Игорь Пыхалов – Сталин без лжи. Противоядие от «либеральной» заразы (страница 10)

Да, вдвое меньше, чем у Сталина, но ведь не вдесятеро. Как-то несолидно для державы, взявшей на себя защиту «прав человека» в мировом масштабе.

Каково общее количество побывавших при Сталине в местах заключения? Разумеется, если взять таблицу с ежегодной численностью заключённых и просуммировать строки, результат получится неверным, так как большинство из них было осуждено на срок больше года. В известной степени оценить цифру прошедших через ГУЛАГ позволяет следующий факт: «централизованная картотека ГУЛАГ’а отражает необходимые данные почти по 8 миллионам человек, как по лицам, прошедшим через изоляцию за прошлые годы, так и по содержащимся ныне в местах изоляции»[140] (данные на 1940 год).

То есть, перед войной через ГУЛАГ успело пройти около 8 миллионов человек.

Сколько из заключённых были «политическими»?

В корне неверно полагать, будто большинство из сидевших при Сталине были «жертвами политических репрессий».

Количество осуждённых за контрреволюционные преступления, содержащихся в ИТЛ на 1 января соответствующего года, а также их доля в лагерном населении[141]:

Распределение заключённых, содержащихся в ИТЛ на 1 апреля 1940 года, по характеру преступления[142]:

Справка о численности осуждённых за контрреволюционные преступления и бандитизм, содержащихся в лагерях и колониях МВД по состоянию на 1 июля 1946 г.[143]

Начальник ОУРЗ ГУЛАГ а МВД СССР Алешинский

Пом. начальника ОУРЗ ГУЛАГ а МВД СССР Яцевич

19 августа 1946 г.

Состав заключенных ГУЛАГа по характеру преступлений (по состоянию на 1 января 1951 г.)[144]:

Как мы видим, вплоть до 1942 года, «репрессированные» составляли не более трети заключённых, содержащихся в лагерях ГУЛАГ а. И лишь затем их доля возросла, получив достойное «пополнение» в лице власовцев, полицаев, старост и других «борцов с коммунистической тиранией». Ещё меньшим был процент «политических» в исправительно-трудовых колониях.

Смертность заключённых

Имеющиеся архивные документы позволяют осветить и этот вопрос.

В 1931 году в ИТЛ умерло 7283 человек[145] (3,03 % к среднегодовой численности), в 1932-м – 13 197[146] (4,38 %), в 1933-м – 67 297[147] (15,94 %), в 1934-м – 26 295 заключённых[148] (4,26 %).

Ежегодная смертность заключённых:

Смертность в ИТЛ: 1935–1947 – ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.1155. Л.2; 1948 – Там же. Д. 1190. Л.36, Збоб.; 1949 —Там же. Д.1319. Л.2, 2об.; 1950 – Там же. Л.5, 5об.; 1951 – Там же. Л.8, 8об.; 1952 – Там же. Л. 11, 11 об.; 1953 —Там же. Л. 17.

ИТК и тюрьмы: 1935–1036 – ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.2740. Л.52; 1937 – Там же. Л.44; 1938 – Там же. Л.50.

ИТК: 1939 – ГАРФ. Ф.Р-9414. Оп.1. Д.2740. Л.60; 1940 – Там же. Л.70; 1941 – Там же. Д.2784. Л.4об, 6; 1942 – Там же. Л.21; 1943 – Там же. Д.2796. Л.99; 1944 —Там же. Д.1155. Л.76, 7боб.; 1945 —Там же. Л.77, 77об.; 1946 – Там же. Л.78, 78об.; 1947 – Там же. Л.79, 79об.; 1948 – Там же. Л.80, 80об.; 1949 – Там же. Д.1319. Л.З, Зоб.; 1950 – Там же. Л.6, боб.; 1951 – Там же. Л.9, 9об.; 1952 – Там же. Л. 14, 14об.; 1953 – Там же. Л.19, 19об.

Тюрьмы: 1939 – ГАРФ. Ф.Р-9413. Оп.1. Д.11. Л.1об.; 1940 – Там же. Л.2об.; 1941—Там же. Л.Зоб.; 1942 – Там же. Л.4об.; 1943—Там же. Л.5об.; 1944 – Там же. Л.боб.; 1945 – Там же. Д. 10. Л.118, 120, 122, 124, 126, 127, 128, 129, 130, 131, 132, 133; 1946 —Там же. Д.11. Л.8об.; 1947 – Там же. Л.9об.; 1948 – Там же. Л.Юоб.; 1949 – Там же. Л.11 об.; 1950 – Там же. Л.12об.; 1951—Там же. Л. 1Зоб.; 1952 – Там же. Д.118. Л.238, 248, 258, 268, 278, 288, 298, 308, 318, 32боб., 328об.; Д.162. Л.2об.; 1953 – Там же. Д.162. Л.4об., боб., 8об.

* В оригинале ошибочно указано 36 039 (ошибка суммирования). – И.П.

За 1953 год приведены данные за первые три месяца.

В качестве среднегодовой численности заключённых (по отношению к которой подсчитан процент смертности) взято среднее арифметическое между цифрами на 1 января и 31 декабря. Процент смертности за начало 1953 года дан в пересчёте на год.

