Игорь Подус – Код Заражения 2 (страница 36)

Очередное признание Генриха никого не удивило.

– Хорошо, я готова передать им информацию, но как? По спутниковому телефону не вариант. Все цифровые каналы отключены в первые дни, компьютеризированной системой. Осталось лишь аналоговое общение, ограниченное строгими временными рамками.

– Раньше на том секретном объекте, про который я упоминал, имелся активный канал связи со спутниковой группировкой. Если он действует, можно попробовать передать данные через него – предложил я.

– И что ты хочешь взамен? – спросила Марта и посмотрела мне в глаза.

– Мне нужна информация о моей сестре, куда её увезли и где содержат. Ещё я хочу узнать о судьбе одного беглого генерала, который с самого начала работал на медицинскую корпорацию через организацию врачей без границ.

Марта, не моргнув глазом, достала планшет профессора Крюгера, сняла блокировку и погрузилась в меню поиска по базе данных, собранной учёным за последние два года. Внутри, как я понял, хранились сведения о событиях, произошедших на территории Российской Федерации с самого начала пандемии.

– Хорошо, но прежде чем я начну искать то, что ты хочешь, расскажи, о случившемся с сестрой два года назад. Я должна понять, с чего мне начать поиски.

Я не стал утаивать подробности событий двухгодичной давности и подробно рассказал о нашем первом побеге из Москвы, попытке закрепиться в дачном посёлке и уничтожении эвакуационного лагеря.

Откровенно поведал о том, как эвакуированных людей предали те, кто должен был их защищать. Два года назад моя группа выживших доказала засевшим на блоке складов военным, что с нами придётся считаться.

Я вспомнил про первые удачные вылазки в заражённые города за оружием, провизией и топливом. Рассказал, как мы быстро научились малыми силами зачищать объекты от зомби и не подпускать их к своему лагерю. Конечно, без потерь не обходилось, но присоединившиеся к нам бойцы постепенно увеличили боевую часть группы до тридцати человек.

Вот только провести операцию по освобождению сестры мы так и не успели. Когда всё было готово, военные с блока складов поняли, что мы им нужны, предложили помочь разобраться с генералом Майдановым.

Правда, мы немного просчитались, за сутки до начала разработанной мной и Беркутом операции, информация утекла к нашим врагам. Генерал поднял вертолёты и улетел со своими приближёнными, прихватив с собой представителей западной медицинской корпорации и сестру. После этого их след потерялся.

На следующий день мы сумели накрыть бронеколонну военной полиции, пытавшуюся уйти из брошенного расположения вертолётного полка. Колонна попала в засаду и была сожжена. В наши руки попался командир батальона, полковник Волков. Я лично допрашивал его, но так ничего нового не узнал. За сдачу эвакуационного лагеря он и несколько офицеров были приговорены полевым судом к смерти и расстреляны.

Мой рассказ затянулся на час, а когда я упомянул о способности Алёны видеть призрачные нити, Марта начала что-то быстро искать в базе данных. Как только я закончил, она показала мне фотографию сестры, сделанную явно после её исчезновения. На экране она была облачена в серый комбинезон с логотипом медицинской корпорации. На шее виднелся такой же контрольный ошейник, как надевали мне.

– Где и когда это снято? – спросил я, с трудом сдерживая дрожь в голосе.

– Судя по меткам геолокации – это Норвегия. Снято три месяца назад. Здесь есть кодовое название экспериментального проекта – «Немезида», – прочитала Марта. – Не знаю, что это. Всё спрятано под грифом высшей секретности.

– Я узнаю это место. Это военный полигон в северной части Скандинавского полуострова. Корпорация использовала территорию для обучения боевых групп, натравливая на них специально завезённых зомби и мутантов, – уточнил Бьёрн.

Я протянул Марте телефон.

– Марта, связывайся с теми, с кем хотела, я должен знать всё о проекте «Немезида».

Глава 20. Путь домой

Шустрый

Едва забрезжил рассвет, группа покинула временное убежище и двинулась по дороге, убегающей вдаль от заражённой столицы. Семьдесят километров – пустяковое расстояние на карте, но я знал, что каждый метр обернётся тяжким испытанием. По моим прикидкам, даже не встретив ни единого зомби, мы не успеем преодолеть этот путь за один световой день.

Эх, был бы транспорт… Но где же его взять? Тлела надежда найти один из схронов нашей разведгруппы. Там можно поживиться мотоциклами. Но верилось в сохранность тайника с трудом. Да и топать до него добрых пятьдесят километров.

