Игорь Подгурский – Т-34 — истребитель гархов (страница 35)

Райф приказал на самом малом ходу подойти как можно ближе к берегу. Пора было маскировать судно. Истосковавшиеся по солнцу матросы один за другим выбирались из рубочного люка на палубу. Вслед за ними появились и десантники. Доктор Гримм переговорил с капитаном и поручил своим людям прикрывать моряков — так, на всякий случай. Наконечник взял с собой автомат МП-40 со складным прикладом, а Рубин предпочел пулемет. Сам Наставник извлек из чехла винтовку, но крепить сошки не стал, ограничившись оптикой и глушителем.

На берег сбросили сходни. Моряки, весело переговариваясь, сошли на берег. Земля! Под ногами настоящая суша, а не железный пол субмарины!

Подводники приступили к работе. Вооруженные топорами, пилами и длинными кортиками, они рубили живые ветки, отдавая предпочтение крупным и узловатым — такие медленнее увядают, и их удобнее крепить. Прибрежный камыш и траву матросы нарезали и связывали пучками. Густой дерн аккуратно срезали и сворачивали длинными лентами, чтобы потом расстелить на надводной части палубы. Из трюма вытащили брезент. Им укутали орудие на носу и зенитную установку. Скоро корпус субмарины зазеленел.

Глубоко в лес не уходили. Уже после минутной прогулки в нем можно было не найти дороги обратно. Разве, что плеск воды и громкая ругань боцмана могла помочь определить, где находится субмарина. Боцман с серебряной дудкой на бушлате принципиально не признавал нормативную лексику, в глубине души считая, что настоящему моряку она приносит только вред, а подводнику — тем более. В чем-то он был прав: соленые бессмысленные выкрики боцмана бодрили подчиненных, заставляя быстрее работать. Моряки сновали между берегом и подлодкой черными муравьями.

Десантники во главе с доктором Гримом приглядывали и за берегом, и за рекой. Доктор время от времени рассматривал удаленные участки берега через оптический прицел. В километре вверх по течению река делала широкий изгиб, и сильное течение намыло серпообразную белую косу. Кроме нескольких крупных пресноводных черепах на песчаной отмели никого не было. Широкие, как противни, они лениво переползали по песку с места на место.

Спокойствие было нарушено лишь однажды: кабан с огромными желтыми клыками выскочил из зарослей и помчался на матросов. Рубин так стремительно срезал секача короткой пулеметной очередью, что на берегу даже не успели испугаться.

Запасные трубы топливопровода закрепили перпендикулярно палубе и пустили по ним лианы зеленым водопадом. Срезанные ленты дерна и мха раскатали по палубе среди сшитых проволокой матов из травы и камыша. Ветки и целые кусты, выдернутые почти с корнем, привязывали вдоль леерного ограждения. Мичман-дизелист любовно расправлял ладонями помятые листья орхидей, оставленных кем-то возле турели. Он наклонился над импровизированной клумбой и с наслаждением вдохнул аромат дивных полосатых цветов. Резкий запах тухлого мяса заставил мичмана отпрянуть. Он громко чихнул, подняв облако желтой пыльцы.

— Красота обманчива, — пробормотал дизелист, пытаясь рассмотреть слезящимися глазами дорогу в трюм.

Подводная лодка после тотального озеленения приобрела вид дикого островка. Под конец на борт прихватили тушу убитого секача, освежеванную коком на берегу. После короткой переклички старпом убедился, что весь экипаж на борту, и сходни убрали. Заработали электромоторы, и еще один зеленый островок поплыл по реке. Его отличие от других заключалось в том, что он плыл быстрее, причем против течения.

Голова подводника в черной пилотке просунулась в дверь:

— Господин Гримм, командир приглашает вас в центральный отсек!

Командир субмарины стоял у перископа, прижав лицо к окулярам. Услышав шаги, он оторвался от перископа и произнес:

— Посмотрите! Узнаете?

Над угольно-черной водой, левее лунной дорожки, возвышалось плато с остроконечной скалой.

— Палец Дракона?

— Так точно, Палец Дракона, — торжественно подтвердил капитан. — Если верить карте, по воде до него километров сорок. Река здесь делает петлю. Напрямик, по джунглям и через плато, — километров пятнадцать.

— Мы высадимся здесь. — Доктор Гримм оторвался от перископа. — Пойдем к скале по суше. Если понадобится, прикроете нас орудием и пулеметами. Если все будет тихо, отправитесь к Пальцу Дракона по воде. Вы там будете через двадцать пять — двадцать шесть часов. Там и встретимся. Приступаем, господин капитан!

Капитан-лейтенант повернулся к рулевому:

— Стоп машина!

По коридору пронесли тяжелый кокон штормбота и разборные весла в чехлах. По трапу поднимались комендоры, таща с собой ящик со снарядами. Когда Эрик Гримм и капитан Райф появились на мостике, артиллеристы уже расчехляли орудие, а боцман встал к зенитному пулемету, проверяя ход турели. Расчеты были готовы к бою ровно через две минуты.

Почти весь корпус подлодки был под водой, над поверхностью возвышались только рубка и артиллерийская площадка в темных лохмотьях зелени. Легкая речная волна плескалась у самых ног артиллеристов, развернувших ствол орудия в сторону одинокой скалы.

