igor parhomyuk – Дети Арога (страница 53)

Внезапно — шум за дверью и шёпот.

В комнату вошла полная женщина со свечой. Подойдя к кровати, она подняла её выше и сказала кому-то в темноту:

— Говорила я тебе, что с ним всё в порядке. Он просто обессилен. Сейчас спит.

— Слава богу, жив... — прозвучал голос, от которого сердце забилось сильнее. Я узнал его.

Распахнув глаза, я хотел позвать её. Но служанка быстро задула свечу, и тень исчезла.

Это был голос ангела из тюрьмы. Это был голос Эльки.

Я с улыбкой закрыл глаза. Пусть . Я смирился что нам не быть в месте. То что я вижу здесь это не романтический роман о рыцарях и прекрасной деве. Это мать их жизнь и она настоящая и они здесь настоящие. А там они волки в овечьей шкуре. То что Серж, Алекс, Элька мне долбили, я понял сейчас. Пропасть между нами она не огромна. Она бесконечна. Уды будут хранить свою кастовость и клан всеми силами. Они нация феодалов .Но.... Элька она любит меня.. наверное

Глава 23 утро

Утро.

Проснулся со знакомым чувством: если не вылезу из кровати — разорвёт изнутри.

Была, правда, ещё одна причина: при всей роскоши комнаты туалета не наблюдалось.

Кое-как оделся в свою одежду, повесил на пояс меч и открыл дверь в тёмный коридор, освещённый только щелью света из соседней комнаты. Потихоньку приоткрыв дверь, я оказался в широком светлом проходе. Как по Бродвею, по коридору текла живая река:

люди тащили корзины,

кипы белья,

служанки гордо несли платье с длинным шлейфом,

а мимо неторопливо проходили вооружённые уды с мечами на боку.

Чувство дискомфорта усиливалось. Переминаясь с ноги на ногу, я уже почти решился поймать первого встречного и спросить, где тут, собственно, клозет. Но к счастью, в толпе я заметил знакомое лицо — Борис, друг Сержа, банковский гений и отличный стрелок.

Он подошёл с широкой улыбкой и хлопнул меня по плечу:

— Возвращение блудного попугая! Здорово, как ты?

— Нормально. Любуюсь, — выдохнул я с облегчением. Всё-таки приятно — встретить знакомого.

— Что стоишь, мнешься? Какие-то проблемы?

— Да ты знаешь... — замялся я, — где тут... ну... туалет?

Борис заржал:

— Добро пожаловать в Средневековье, брат. Посмотри под кровать — не волнуйся, потом уберут.

Он подозвал стоявшего рядом солдата:

— Дождёшься его, потом — ко двору. Его Величество приглашает на завтрак.

И действительно, под кроватью стоял большой ночной горшок. В углу — таз с кувшином, щёткой, куском мыла и даже зубной пастой. В "Чёрной сотне" такой роскоши точно не было.

Помывшись, почистив зубы и слегка взбодрившись, я вышел в коридор. Солдат терпеливо ждал, наблюдая за нескончаемым потоком людей. Мы влились в него и пошли вперёд.

И тут до меня дошло — выгляжу я как последний нищий.

Застиранные джинсы, куртка без пуговицы, меч на боку... Люди косились, кто-то тихо усмехался. Настроение падало.

Вскоре мы подошли к массивным дверям, охраняемым шестью стражниками с алебардами.

Трое фраеров, наряженных, как цирковые петухи, спорили с офицером стражи:

— Его Величество сегодня завтракает в узком кругу. Вас в списке нет! — уже едва сдерживал раздражение офицер.

Солдат, сопровождавший меня, шепнул ему что-то на ухо. Офицер взглянул на меня — в его глазах мелькнули удивление, страх и уважение.

Он махнул стражникам, и меня без слов пропустили.

Красные драпировки. Тяжёлые шторы. Полумрак. У рояля — человек десять.

