Сизов узнал по глубинам и по времени. Нужно снова повернуть. До берега, занятого врагом, четыре километра, — не более двадцати минут хода. Малейшая ошибка может привести к несчастью.