Наставник внимательно разглядывал берег через бинокль. В некоторых местах стена деревьев подходила к воде вплотную.

— Готовы? — Доктор Гримм оглядел свою группу в свете дежурной лампочки.

— Так точно!

— За мной!

Десантная группа поверх формы была облачена в бесформенные накидки с нашитыми лоскутами. В таких костюмах немецкие лесники выслеживали браконьеров, но на борту субмарины эта одежда выглядела уродливой и неуместной, как грязь на камбузе.

— Огнемет не уроните, — тихо сказал Рубин, спрыгнул в бот и начал принимать оружие и рюкзаки.

— Все, пора. — Доктор Гримм обернулся к капитану субмарины.

Они пожали друг другу руки.

— Удачи! — пожелал морской офицер. — Если на вас нападут, ложитесь наземь, а мы накроем вспышки.

Резиновая скорлупка отделилась от субмарины с тихим плеском. Матросы взялись за весла, и лодка устремилась к темному берегу.

Нос лодки мягко толкнулся в берег. Первым на землю сошел Рубин с пулеметом. Матросы помогли перетащить поклажу на берег и подождали, пока три лохматые тени исчезнут в переплетении джунглей.

Наставник ждал, пока его подчиненные разберут и приладят поклажу.

— Ветер скоро переменится, но пока он дует в нашу сторону. Для тех, кто может нас учуять, мы пока незаметны. По моим ощущениям, по крайней мере. Вперед!

— Вперед, — эхом отозвался Наконечник, поправляя на плечах лямки огнемета.

Шум реки остался за стеной деревьев. Запах свежей воды сменился запахом цветов и растительной гнили. Наставник шел первым, раздвигая тропические заросли. Он двигался легко и почти бесшумно, несмотря на тяжесть экипировки и седину. Вторым шел Наконечник с огнеметом. Ему было тяжело и неудобно: баллон с огнесмесью оттягивал плечи, стремясь опрокинуть десантника на спину. Рубин с пулеметом наперевес замыкал шествие. Тропический лес тонул в непроглядной темноте, и десантники скорее слышали и чувствовали командира, чем видели его. Когда Наконечник споткнулся пятый раз, командир остановился.

— Так, привал, — доктор Эрик вытащил фонарь и включил. Фонарь загорелся красным. — Смотреть на свет до моей команды.

Когда Гримм забрал и выключил фонарик, Рубин и Наконечник огляделись и пришли в восторг: граница беспросветной тьмы отодвинулась на несколько метров. Дальше пошли быстрее, почти бегом.

В джунгли пришло утро. Тьма вокруг десантников сменилась зеленоватым полумраком. Где-то на втором ярусе леса, за плотным лиственным потолком, свистели и верещали птицы.

Впереди послышался плеск, поначалу едва отличимый от щебета пернатых. Когда журчание стало сильнее, в нем стали слышны звуки, подобные человеческим голосам, и командир поднял руку, приказывая ждать.

Через несколько минут доктор Гримм вернулся, и группа пошла дальше. Джунгли резко расступились. Среди больших замшелых валунов, похожих на уснувших бегемотов, бурно резвилась маленькая горная речка. Группа вышла прямо к десятиметровому водопаду. Снизу бриллиантовым туманом поднимались мельчайшие брызги. На другом берегу речки, сразу за каменистой полоской земли шириной в двести метров, поднималась отвесная каменная стена, оплетенная у подножия буйной растительностью.

— Пойдем вверх по течению? — спросил осторожный Рубин.

— Зачем терять время? — весело переспросил командир. — Нам прямо.

Он потоптался подошвами по сырому песку, сбивая с подметок глинистую грязь, перемешанную с травой, затем легко перепрыгивая с камня на камень, перебрался на противоположный берег.

Бранденбуржцы переглянулись. Что может один — сможет и другой.

Привал устроили у самой скальной стены, в приятной бархатной тени. Ели быстро и деловито.

Доктор Эрик Гримм вскочил на ноги. Его лицо стало молодым и хищным, ноздри раздувались.

— Впереди нас ждет великолепное сафари, мои боевые товарищи! Охота на дракона! — Командир пристально осматривался, что-то оценивая и прикидывая.

Рубин и Наконечник невозмутимо ждали продолжения.

— Не стоит здесь задерживаться, — задумчиво произнес Гримм. — Если бы я ждал нападения, то именно отсюда.

— А он ждет, господин командир? — Рубин уже застегивал рюкзак, а Наконечник прилаживал лямки огнемета.

— Он всегда ждет, — усмехнулся доктор Эрик. — Всегда.

Подъем давался трудно. На плоском карнизе устроили очередной привал. Рубин лежал на боку и с удовольствием рассматривал чудо природы: два неохватных дерева у самого края скальной площадки срослись и стали похожи на шагающего безрукого великана. Рубин взял кинжал и метнул в ближнюю «ногу». Рукоятка с набалдашником в виде черепа еще дрожала, когда десантник положил на нее крепкую ладонь и вытащил из сырой и вязкой древесины. Затем он сделал шаг назад, пристально глядя под ноги, как будто обронил что-то маленькое.