Проблему с Хромым и Светкой решили при помощи полезной находки, обнаруженной в строительном магазине. Самодельная тачка на шести велосипедных колёсах, скрученная из пластика и фанеры, явно осталась от прежних посетителей убежища. Теперь все по очереди толкали перед собой эту импровизированную тележку.

Казалось, всё налаживается, но уже через два часа группе пришлось сделать первый незапланированный крюк, в целых три километра. Сначала Светка с Васькой почувствовали неладное, а потом сканер засёк аномальное скопление призрачных нитей над разграбленным коттеджным посёлком.

Васька своим звериным чутьём безошибочно определил опасность и сказал, что там засели мутанты. Скорее всего, группа семейных. Конечно, можно было рискнуть и попытаться проскочить мимо, пользуясь ярким солнцем, но это не компьютерная игра, и лишней жизни у нас в запасе не имелось, так что рисковать не решились.

Всю дорогу я украдкой наблюдал за Мартой и Генрихом. Эта парочка то и дело просила остановиться в безопасном месте. И каждый раз они безуспешно набирали номера на спутниковом телефоне.

Ночью они делали то же самое, но почти так же безрезультатно. Лишь однажды Генриху ответил его контакт из корпоративного кол-центра. Но толку – от этого ноль.

Сухой голос оператора в ответ на предложение передать ценную информацию заявил, что Генрих ошибся номером, и настоятельно рекомендовал больше не звонить. Правда, днём пришло текстовое сообщение с туманным намёком: «Подождите, навожу справки…»

Я тоже несколько раз пытался связаться с Машей, но тщетно. Один раз в аппарате послышались долгие гудки, но никто не ответил. Видимо, обстоятельства не позволяли ей взять трубу, и это, признаться, заставляло меня поскрипеть зубами от злости и начать подгонять остальных.

Первый нормальный привал удалось сделать только в два часа дня после того, как группа обошла ещё одно подозрительное место. По уверениям Васьки, в торговом центре рядом с транспортной развязкой обосновалась орда зомби в несколько тысяч особей.

Сканер подтвердил его слова, так что очередной крюк в несколько километров оказался правильным решением. В итоге, судя по шагомеру на бронекостюме, мы протопали тридцать километров. А если считать по маршруту – едва ли больше двадцати.

Меня это совсем не устраивало. Тревога за семью подталкивала бросить спутников и рвануть вперёд на всех парах, но взятые на себя обязательства за детей и остальных не позволяли поддаться порыву.

Первое серьёзное столкновение с заражённой тварью произошло после обеда. Васька остановил группу через час и указал на тополя, высившиеся у выгоревшего дотла комплекса, состоявшего из автосервиса, магазина и заправочной станцией.

– Дядька шустрый, тама нас ждут, – уверенно заявил он.

– Кто?

– Хищник. Не знаю, как вы по научному их называете. Хирург их черноглазыми окрестил.

– Дитё комы. Редкий гость, – пробормотал я и в сердцах сплюнул.

В первую зиму после заражения нападающих одиночных хищников здорово проредили. Неутолимая жажда живой плоти сыграла злую шутку с самыми сильными из них. Вместо того чтобы залечь в спячку, они продолжали охотиться на выживших. Во только зимой их было легче обнаружить. Из-за этого самых кровожадных и безрассудных уничтожили подчистую. Остались только самые хитрые и терпеливые охотники.

Я приказал всем присесть передохнуть в тени, а сам, вооружившись «Выхлопом», принялся изучать тополя через снайперский прицел. Расстояние до деревьев – шесть сотен метров. Это вполне позволяло сделать точный выстрел и ликвидировать хищника, приготовившегося к нападению в засаде.

Пока Васька сидел рядом и корректировал мои поиски, я невольно вспомнил первую зиму. Мы пережили её на турбазе «Берёзка», размещённом на берегу водохранилища. Чем холоднее становилось, тем меньше заражённых бродило по округе. В какой-то момент отряд даже начал расслабляться.

С людьми Волкова вопрос был закрыт ещё летом. С анклавом блока складов заключён шаткий, но взаимовыгодный союз. Банду беспредельщиков-мародёров, взаимодействовавших с зомби, мы сначала наши и знатно потрепали. А в начале осени заманили в ловушку, устроенную на таможенном терминале.

Именно тогда мы впервые столкнулись с заражёнными, не превратившимися в зомби и сохранившими остатки разума. По уровню развития многие из них были похожи на неандертальцев. Их прозвали «семейными». Они постоянно кочевали и нападали редко. Зимой они впадали в спячку, после которой некоторые мутировали в нечто более опасное.

Но не семейные были самыми опасными. Всё портили «деловые». Эти строили из себя нормальных людей и подминали под себя «семейных». Собирали банды и с первых недель после заражения натравливали стаи зомби на анклавы выживших.