Звучал Вивальди.

Сердце кольнуло. Где я? В каком абсурдном фарсе я оказался?

Замок, король, Вивальди…

Может, я давно лежу в психушке, и всё это — плод больного мозга?

Музыка стихла.

Из-за рояля поднялась девушка в шикарном платье — в точности как те, что я видел у служанок.

Аплодисменты. Лицо было до боли знакомым, но вспомнить я не мог.

Сопровождающий тронул меня за рукав. Я шагнул вперёд — но девушка перегородила дорогу.

— Ты настолько изменился, что не узнаёшь знакомых? Или всё правда, что про тебя болтают?

Я застыл. Но, всмотревшись в её глаза, засмеялся:

— Нонка?! Да ты же... какая ты красивая! Я бы тебя и правда не узнал!

— А ты и не узнал, — усмехнулась она. — Это правда, что...

В этот момент за её спиной раздался визгливый голос:

— И кто впустил это чучело?

Обернувшись, я увидел одного из тех петухов, что спорили у дверей. Его дружки ехидно ухмылялись.

— Кто этот петух, что спрашивает? — не удержался я.

— Что ты сказал?! — взвизгнул он и выхватил меч.

— Стой! — резко рявкнула Нонка, вставая между нами. — Дуэли запрещены!

Все вокруг повернулись в нашу сторону.

— Повезло тебе, — проворчал он, опуская меч. — Но скоро этот указ отменят…

— Не жди. — Я шагнул и врезал ему кулаком в челюсть. Меч выпал, франт рухнул в руки друзей.

Один из них передал его безвольное тело подоспевшей прислуге, а сам шагнул ко мне с мечом:

-Стой сказала – в голосе Нонки прозвучал метал

— Почему ты его защищаешь?! Он ударил Тома, как последнего гойна!

— Том сам виноват. А тебе, идиот, я спасаю жизнь. Это он дрался с гойнами в "Чёрной сотне", и ранил Жоржа. Хочешь присоединиться?

"Ничего себе, уже легенда", — подумал я.

Парень сглотнул и зло пробормотал:

— Это ничего не меняет. Я всё равно вызываю тебя на дуэль.

Ответить я не успел — Нонка повернулась ко мне и зло прошептала:

— Сергей, пожалуйста, уходи. Ты и вправду сильно изменился.... Всё, что про тебя говорят — правда.

Она отвернулась и опустилась рядом с Томом.

Дуэли, платья, честь, аристократы…

Ребята, вы заигрались.

Пожал плечами, хмыкнув— я прошёл мимо, ощущая на себе десятки напряженных взглядов.

У меня — только два союзника:

Алек и… Искин.

Подарок от него я использую по полной.

И если не разрушу всё к чёрту — то, по крайней мере, заставлю пожалеть каждого, кто решил меня использовать.

Слабый голос внутри пытался шептать, что я снова начинаю рушить, вместо того чтобы созидать.

Я просто… заткнул его.

Пройдя по узкому коридору, мы оказались в круглой комнате с колоннами. Возле дверей стояло три пехотинца с огромными щитами. Офицер, стоявший чуть поодаль, резко повернувшись, рявкнул:

— Куда, деревенщины?!

Вот ё-моё, они что, сговорились? Или я действительно по местному дресс-коду не прохожу и выгляжу лохом?

Солдат промолчал, покосившись на меня.

— Я к Стиву. То есть, к королю. На завтрак... он приглашал, — сказал я, окончательно запутавшись, не зная, что сказать.

Сбоку кто-то прыснул. Повернув голову, я увидел двух девчонок лет семнадцати, целившихся в меня из арбалетов. Девицы откровенно потешались. Услышав их смех, офицер, выпятив грудь, нагло процедил:

— Ага, и на обед, и на ужин. Думаю, перепил ты, братец, с утра.

Да, здесь в морду не дашь — а хочется.