Игорь Пидоренко – Дорога на восток (страница 34)

Загайнов сделал страшные глаза.

— Ты какого черта сюда приперлась?! Кто разрешал? Сказано же было — сидеть на месте и нас дожидаться! — зашипел он. А я только усмехнулся, заметив на ногах у Лены мягкие китайские тапочки, в которых ходят здесь все клоны. Вот почему ее слышно не было.

— Ладно, Саша, не надо шуметь и злиться. Сейчас кроме меня из нас троих только я могу пойти к Баркаеву и оценить обстановку. А потом уже и вы в дело вступите. Правда ведь, хорошо я придумала? — она лукаво подмигнула сразу нам обоим.

Мысль была, конечно, трезвая. Но и опасная. Хитрая бестия Махмудик, хоть и был безумцем, но Лену вполне мог раскусить, несмотря на все ее верительные грамоты и пароли. Не так давно она появилась в подземелье, чтобы доверять ей безгранично. Хотя, кому он может так доверять? А раскусив или даже просто заподозрив что-нибудь неладное, без всякой жалости уничтожит. И хорошо еще, если просто пристрелит.

Тем не менее мы, подумав, согласились на ее план. Не лезть же было действительно наобум, надеясь только на случайное везение? Тем более, что от нашей операции зависела жизнь и судьба самой Лены. Вот пусть и примет посильное участие. Как выяснилось, не по нашей вине она сюда попала, муки совести должны утихнуть.

Лена легко хлопнула каждого из нас по плечу и, теперь уже не таясь, свернула за угол. Мы остались ждать. Загайнов изредка выглядывал в коридор с охранниками, чтобы нас не застал врасплох еще какой-нибудь негр. Того, что мы уже уложили, пришлось приголубить еще раз, поскольку он оказался весьма живучим: после наших ударов человек должен был прийти в себя минимум через полчаса. Этот же зашевелился минут через двадцать…

Ожидание все тянулось и тянулось. Я уже устал вслушиваться в тишину, царившую за нашей спиной. Никто оттуда не подкрадывался. Охранники за углом тоже молчали. Гробовая какая-то тишина царила в подземелье. Жутко от этого не становилось, но неприятное ощущение все же не оставляло.

Наконец Загайнов поднял руку с оставленным большим пальцем. Получилось! Лена вышла невредимой и идет сюда одна, без конвоя. Но рано мы радовались.

Оказалось, что Баркаева нет в его апартаментах. Ушел куда-то по делам. И то сказать, дел у него на огромной территории базы наверняка хватало. Не все же можно решить по телефону или с помощью гонцов. Кое-где требуется и личное присутствие. Лена ухитрилась с ним все-таки связаться, и Махмуд пообещал через часик заглянуть к ней. Так что девушке следовало возвращаться назад, а нам действовать самостоятельно.

— Ничего, я уговорю его привести меня к себе. А вы его там дождетесь, — успокоила нас Лена. — Не горюйте, все у нас получится.

А мы и не сомневались. Должно получиться, просто обязано!

Она ушла, мы же, прикинув, как будем действовать, вновь подобрались к повороту. Потом встали во весь рост и зашагали прямиком к караулу, первоначально насторожившемуся при нашем появлении. Но замаскированы мы были неплохо, по крайней мере, на первый взгляд: местная «камуфла», черные лица, независимая, свободная походка. Свои, да и только.

Нам удалось подойти шагов на десять, прежде чем на лицах охранников появилась тень недоумения. Вроде бы и свои идут, да что-то мелковаты. Один из стражников поднял руку, приказывая нам остановиться, но это был его последний осмысленный жест. Сашкин «глок» щелкнул три раза, и у негров подкосились колени. Я рванулся вперед, прыгнул и двумя ударами уложил китайцев. Все произошло практически в тишине. Путь был свободен.

Загайнов нырнул за дверь, через секунду появился вновь, уже не таясь, сказал:

— Чисто! Давай их!

Мы затащили убитых в комнату. Затем сходили за вырубленным охранником, притащили волоком, связали руки за спиной куском веревки. Заткнули рот на всякий случай его же кепкой. Я пощупал пульс у вырубленных мной китайцев. Абсолютный ноль. Да-а, хиловатых солдат делают Баркаеву его умники.

Опять странное ощущение посетило меня. Вот мы, без зазрения совести, без тени сомнений убиваем сейчас этих несчастных клонов, вся вина которых только в том, что одному безумцу до дрожи хочется власти, и он готов ради этого бросать в кровавую мясорубку тысячи и тысячи людей, не считаясь с потерями. А мы, чтобы предотвратить эти жертвы, валим десятками ну, пусть не настоящих людей, но все же живых существ! Да у меня рука даже на собаку не поднимется, если она, конечно, не бешеная! А тут луплю только так, направо и налево. И ничуть не жаль этих слабых созданий. Что-то неладное происходит с миром, а вместе с ним и со мной. Неладное и очень страшное…

Загайнов между тем принялся за осмотр жилища Баркаева, и я присоединился к нему. Да уж, себя Махмудик явно не обидел! Начать с того, что были его апартаменты трехкомнатными. Так сказать, гостиная, кабинет и спальня. Все обставлено если и не совсем роскошной, то приличной мебелью, ковры на полах, светильники по стенам, здоровенные плоские телевизоры между светильниками, компьютеры с плоскими же мониторами. Все по высшему классу.

