Игорь Подгурский – Подземный рейд (страница 54)

– …?

– Иначе говоря, оно разумно.

– Час от часу не легче, – мрачно произнес Олег.

– А до этого были какие-то сомнения? – удивился Василий.

– Может, попробуем поймать? – Алексей рубанул рукой воздух. – С твоими знаниями и такими помощниками, как мы, должно получиться? А?!

– Пфе… Не попробуем, а сделаем! – Василий сказал, будто отрезал.

– Вы сами верите в демонов? – с ехидцей спросил Леша. Все вышесказанное не укладывалось у него в голове. Он до мозга костей был прагматиком.

– Все верят, – безапелляционно заявил Василий.

– Это как? – опешил Олег. Он был готов к любому повороту событий. Но чтобы вот так!

– Да никак! – огрызнулся коллекционер. – Смотрите сами. Одни верят в демонов. Другие верят, что демонов нет. Но верят все. Улавливаете?!

– Понятно, – протянул несостоявшийся лингвист. – Фигура речи, да?

Василий снял со стены страхолюдную резную маску. Ее тут же сцапал неугомонный Бормотов. Хозяин досадливо покривился, но возражать не стал.

– Можно? – Леха вопросительно посмотрел на Василия. Тот перестал кривиться, улыбнулся и кивнул.

Доморощенный артист закрыл лицо маской и угрожающе завыл на одной ноте:

– У-у-у!

– Тебе идет, – не вытерпел Шаржуков. – Ты не родственник этому чудищу?

– Давно в зеркало смотрелся! – фыркнула маска. – Красавец писаный нашелся. – Бормотов никогда не лез в карман за словом.

– Это в том случае, если у Алексея-сан есть японские корни. – Василий попытался успокоить друзей, готовых сцепиться.

– Я из рабоче-крестьянской семьи, – напыщенно заявил Бормотов, – и очень горжусь этим. Родственники на оккупированной врагом территории не проживали.

– Ага, у тебя отец доктор филологии, а мама ихтиолог, – Олег попытался внести ясность в Лешино классовое происхождение.

– У тебя тоже семейка не подарок: отец геолог, а бабушка так вообще в консерватории на скрипке играет.

– На виолончели. И не играет, а преподает.

– Просто обалдеть! – Бормотов не видел никакой разницы в этих смычковых инструментах. – Да хоть на контрабасе.

– У тебя все просто!

– Они, – громогласно прервал спорщиков Василий, – ударение на первой букве. – Они, чью маску примеряет потомок рабоче-интеллигентской династии, большие, злобные, клыкастые, с длинными языками – человекоподобные демоны. Место постоянной прописки дзигоку. Для тех, кто не знает японского, перевожу: живут в аду, но любят периодически совершать сафари в мир живых. Так сказать, развеяться и подкормиться. Очень сильные. Их трудно убить. Отрубленные части тела вновь прирастают. Или же могут регенерировать. В бою используют канабо, – он подошел к стене и показал рукой на внушительных размеров шипастую палицу с обтянутой потертой кожей рукоятью. – Из одежды носят набедренную повязку из тигровой шкуры. Несмотря на свой звероватый вид, сообразительны и хитры. Могут принимать человеческий облик. Любят человеческое мясо, для них это деликатес. Принято считать, что люди, не контролирующие свой гнев, могут превратиться в они. Чаще всего это происходит с женщинами…

– Я знаю парочку таких… – не удержавшись, встрял Бормотов, но, перехватив красноречивый взгляд друга – «заткнись», умолк, не вдаваясь в подробности.

– … случается, что изредка бывают добры к людям и даже могут их защищать. Почему? Непонятно. Больше всего боятся буддийских монахов. Между прочим, Алексей сейчас примеряет посмертную маску одного из этих демонов. Во всяком случае, так гласит предание.

Бормотов крякнул и поспешил повесить маску на ее законное место.

– И откуда вы это все знаете? – въедливый Алексей отнесся с недоверием к речи хозяина дома. Услышанное не укладывалось у него в голове.

Прагматичный весельчак все любил раскладывать по полочкам.

Коллекционер пожевал губами и ответил:

– Я был студентом института стран Азии и Африки, но не доучился. Бросил.

– Так же, как мы! – опять, не удержавшись, перебил Бормотов.

– К пятому курсу я понял: чтобы мало зарабатывать, надо много учиться. Факультет востоковедения так и не окончил. Хотя грех жаловаться: знаний я накопил предостаточно. Будучи отличником учебы, получил грант. Почти два года стажировался в Киото. Там пристрастился к коллекционированию вещей повышенной ценности, а заодно почти дописал диплом на тему «Мифы средневековой Японии». Получилось что-то вроде краткого курса по истории демонологии.

– Вы с нами? – Шаржуков не любил просить, но Василий был их единственной надеждой.

– Видите ли, коллега, – коллекционер неожиданно обратился к гостям на «вы», хотя с первой встречи запросто «тыкал», не удосужившись выпить на брудершафт с каэсэсовцами. – Ничего, что я вас так называю? В некотором роде мы коллеги… раз придется заниматься одним делом. Я попробую вам помочь. Перед нами стоит достаточно необычная задача, не так ли?

