Игорь Пронин – Предтеча (страница 30)
- Наверное… - Мирра захлопнул книгу, аккуратно закрыл оклад на крохотный ключик. - Но старцев тысячи по всему миру. Некоторые из нас ходят друг другу в гости, иные - нет. Я оставил известие Ергу, если кто-нибудь захочет разузнать о тебе, то придет.
- Но ведь не смертоносцы? - улыбнулся Альхейм.
- Нет, им Ерг ничего не скажет, даже если вдруг случится беда. У него ужасные манеры, но не настолько. Хотя… Хотя я бы сказал.
- Зачем?!
- Чтобы проверить тебя. С предтечей пауки ничего сделать не смогут. Вы - провозвестники грядущей Эпохи Освобождения, вы создадите Трон, на который сядет Ларрель.
- Что за Трон?
- Не знаю, так сказано в пророчестве. Можно перевести как Основание. А можно как Подставка. Древний язык очень сложен.
В глубине души у Альхейма что-то зашевелилось, стало щекотно и даже приятно. Но нельзя выпускать это наружу, никак нельзя…
- Мы - это ведь не я один, верно? Это все Предтечи вместе. А я последний, младший.
- Насчет младшего не знаю, но последний, точно. Пятый.
- Значит, мне только и делать, что ждать, верно?
- А знаешь, никто тебя ни к чему не обязывает, - понял его Веслав и налил всем пива. - Даже интересно: что будет, если один из Предтеч пошлет раскоряке в задницу остальных вместе с Ларрелем. Но я, честно сказать, поверю в Предтеч, только если увижу всех пятерых. А пока это так, удивительное совпадение… Надеюсь, ты ничего не намекал потаенникам?
- Нет! - засмеялся Мирра. - Уж они бы направились прямо сюда, да еще и смертоносцев перепугали.
- Да, ни к чему им знать. Вот если я увижу всех пятерых… - опять задумался Веслав. - Нет, и этого мало. Поверю, когда увижу Трон. А еще лучше - Ларреля на нем.
- Вредный ты, - засопел старик. - А вот помнишь, что там связано с остальными?
- Ну, Мудрец придет с севра, насколько я помню. Ерг еще нас дразнил, что мол некому больше явиться с севера… Но никто ведь и не уточнял, куда именно должен прийти первый Предтеча! Ты пей пиво, Альхейм, наливай!
Гвардеец налил. Пиво помогало расслабиться. Сегодня утром он проснулся совершенно свободным человеком, вот разве что слугой отшельника-старца. А уже после обеда выясняется, что он должен строить Трон Ларрелю, которого с детства считал вреднее скорпиона. Обязанности, обязанности… Лишь полдня свободы. Альхейм выпил и налил еще.
- Мудрец должен прийти с севера, прочесть книгу и потерять детей. Сам понимаешь, под такое определение могли бы попасть многие, но с севера у нас горы, - разглагольствовал Мирра. - Но люди приходят с севера, например, те же беглецы. Тянутся в горы, а увидев, что тут не сладко, подаются назад к теплу. Книгу прочесть легко, достаточно попасть к потаенникам, на Аруну, или Заимку, или в Мертвый Поселок. Иногда ведь они все-таки берут беглецов… Потом, насколько я понимаю, он должен завести и потерять детей. Такое случалось много раз!
- Если быть точным, про "завести детей" ничего не говорится, - усмехнулся Веслав. - Он должен только потерять. Вот как Альхейм - ничего лишнего. Только опалила его не великая опасность, как тоже можно перевести, а именно Смерть, прямым текстом. Так же должно выйти с Мудрецом, все произойдет одно за другим.
- Ладно, - кивнул Мирра. - И он должен быть где-то неподалеку, иначе как же Предтечи встретятся?.. Кстати, книгу должен прочесть только Мудрец, значит, он и ищет остальных. Вот… Больше мы пока ничего о нем не знаем.
- Знаем. Альхейм говорил о старике.
- Да, верно! Аскет придет с юга, умрет и воскреснет, сотряся мир. Тут потаенники много чего выдумывали, я даже сам видел двух или трех Аскетов.
- Чем они занимались?
- Ели, пили, и ждали со дня на день Мудреца.
- Умнейшие люди! А что с Философом, напомни.
- Придет с запада, проповедует Ларреля и будет схвачен восьмилапыми.
- О! - подвыпивший Веслав зашелся в визгливом хохоте. - Ну, уж Философов должно быть полно, да ни одного в живых!
- Так и есть, - согласился Мирра. - Правда, я ни в одного не верил. Потаенников хватали, и приходящих с востока тоже, дело обычное. Но Философ должен проповедовать, а наши друзья только есть, пить, да хорониться обучены. И, наконец, Царица. Четвертая Предтеча по общему мнению, должна происходить из рода Ларреля, все время в этой связи Повелительницу Тулпан вспоминают. Хотя какая между ними связь?.. При чем здесь Ларрель? Не понимаю. Так или иначе, во всех семьях, которые могут наврать о своем высоком происхождении, на виду каждая девка. Царица не придет, то есть изначально будет находиться в месте встречи, которое, заметим, не оговорено никак. Она красива и горда, это все. Естественно, все женщины потаенников считают себя такими.
