Игорь Поль – Ангел-Хранитель 320 (страница 84)

Ее запах дурманил голову. Это очень опасно — общаться с красивой девушкой после процедуры восстановления. В первую очередь — для самой девушки.

— Наверное, с моей стороны это очень самонадеянно — прийти сюда. — сказала Лотта. — Ты тогда так внезапно исчез…

Ее серые глаза — как бездонные озера. Сергей с трудом отвел взгляд.

— Внезапно исчез? — переспросил он. — Ты разве не в курсе, что случилось?

— Я узнала слишком поздно. Я ведь работаю в управлении кадров, через мой отдел проходят все личные дела. Сначала я ничего не поняла. Какой-то угон, суд, потом этот внезапный военный контракт. Меньше всего я представляла тебя военным. Руководство «Стилуса» собиралось подать на тебя в суд за невыполнение условий контракта и выставить тебе неустойку. Дело с трудом замяли.

— Ну, по крайней мере все твои проблемы решены. Как там Виктор? Вы счастливы?

— Мы давно расстались. Разве ты не помнишь?

— Милые бранятся — только тешатся, — сказал Сергей. Его взгляд все норовил зацепиться за холмики ее грудей под блузкой, так что он стал смотреть на свои ноги.

— Не в этом случае. Он настоящий мерзавец. Как бы я хотела выцарапать ему глаза.

— Я помню, ты очень импульсивна, — заметил Сергей. — Хорошо что удержалась. Иначе мы служили бы вместе.

— С него бы сталось, — грустно заметила Лотта.

— Значит, все-таки Виктор?

— Да. У него дядя в полиции, они вместе это провернули. Заявление об угоне, уголовное дело — все это и гроша не стоило, они оформили бумаги задним числом. Я ведь взяла машину на законных основаниях, у меня был ключ.

— Дай догадаюсь. Дядя — это детектив Стетсон?

— Да.

— Лихой у тебя приятель. И самолюбие потешил, и заработал.

— Он мне не приятель! Жалею, что с ним связалась.

— Надеюсь, твоя подруга с ним счастлива, — усмехнулся Сергей.

— Надеюсь, он кинул ее так же, как и меня.

— Какие мы суровые. А как же суд? Что было бы, если бы я не подписал контракт?

— У них там круговая порука, настоящее болото. Адвокат тоже в деле. Они проворачивали такие дела постоянно, Стетсон неплохо зарабатывал, сбывая вербовщикам малолетнюю шпану. Руководство полиции закрывало на это глаза, ведь, в конце концов, город становился чище. Я тебя искала. Дошла до начальника полиции, ходила к мэру. Тупые индюки. Дело кончилось тем, что ко мне заявился вежливый мужчина в гражданском, и посоветовал, если я не хочу тебе навредить, перестать поднимать волну. И что если ты захочешь, ты свяжешься со мной сам.

— Я даже знаю, где служит этот дядечка, — усмехнулся Сергей. — Тебе крупно повезло, что они от тебя отстали.

— Почему ты не позвонил?

— Поначалу это было не так-то легко.

— А потом? Я места себе не находила!

— А потом я решил, что это никому не нужно. Ни тебе, ни мне.

Она вспыхнула.

— Я ведь знаю, чем они тебя зацепили. Ты взял вину на себя, думал, что я пострадаю.

— Дело прошлое, — отмахнулся он. — Каких глупостей не наделаешь по молодости.

— Не пытайся казаться циником, — сказала Лотта. — Я этого никогда не забуду. Спасибо тебе. И за брата особенно.

Она наклонилась и поцеловала его в щеку. Ее волосы снова, как и тогда, накрыли его мягкой волной.

Сергей до боли в пальцах вцепился в простыню.

Лотта отстранилась, внимательно посмотрела на него.

— Серж, я могу для тебя что-нибудь сделать?

— Твой дом застрахован?

— Что? Да, конечно, — растерянно ответила она.

— Тогда да, можешь, — с улыбкой сказал Сергей. — Успокойся, тебе не придется продавать свою честь.

— Жаль, — сказала Лотта. — Я бы не возражала.

Когда она ушла, вернулась Трейси. Уперев руки в бока, она внимательно оглядела палату в поисках следов преступления. Подозрительно посмотрела на довольного Сергея.

— Дорвался до сладкого, Казанова?

— Вы плохо обо мне думаете, сестра. Он что, не пригласил тебя на свидание?

— Не ваше дело, сержант.

