Игорь Подус – Код Заражения 2 (страница 5)

Поужинав едой, оставленной у порога камеры, я улёгся на нары, раздумывая о произошедшем, и практически сразу уснул как убитый. На этот раз обошлось без сновидений. Утром меня разбудил грохот открывающихся дверей.

Увидев на пороге троих бойцов в полной боевой экипировке – с оружием, в бронежилетах и касках – я почуял недоброе.

– Выходи, – приказал капитан Борзов, которого мать называла Владиком.

Я не стал сопротивляться. Почувствовав серьёзный настрой и увидев нахмуренные лица, ожидал, что мне наденут наручники, но вместо этого меня повели по многочисленным коридорам через сердцевину бункера.

На этот раз, кроме запертых гермодверей, удалось увидеть небольшую гидропонную оранжерею и зал, уставленный шкафами с серверами. На пути встречались не только военные, но и гражданские, рассматривавшие меня с явным интересом.

В конце прогулки мы прошли через помещение с работающими элементами вентиляционной системы и оказались в прямом туннеле, перегороженном толстой решёткой. Здесь стоял стол с десятком мониторов. В кресле сидел цельный майор ФСБ.

– Переодевайся, – приказал он, указав на валяющийся у стены баул.

Раскрыв его, я обнаружил застиранный спортивный костюм и поношенные кроссовки. Не спрашивая, зачем, переоделся. После этого майор надел на меня наручники, сделал укол в плечо одноразовым инъектором и отдал ключи капитану. Доведя группу по туннелю до массивных гермоворот, он с помощью набора цифрового кода активировал механизм открытия.

– Капитан, давай там поаккуратнее. Возвращайся без потерь, – пожелал майор, когда за нами начали закрываться гермоворота.

Туннель, в котором мы оказались, уходил за пределы бункера и соединялся с техническими катакомбами под Москвой. Пройдя по нему около полукилометра, группа поднялась по лестнице метров на десять выше и оказалась в техническом коллекторе с уходящими вдаль кабелями. Здесь один из бойцов надел мне налобный фонарик и вполголоса предупредил, чтобы я не шумел, иначе получу по почкам.

Я попытался шёпотом задать пару вопросов, но бойцы упорно молчали, явно не собираясь рассказывать о цели нашего путешествия. Капитан вёл группу по коллектору около трёх километров, пока мы не добрались до разветвления с несколькими запертыми гермодверьми. Сверившись с электронной картой в планшете, он достал знакомый шестигранный ключ и открыл один из проходов.

Как только это произошло, бойцы взяли автоматы на изготовку. Похоже, дальше начиналась опасная территория. Двигались медленно. Бойцы периодически останавливались и прислушивались. Переходили в другие туннели и поднимались на другие уровни. Один раз и вовсе повернули назад, когда за очередными гермодверями обнаружился канализационный сток со свежими следами пребывания толпы зомбаков.

Сверяясь с картой, капитан провёл нас в обход опасного места и, наконец, довёл до небольшого изолированного помещения с гермодверью и лестницей, уходящей вверх по вертикальной шахте.

– Ну всё, парни, дальше мы пойдём с ним вдвоём. А вы ждите за гермодверью. Когда вернёмся, я правильно постучу. Если через четыре часа не появимся – возвращайтесь в бункер самостоятельно.

– Но товарищ капитан, а как же задание? – попытался возразить самый молодой из бойцов, при этом дёрнув за лямку накинутого на плечо камуфлированного рюкзака.

– Ради задания не обязательно рисковать всем. Я сам всё сделаю, – решительно заявил Борзов и забрал у опешившего солдата рюкзак.

– Товарищ лейтенант, а может, никому из нас не надо рисковать? Пересидим здесь полдня. Начальству скажем, что ничего не получилось. А этого – в расход, – неожиданно предложил боец постарше, посмотрев так, будто именно из-за меня их всех заставили сюда переться.

Боец угрожающе похлопал по ствольной коробке АК-15. В ответ я инстинктивно напрягся и приготовился отбиваться до последнего.

– Нет, парни, задание придётся выполнить, – решительно заявил капитан и расстегнул наручники.

Бойцы особо не возражали, так что через минуту ржавая дверь была снова заперта, а мы начали подъём по лестнице. Поднявшись метров на пятнадцать, я сдвинул люк и обнаружил над головой металлическую поверхность цистерны.

Под ней оставалось пространство, так что мне легко удалось протиснуться. А вот капитан в боевом облачении немного застрял, и его пришлось вытаскивать.

Свет снаружи пробивался в полуподвальное помещение с несколькими цистернами и кучей труб, идущих вдоль стен. Похоже, раньше это был распределительный узел обеспечения домов горячим водоснабжением. Часть труб была срезана, но цистерны не тронули.

– Капитан, объясни, куда мы идём? Что мне вколол майор? И какого… вам вообще от меня надо? – спросил я, отлично понимая, что мы на уровне городской застройки, где можно легко напороться на активное стадо или лёжку зомбаков.