Но подробности меблировки нас мало интересовали. Быстро осмотрели все комнаты, не поленились заглянуть в душ и туалет. Пусто. А вообще-то настораживала та легкость, с которой в святая святых — личную квартиру — Баркаев в свое отсутствие допускал посторонних. Пусть не совсем посторонних — сотрудников, подчиненных — но все же допускал. И зачем они сюда шныряли, пока мы с Сашкой сидели в коридоре за углом?

Загайнов продолжал обшаривать квартиру, а я подсел к тому компьютеру, что был в кабинете — надо было покопаться в его памяти. И основательно покопаться. Чтобы не отвлекаться, я кивнул коллеге на дверь — поглядывай, дескать! Но Сашка и так пистолет из рук не выпускал.

Интересного нашлось много, хотя, будь я подготовлен лучше, наверняка нарыл бы намного больше. Что поделаешь, если при моей работе компьютерные изыски практически не нужны. Машина дома стоит, мощная, даже к Интернету подключенная, но служит исключительно для развлечений: в Сети полазить, интересное что-нибудь вычитать, в стрелялки поиграть — вот и все ее предназначения. Рита и Сашка меня периодически берутся воспитывать — дескать, овладевай компьютерной грамотой. Но я ленюсь и не вижу в этом особого смысла. Каждый должен заниматься тем, к чему предназначен. Кстати, оба моих «воспитателя» и сами-то не большие доки в компьютерных умениях. Это еще один фактор, не дающий мне стать настоящим мастером клавиатуры и дисплея. А то действуют они, понимаешь, под девизом: «Умеешь — выполняй, не умеешь — учи!»

Так что, не мудрствуя лукаво, я покопался в столе, нашел отвертку и стал выкручивать всю память из баркаевского компьютера. Блоки не тяжелые, унести их — проблем не будет. Ну а если что-то лишнее попадется — пускай потом специалисты разбираются. Им за это деньги платят. А мне — совсем за другое. Ноутбук, что стоял в кабинете, я тоже отключил, закрыл и отложил в сторонку, к блокам из первого компьютера. Потом захватим, когда уходить будем.

Глава 14

Вот так мы с Загайновым развлекались, дожидаясь нашего старинного «приятеля». Времени хватило на все: и на тщательный обыск, и на подготовку к встрече хозяина. Когда Лена все же выполнила обещание и привела Баркаева (не знаю, что уж она там ему наплела), мы стояли по сторонам двери и перехватили бандита мгновенно. Девушка, вошедшая первой, сразу отскочила, чтобы не попасть под мой удар, и он достался Махмудику. А потом нам пришлось жестко работать с его двумя телохранителями-неграми.

Да-а, это были, конечно, не китайские клоны. Первый, которого выстрелом в лоб свалил Сашка, даже успел кое-что предпринять, и мое плечо, в которое попал его кулак, еще полчаса потом ныло. Второй же, не понадеявшись на автомат, болтавшийся у него на плече, стал драться по полной программе. Но, в конце концов, вдвоем мы его все-таки свалили. Тяжело дыша, затащили в комнату, связали, и тут я спросил у Сашки:

— Ты чего не стрелял? Смотри, какая дубина!

Загайнов виновато развел руками:

— Понимаешь, и сам не знаю. Забыл как-то про пистолет.

Ну да, забыл он! Так я ему и поверил. Скорее всего, бывший офицер-десантник решил на практике проверить, насколько хороши солдаты Баркаева. С китайцами мы дело уже имели, а вот с неграми использовали до сих пор или фактор неожиданности, или оружие. В дальнейшем при подобных столкновениях не стоило полагаться только на свои руки и ноги. Стрелять желательно первыми, и никаких проблем.

Наконец-то пришло время заняться непосредственно Баркаевым. Он уже ворочался на полу, отплевываясь, и невнятно бормотал что-то. Заехал я ему, конечно, знатно. Но ведь и не стремился убить. Нам он пока еще живым нужен был.

Мы подняли мятежного безумца, сунули в кресло и примотали его руки к подлокотниками обрывками веревок. Плеснули в лицо воды, чтобы привести в себя. Рот затыкать ему не стали — пусть, если хочет, орет. При здешней толщине стен ни одна зараза, кроме нас, его не услышит. А вот говорить ему нужно будет, причем жизненно необходимо, поскольку не может не понимать, в какие руки попал. И, значит, молчание только сократит ему жизнь.

Дверь в апартаменты запиралась изнутри. Мы ее, естественно, и заперли. Чтобы никто не помешал задушевной предстоящей беседе. Загайнов сделал мне почти незаметный знак в сторону Елены, скромно присевшей на уголке дивана, и вопросительно поднял брови. Да, это была еще одна проблема: нужно ли нам ее присутствие при допросе? Какими бы соратниками мы ни были и как бы она нам ни помогала, все же эта девушка оставалась агентом британской разведки. А оно нам надо — секретные сведения, которые мы намеревались выбивать из Баркаева, дарить англичанам? Ведь не исключено, что после окончания этой нашей операции Елена не поедет с нами в Москву, а рванет к своим работодателям. Мы же не знаем, как все закончится, только надеемся на лучшее.