- Здорово! - веселился Веслав. - Что же ты сидишь, Альхейм? Иди! Присоединяйся к любой кампании!
- Нет Философа, - напомнил Мирра.
- Ах, да… Действительно. Ну, тогда ты стань Философом! Иди проповедовать, угоди к паукам, а Силач тебя спасет!
Старики попадали на землю от хохота. Альхейм печально поглядел на двух пьяных волшебников и налил себе еще пива. Хорошо им смеяться, сильным, мудрым, да еще оставившим жизнь позади. Какие заботы в таком возрасте? Альхейму даже захотелось стать стариком, но вспомнив тех, что коротали жизнь, греясь на солнышке у городских ворот, одумался. Сначала надо стать волшебником…
- Научите меня вашему волшебству! - громко попросил он.
- Что?! - хором переспросили старцы.
- Я хочу стать колдуном, как и вы.
- Уводи его, - сказал Веслав. - Хватит на сегодня веселья, и так почти весь день потерян. По дороге все объяснишь.
Мирра с кряхтением поднялся с травы, отыскал посох.
- Я же тебе говорил: все старцы разные. Мы ничему не учились, просто много слушали умных людей… Про себя я тебе все еще в лесу рассказал, и добавить нечего.
- Природа вещей… - покивал Альхейм. - Только почему-то эта природа помогает только тебе.
- Дурак! Она всем помогает, просто люди об этом не задумываются. Наверное, тебе не подходит мой путь. Он у каждого разный, ведь я сказал. Веслав, например, изучает свойства минералов, пытается разгадать тайны древних…
- Идите, - повторил хозяин и начал подталкивать их через комнату в каменный коридор. - Будет у вас еще время и меня обсудить. Но сейчас мне надо работать. Мирра, если будут какие-то новости - заходи!
- И ты тоже, - кивнул ему старик.
Спустя короткое время они уже, поддерживая друг друга, спустились с каменного обрыва на тропу и пошли по направлению к дому Мирры.
Утро вышло в точности таким же, как и предыдущее, вот только вечером Альхейм все-таки решился и отрезал от одного из слизней порядочный кусок. Мирра приказал положить мясо в деревянный чан и залить водой, а потом долго сыпал туда какие-то травы, сверяясь с книгой.
- Утром будет готово. Жарить и варить не требуется, а вкусно будет - пальчики оближешь!
Теперь оставалось только попробовать. Гвардеец вышел из своей комнаты и увидел через открытую дверь, что старик все еще спит. Открыв чан, он сразу почувствовал острый, вызывающий слюнотечение запах. На всякий случай вооружившись сухарем, Альхейм попробовал слизня и нашел его вполне пригодным в пищу.
Заслышав чавканье слуги, поднялся и Мирра. Первым делом старика налил обоим по кружке травяного настоя. К нему прилагались удивительно сладкие сушеные ягоды, и Альхейм даже зажмурился от удовольствия.
- Как они называются?
- Синика обычная.
- Врешь! Синика не такая сладкая.
- А эти морозом побиты, с прошлой зимы. Они особенные… Эх, меду бы нам, Альхейм. Ты ведь медонос. Сможешь, наверное, добыть? Улей в двух днях пути.
- Только ты со мной туда иди, - предложил гвардеец. - Поможешь не нарушить природу вещей и остаться в живых.
- Нет, - захихикал старик. - Мне идти в улей - это как раз и есть нарушение природы вещей!
После завтрака Альхейм обнаружил, что ему решительно нечего делать. Старик копался в книгах, все еще что-то выискивая, а гвардеец вышел во двор, прогулялся вокруг дома, полюбовался на водопад. Потом сходил посмотреть на слизня, и нашел его в добром здравии. Вышел из расщелины и, прячась за камнями, осмотрел равнину. Ни людей, ни смертоносцев.
Совсем недалеко охотился бегунец. Прищурившись, гвардеец наблюдал за ним. Вот паук присмотрел себе добычу - для этого он выпрямлял ноги, собирал их вместе и становился выше всех известных Альхейму насекомых, включая и огромного Повелителя. Потом хитрец забежал вперед жертвы, сделав широкий полукруг. На этот раз он расставил лапы пошире, чтобы стать ниже, незаметнее.
Оказавшись на пути обреченного насекомого, охотник положил брюхо в скопление травы, а лапы выставил наружу так, чтобы они напоминали ветки засохшего куста. Вскоре появилась жертва, тут Альхейм даже присвистнул. Оголодавший видимо бегунец собрался сожрать муравья! Впрочем, с такими длинными ногами он мог надеться легко убежать в случае тревоги.
Но муравей был один, наверное, разведывал для муравейника новый пространства. Он спокойно пробегал мимо бегунца, когда тот стремительно выпрямился, одним движением перешагнул через беднягу, оказавшись над ним, и тут же опустился, нанося укус.
Муравей, наверное, успел извернуться, потому что паук тут же снова поднялся. Тогда шестиногий попытался укусить охотника за ногу, но тот легко отшагнул, потом еще несколько раз, оставляя добычу все время под собой, в окружении сухих тонких конечностей. Потом бегунец атаковал снова, и на этот раз укус достиг цели, муравей застыл без движения.