Судя по недовольному выражению лица и автомату в руках, Борзов в этот момент очень хотел огреть меня прикладом. Немного постояв на месте, он взял себя в руки и махнул, чтобы я следовал за ним.

Поднявшись по лестнице к ряду выбитых окон, он указал на пейзаж снаружи, и я узнал несколько кварталов города, огороженных баррикадами из смятых машин.

– Мы здесь по твоей вине, – явно обвиняя, выпалил Борзов.

– Не понял.

– Чего ты не понял? Ты про Хирурга на допросе рассказывал?

– Да. А что, не должен был? Насколько я понял, о вожаке московской вольницы деловых в бункере и до меня знали.

– О нём не просто знали. С ним какое-то время контактировали, пока Хирург окончательно не вышел из-под контроля. Раньше он добывал особого рода биологический материал. В обмен ему выдавали экспериментальную сыворотку, не позволявшую организму войти в режим взрывной мутации. Он на неё подсел и готов был на всё, а твой дядя мутант этим пользовался.

– Значит, Хирург по своей воле стал жертвой затяжного эксперимента.

– Можно сказать и так.

– Я думаю, после нашей недавней встречи этот эксперимент можно считать законченным.

– Генерал Антипов и твой дядя думают иначе, – признался капитан.

– А вот здесь я снова не понял.

– Что ты не понял? Они думали, что Хирург давно и бесследно исчез. Но теперь, когда стало известно, где находится его издыхающая туша, в штабе решили, пора собрать биоматериал и подвести итог эксперимента.

– Значит, мы здесь из-за амбиций дяди Бори и генерала Антипова?

– Не совсем так. Насколько я понимаю, изучение материала позволит не только узнать кое-что новое, но и создать на его основе некий очень редкий мутаген. Говорят, он от болезней лечит и очень нужен высокому начальству на Большой Земле. К этому прибавляй информацию об экспедиции чужаков из Европы. У меня приказ кое-что разведать.

– Если это так важно, почему на поверхность послали такую маленькую группу?

– А какой смысл посылать роту туда, где с зомбаками не смогли справиться танковые колонны и авиация?

– Понимаю.

– Ну а раз понимаешь, может, поможешь добровольно выполнить задание? Не хочу постоянно держать тебя на мушке и случайно пристрелить – ведь я обещал твоей матери, что ты вернёшься целым.

Выслушав предложение, я призадумался. Конечно, судьба мне снова предоставила шанс начать почти с того самого места, с которого я начал несколько дней назад. Можно дать клятву капитану, что не подведу, а затем уйти и попытаться самостоятельно выбраться за пределы Москвы. Однако мать и несколько до сих пор непрояснённых моментов заставляли задержаться.

– Хорошо, капитан, я помогу, но только при одном условии.

– Каком?

– Если дети до сих пор сидят в логове Хирурга, то мы эвакуируем их в бункер.

– Не понял. Какие дети? – удивился Борзов.

– Потом сам увидишь. Так что по рукам?

Я протянул капитану руку, и тот, немного поколебавшись, пожал её.

– Что вколол не майор? – воспользовавшись моментом, спросил я.

– Да ничего опасного. То же, что и нам. Обычный защитный коктейль, приготовленный твоим дядей. Он защитит от любого заражения в течение двух-трёх суток, даже если ты раненый в крови мутанта изваляешься.

На этот раз задача добраться до бывшего больничного корпуса усложнилась появившимися в районе зомби. После нашествия зомби на научный центр атмосфера в заражённом городе изменилась. Теперь он походил на растревоженный улей.

Перебегая от дома к дому даже при свете дня, я заметил три небольшие группы зомби, следовавших за нюхачами. Кроме этого, видел пяток крупных мутантов, лазивших по одной из баррикад. Это походило на слепой поиск.

Слова дяди Бори о пониженной чувствительности к моей персоне со стороны обычных зомби подтвердились. Один из нюхачей вышел из-за остова сгоревшего автобуса, когда я был на расстоянии сорока метров. Сразу заметил, уставился своими красными буркалами и принялся нервно втягивать воздух разорванным носом. Однако через несколько секунд мелкий мутант потерял ко мне интерес и повёл три десятка зомби в другом направлении.

Выдохнув, я подождал, когда они уйдут, и дал знак уже приготовившемуся дать бой капитану, что опасность отступила. Перебежав на другую сторону улицы, мы заскочили в разгромленный вестибюль здания, и Борзов указал мне на место, где недавно стоял нюхач.

– Шустрый, это что такое было? Когда эта погань на тебя нацелилась, я думал – всё, придётся стрелять. Почему зомби не напали?

– Может, они просто боятся меня, когда я в спортивном костюме. Три белые полоски, грязные кроссовки и небритая рожа вызывают у них желание свалить.