Как мы видим, смертность в местах заключения (особенно в тюрьмах) вовсе не достигала тех фантастических величин, о которых любят говорить обличители. Но всё-таки её уровень довольно высок. Особенно сильно он возрастает в первые годы войны. Как было сказано в справке о смертности по ОИТК НКВД за 1941 год, составленной и.о. начальника Санотдела ГУЛАГ’а НКВД И.К. Зицерманом:

«В основном смертность начала резко увеличиваться с сентября месяца 41 года главным образом за счёт этапирования з/к из подразделений, расположенных в прифронтовых районах: из ББК и Вытегорлага в ОИТК Вологодской и Омской областей, из ОИТК Молдавской ССР, Украинской

ССР и Ленинградской обл. в ОИТК Кировской, Молотповской и Свердловской областей. Как правило, этапы значительную часть пути по несколько сот км до погрузки в вагоны проходили пешим порядком. В пути следования совершенно не обеспечивались минимально необходимыми продуктами питания (получали не полностью хлеб и даже воду), в результате такого этапирования з/к давали резкое истощение, весьма большой %% авитаминозных заболеваний, в частности пеллагра, давших значительную смертность в пути следования и по прибытии в соответствующие ОИТК, которые не были подготовлены к приёму значительного количества пополнений. Одновременно введение сниженных норм довольствия на 25–30 % (приказ № 648 и 0437) при увеличенном рабочем дне до 12 час., зачастую отсутствии основных продуктов питания даже по сниженным нормам не могли не сказаться на увеличении заболеваемости и смертности»[149].

Однако начиная с 1944 года смертность существенно снижается. К началу же 1950-х в лагерях и колониях она упала ниже 1 %, а в тюрьмах – ниже 0,5 % в год.

Особые лагеря

Скажем пару слов и о пресловутых Особых лагерях (особ-лагах), созданных согласно постановлению Совета Министров СССР № 416-15 9сс от 21 февраля 1948 года. Эти лагеря (так же, как и уже существовавшие к тому времени Особые тюрьмы) должны были сконцентрировать всех осуждённых к лишению свободы за шпионаж, диверсии, террор, а также троцкистов, правых, меньшевиков, эсеров, анархистов, националистов, белоэмигрантов, участников антисоветских организаций и групп и «лиц, представляющих опасность по своим антисоветским связям». Заключённых особлагов следовало использовать на тяжёлых физических работах[150].

15 февраля 1952 г.

Справка о наличии особого контингента, содержащихся в особых лагерях на 1 января 1952 г.

Заместитель начальника 2-го отдела 2-го Управления ГУЛАГа майор Маслов

Дугин А.К Неизвестный ГУЛАГ: Документы и факты. М.: Наука, 1999. С.47.

Смертность заключённых особлагов[151]

Процент смертности указан в пересчёте на год. Например, на

1 марта 1953 года в особых лагерях находилось 232 650 заключённых, на 31 марта – 232 785. Получаем среднюю численность за март – 232 717 человек. В марте в особлагах умерло 252 заключённых – 0,11 % от средней численности. Соответственно, смертность в пересчёте на год:

0,11 % * 365 (дней в году) /31 (дней в марте) = 1,27%

Как мы видим, смертность заключённых в особлагах лишь немногим превышала смертность в обычных ИТЛ. Вопреки расхожему мнению, особлаги не были «лагерями смерти», в которых якобы уничтожался цвет инакомыслящей интеллигенции, к тому же наиболее многочисленный контингент их обитателей составляли «националисты» – лесные братья и их пособники.

Глава 3. Кулацкая ссылка

В традиционном перечне сталинских злодеяний, о которых так любят разглагольствовать профессиональные обличители ужасов тоталитарного режима, видное место занимают коллективизация и раскулачивание. Как водится, «преступления» эти предстают масштабными, бессмысленными и беспощадными.

Кормила ли Россия пол-Европы?

Прежде чем начать разговор о подлинных размерах раскулачивания, давайте выясним, а зачем вообще советскому руководству в конце 1920-х годов вдруг понадобилось «загонять крестьян в колхозы»? Вопрос этот далеко не праздный. Если верить нынешним борцам с коммунизмом, никаких разумных причин для подобных действий не существовало в принципе, и объяснялись они исключительно злокозненностью Сталина и его ближайших подручных. Другими словами, большевистское руководство состояло сплошь из патологических злодеев и маньяков, поставивших себе целью извести как можно больше народу, в особенности крестьян. В результате коллективизация «разорила сельское хозяйство», а колхозники «были низведены до рабского состояния».

В подкрепление своей «концепции» сторонники подобных взглядов любят ссылаться на благословенное царское время, когда никаких колхозов не было и в помине, а при этом «Россия к 1913 году собирала пшеницы больше, чем США, Канада, Аргентина вместе взятые, и кормила хлебом чуть ли не полмира…»[152]. Или как пишет другой автор: «К 1909 г. Россия выходит на первое место в мире по производству зерна и выращивает более половины мирового сбора ржи, более четверти – пшеницы, овса, ячменя. В 1913 г. урожай зерновых был на треть выше, чем в США, Канаде и Аргентине вместе взятых»[153].

Что ж, перенесёмся из сталинской эпохи на несколько десятилетий назад и посмотрим, как же в действительности обстояло дело с сельским хозяйством в Российской Империи.

Итак, первый тезис – «Россия, которую мы потеряли» собирала очень богатые урожаи. В доказательство чему приводится сравнение с «США, Канадой и Аргентиной вместе взятыми», которых мы опережали то ли по суммарному сбору зерновых, то ли по одной пшенице.