Игорь Прокопенко – Военные тайны ХХ века (страница 12)

В первые годы своего заключения он не выходил из камеры, не делал зарядку, не посещал церковь. Постоянно твердил о плохом самочувствии. Никто не приходил к нему на свидание, а сам он об этом никого не просил. Известны случаи – по крайней мере три попытки, – когда он пытался покончить жизнь самоубийством. Он панически боялся быть отравленным. Накрывал стаканы с питьем бумагой и завязывал нитками».

Впоследствии, когда Гесс остался в тюрьме единственным узником, его поведение резко переменилось. Он как бы почувствовал интерес к жизни, и надо отметить, что отношение к нему со стороны администрации тюрьмы было более чем удивительным. В истории содержания преступников такого масштаба в ХХ веке трудно найти примеры, хоть сколько-нибудь похожие на этот.

Вот что рассказал Петр Липейко, проверяющий караула в Шпандау в 1985—1987 годах: «На день рождения и на Рождество он требовал виноград и еще какие-то продукты, которые ему нравились. Из рассказов начальника тюрьмы следует, что нередки были случаи, когда в Европу посылали специальный самолет за провизией».

В тюрьме Рудольф Гесс занимался изучением Луны. Существует легенда о том, что американцы, перед тем как высадиться на Луну, якобы присылали к нему в камеру с разрешения директора специалиста, который консультировался с Гессом по вопросам лунного ландшафта.

По свидетельству очевидцев, проведя в тюрьмах Англии и в Шпандау в общей сложности 46 лет, Гесс не был сломлен ни морально, ни физически. Он все-таки надеялся оказаться на свободе. Обстоятельства, казалось, складывались в его пользу – в печать просочились сообщения, что советская сторона готова рассмотреть этот вопрос.

Говорит Рой Медведев: «Даже мой добрый знакомый академик Сахаров в одной из своих публицистических статей написал, что надо решить проблему несчастного Гесса. Тогда советская печать набросилась на Сахарова за то, что он, мол, выгораживает военного преступника. Я спросил его, зачем он это делает. «Жалко, старик беспомощный сидит в тюрьме, его охраняют четыре государства. Бессмысленная ситуация. Надо его освободить».

«Господину Гессу было уже 92 года, – продолжает рассказ Тагир Чекушин. – И, конечно же, он очень хотел, чтобы его освободили. Последние годы, когда я курировал его, он очень ждал встречи с родными».

17 августа 1987 года в 18.35 в доме сына Гесса Вольфа Рудигера раздался телефонный звонок. Администрация тюрьмы Шпандау официально известила его о смерти отца. По официальной версии, заключенный № 7, 92‑летний Рудольф Гесс, покончил жизнь самоубийством. Пользуясь тем, что охранники оставили его на несколько минут одного в летнем доме внутри тюремного двора, заключенный привязывает к окну один конец гибкого шнура от электролампы, другой плотно обматывает вокруг шеи и кидается на землю. Смерть от повешения.

Первым отверг официальную версию адвокат Гесса доктор Зайдл, который заявил, что его клиент просто физически не был в состоянии покончить с жизнью таким образом: «Престарелый узник даже не мог поднять руку выше головы и самостоятельно завязать шнурки или надеть свитер. Стремление освободиться у него было очень мощное. И, соответственно, я думаю, что он умер насильственной смертью».

Ставит под сомнение версию о самоубийстве и сенсационное заявление Геннадия Савина, директора международной тюрьмы Шпандау в 1978—1983 годах: «У защищенной четырьмя государствами тюрьмы была лазейка, и кто-то ею пользовался. У Гесса были свои каналы связи помимо официальных. У меня не было доказательств, но Гесс узнавал некоторые вещи, минуя наши каналы. Заявление сына Гесса вызвало скандал

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.