– Необычная, – согласно кивнул Олег, – а вам-то какая корысть ввязываться в это дело? Рисковать!

– Все, что будет при нем, я заберу себе. Уговор? – вкрадчиво предложил Василий.

– По рукам, – легко согласился Алексей. Все встало на свои места. Такой расклад дел его вполне устраивал. В рискованное сотрудничество за «спасибо» он не верил. Все имеет свою цену. Коллекционер сам определил гонорар за помощь друзьям.

– Ваш прогноз? – осторожно поинтересовался Шаржуков, сам прекрасно понимая абсурдность вопроса, но удержаться не смог. Василий был единственным, кто мог хоть немного прояснить смысл происходящего.

– Никогда не работал в гидрометеоцентре, но попробую. Между прочим, в средневековой Англии за неправильно предсказанную погоду вешали. Прогноз… самый широкий. Демона, без всякой натяжки, можно сравнить со стихией. Раньше с инфернальными существами я накоротке не общался. Вот и делайте выводы. Сами же говорили, что на него наткнулись случайно. Искали вы же совсем другого.

– А вы верите в совпадения? – не удержался Бормотов.

– Я называю это судьбой, – ответил коллекционер. – Лоб тебе рассек он? – полуутвердительно спросил Василий, разглядывая голову Шаржукова.

– Он – крепкий мужик.

– Да не мужик он! Сколько можно повторять. Вы по-прежнему относитесь к нему как к человеку, а это может сыграть с нами плохую шутку, – резко проговорил коллекционер. – Слушаете меня, но не слышите. Меч и запах твоей крови будут для него как стрелка компаса, – слово «него» коллекционер выделил голосом. Он избегал называть демона по имени. Вдруг услышит или почует?

– Вот так и придет… на наш зов? – недоверчиво произнес Шаржуков.

– За ним тянется длинная цепочка преступлений. Вот за нее и потянем. Грехи его и «позовут». Главное – правильно звать, – задумчиво объяснил Василий, взъерошив волосы на голове. – Интересная задача.

– Как будем подманивать? – деловито поинтересовался Бормотов. Профессиональный охотник, привычно собираясь на промысел, старался ничего не упустить. Для него не было особой разницы, кого ловить: мутанта или демона. – У меня есть пара феромоновых ловушек-приманок. Одна для шестиногов, другая – для панцирохвостов. Могу что-нибудь одолжить в отделе перспективных разработок. Они постоянно что-то новенькое химичат.

В устах Алексея «одолжить» звучало как «спереть».

– Нет. Приманкой будет кровь на повязке Олега, меч, кое-что из арсенала средневековых алхимиков, чтобы усилить зов крови, и… он сам. Будем ловить на живца. Так тигра подманивают блеющим ягненком, привязанным к дереву. – Василий потер ладони в предвкушении славной добычи. Для него представилась прекрасная возможность проверить легенду. – Что-то одно из трех обязательно сработает.

Шаржукову не улыбалось быть живой приманкой, но ничего более дельного ему самому в голову не приходило. На живца так на живца. Перспектива жить в постоянном ожидании, что придут по твою душу, невыносимо давила на нервы. Лучше уж побыстрее покончить с этим делом.

– И как нам действовать дальше? – своим вопросом Леша выразил то, что давно крутилось у друзей на языке.

– Сперва надо его найти, – невозмутимо ответил Василий.

– Встретиться лицом к лицу, – вспомнил слова демона Шаржуков. – Легко сказать, а как сделать?

– Его тянет к тебе, значит, между вами есть какая-то связь. Попробуем ее усилить, чтобы вызвать демона и…

– Подчиним его себе. Пусть на нас ишачит, – все-таки была у Алексея какая-то практичная крестьянско-кулацкая жилка.

– Нет! – у Олега имелись свои планы на этот счет. – Вызовем и вломим на всю катушку, – он пристукнул кулаком в открытую ладонь. – И вламывать будем от души.

– Сначала надо литературу специфическую подобрать. Освежить память, – успокоил его коллекционер.

– Да ну! – опешил всегда непрошибаемый Шаржуков. – И где такие книжки взять? В каком магазине продают, если не секрет?

– Отнюдь. В Библиотеке имени Ленина одно из лучших хранилищ книжных фондов в России. Пороюсь в каталоге и закажу из архива.

– Вот так просто заказать книги по демонологии в центре Москвы? – настала очередь удивиться Бормотову.

– А чему тут удивляться, как раз самое место для такой литературы, да и имя библиотеке дали соответствующее. В юности Ульянов-Ленин был подающим большие надежды магом-оккультистом. Гены, наверное, сказывались. У него в роду был известный в своих кругах калмыцкий шаман-ведун. Потом Володя разочаровался в черной магии и подался в политику. «Все и сейчас» стало его личным девизом. Но юношеские заигрывания с потусторонними силами наложили отпечаток на всю его дальнейшую жизнь. Чем это закончилось для него и десятков миллионов, вы знаете. Когда смотришь в бездну, знай, что она тоже пристально вглядывается в тебя. Книги по черной магии лежат в свободном доступе, правда, из читального зала их нельзя выносить. Но копии делать не возбраняется. Кому надо, тот об этом знает.