— Еще как мое. Мы в ответе за тех, кого вытащили. Имей это ввиду, если вдруг решишь свести моего друга с ума. Десант своих не бросает.

Глава 39

После стерилизованного госпитального воздуха сырая зимняя хмарь над Форт-Диксом — как божье откровение. Сергей медленно шагает по бетонной дорожке, среди блестящих от росы травяных лужаек. Идиллию нарушают набросанные тут и там наросты буро-зеленого маскировочного рванья над огневыми точками. Пропитанные влагой маскировочные сетки слабо шевелятся под порывами прохладного ветерка. Мутное пятно Бритты едва виднеется сквозь низкие облака. Сергей не может надышаться туманным воздухом. Он с удовольствием подставляет лицо редким дождевым каплям. До чего же приятно быть живым!

База обезлюдела. Темно-красные нашивки за ранения на рукаве — словно застарелые пятна крови. Редкие встречные бойцы козыряют Сергею, уважительно косятся на его увешанный наградами китель. Это так непривычно, что вызывает неловкость. В своей парадной форме среди тусклой брони окружающих, он чувствует себя разряженным пугалом. Жесткий воротник натирает шею. Хочется поскорее влезть в привычную скорлупу бронекостюма.

Он спешит в штаб батальона для доклада. Бетонная коробка пуста, словно вымерла. Осиротевший круглый пятачок на месте знаменного поста. Незнакомый часовой в холле, похоже, из новичков. Нервничает. Сергей в своих ярких побрякушках для него что-то вроде ангела во плоти.

— Где найти комбата, боец? — спрашивает Сергей, подавая жетон.

— Учебный взвод, сэр. Штаб-сержант Кнут за него.

Сергей кивает. Что ж, есть повод посетить альма-матер. Выходит из мертвого здания. Гулкие шаги отдаются по пустому холлу.

Плестись под дождем к западной границе базы неохота. Неудобная парадка явно не предназначена для марш-бросков. Сергей вздыхает, прибавляет шаг.

— Куда вам, сержант? — интересуется техник в синем комбезе с проезжающего мимо кара. Мелкие преимущества нового статуса.

— Первый батальон мобильной. Учебный взвод. Корпус V-13.

— Знаю такой. Почти по пути. Садитесь, — техник ерзает на тесном сиденье, уступая место.

— Спасибо, дружище.

Техник открывает рот при виде его наград, сразу теряется. Не каждый день живого кавалера Креста увидишь.

— Я… это… сэр, извините, что так запросто… — краснея, бормочет он.

— Да не тушуйся ты. Сейчас броню надену и буду как все, — смеется Сергей.

Парнишку отпускает. Всю дорогу до учебного взвода он рассказывает хохмы о своем боссе — начальнике склада артвооружений. Прощаясь, дарит Сергею упаковку вяленой рыбы.

— Мне тебе, кроме дырок в боку, и дать-то нечего, — разводит руками Сергей.

Техник смеется: на том свете сочтемся.

Плац учебного взвода кажется маленьким, словно съежился от времени. Вроде бы и прошло-то всего ничего. Но теперь Сергей смотрит на все через призму пережитого в Эскудо. Призма эта сильно искажает перспективу, выпячивая мелочи и делая главное почти незаметным. Он подмечает, что вместо привычного отделения в десять-двенадцать бойцов, сержанты командуют практически целым взводом. Сам взвод больше похож на роту. Направляясь на завтрак, учебный взвод тянется длинной колонной.

Сергей с удивлением рассматривает молодое пополнение. Раньше ему казалось, что их взвод был разношерстным. Теперь же он понимает, что на фоне того, что бежит сейчас мимо, их прежний состав — просто однояйцевые близнецы. Воистину — все познается в сравнении. Мимо пробегают пузатые кривоногие коротыши, двухметровые чернокожие лоси, сутулые бледные личности с лихорадочным блеском в глазах… Черные, желтые, белые, смуглые. Хилые и очень хилые. Толстые и не очень. С гипертрофированно мощными шеями и бугрящимися мышцами спинами. Ладные сержанты в броне бегут рядом, направляя свое воинство. «Хоть кто-то нормальный остался», — глядя на них, думает Сергей.

Кнут сидит за заваленным бумагами столом. Одним глазом смотрит в тонюсенькую пленку дисплея. Выглядит измученным. Черная как смоль кожа словно выцвела от кабинетной жизни.

Он радостно скалится вошедшему Сергею, отмахивается от его доклада. Показывает на полукресло у стола.