Игорь Палеев – Новая хронология Римской империи. Книга 2 (страница 4)

По римской хронологии 236 г. соответствует 1026 г.

Аналогия: «Нападения печенегов на Византию начались еще в 1026 г. Скифы-печенеги переправлялись через Дунай, грабили и возвращались обратно в подвластные им территории» [94]. «После присоединения Болгария большая часть границы Византии на Балканах проходила по Дунаю. Реальная угроза европейским провинциям исходила от печенегов, живших за рекой, защиту от них должны были обеспечить контингенты фем Паристрион, Белград-Браничев, Сирмий. В 1027 г. печенегам удалось прорвать дунайскую границу и проникнуть в Болгарию, византийские войска были разбиты, стратег и тагматарх погибли. Скилица сообщает, что кочевники, перейдя реку, убили множество народа. В 1027 г. Константин Диоген был архонтом СИРМИЯ, но его конкретный статус (дука или стратег) установить невозможно. Константин VIII назначил его дукой Болгарии. В итоге Константину Диогену удалось оттеснить печенегов за Дунай» [adsv-27-04].

– «Насколько внушительными были военные акции, настолько драматически развивались события внутри Империи. Так как Максимин Фракиец в начале своего правления удвоил жалованье и любым способом старался материально обеспечить армию, он беспощадно взимал по всей Империи налоги и особые подати. Чтобы добраться до денег, он предоставил свободу действий доносчикам и совершенно распоясался, когда случился первый заговор. Император явно перегнул палку» [57].

Аналогия: «Расточая казну, император восполнял ее путем ужесточения налогового гнета. Он отменил распоряжение покойного брата и взыскал недоимки за голодные (1022–1025) годы. В ответ восстал Навпакт, стратиг города погиб. Подавив мятеж, василевс распорядился казнить городского епископа за то, что тот не смог удержать горожан в почтении к власти. Видя явную неспособность монарха к управлению, группа военных решила его устранить, но доносчик выдал заговорщиков, и их глава – стратиг Никифор Комнин в 1027 году поплатился за смелость глазами» [36].

– «На время пребывания Максимина в Паннонии приходиться разгул жестокого террора, который обрушился в первую очередь на имущие слои и высшую бюрократию: «Максимин на основании ничтожного доноса подвергал конфискациям имущество тех, кому было поручено управление провинциями или командование войсками. После мучений и издевательств он казнил их или подвергал изгнанию» [53]. «Император легко обращал свой слух к клевете. Достаточно было самого мелочного и низкого наговора, чтобы самые достойные люди подверглись жесточайшим репрессиям» [82]. «Максимин был так жесток, что одни называли его Циклопом, иные – Скироном, а многие – Тифоном. Одних он распинал на кресте, других заключал в тела только что убитых животных, иных бросал на растерзание диким зверям и засекал розгами – и все это, не обращая внимания на положение человека: казалось, он хотел, чтобы везде царила военная дисциплина. Он был убежден в том, что власть нельзя удержать иначе, как жестокостью» [82].

Аналогия: «Человек вспыльчивый, Константин VIII легко предавался гневу, верил любым наговорам, особенно если подозревал, что кто-то покушается на царскую власть, и карал за это сурово: злоумышленников он не подвергал опале, не изгонял и не заключал под стражу, а немедленно выжигал им глаза железом. Такое наказание он определял всем за проступки тяжелые и легкие, независимо от того, действительно человек виновен или только дал пищу для слухов, – ведь император не заботился, чтобы наказание соответствовало прегрешению, а хотел лишь избавить себя от беспокойства» [82]. «С 1026 г. борьба группировок знати возобновляется. К реальным антиправительственным выступлениям 1026–1028 гг. можно отнести попытку мятежа, предпринятую катепаном Васпуракана Никифором Комниным. В 1026 г. Никифора Комнина отозвали в Константинополь. В 1027 г. он и восемь его сообщников были ослеплены. О конкретной вине «заговорщиков» ничего не сообщается. Скилица поименно называет восьмерых «заговорщиков»: патрикий Константин Вурца – ослеплен (это произошло еще до восстания Комнина); патрикий Варда Фока – ослеплен, Роман Куркуас – ослеплен; патрикий Василий Склир – ослеплен; Богдан, Гудель, Глава – сосланы; монаху Захарии – «урезан язык». Однако Константин Вурца и Василий Склир не могли иметь отношения к мятежу в Васпуракане. Некоторые из обвиняемых принадлежали к старым аристократическим фамилиям. Варда Фока и Роман Куркуас являлись последними представителями своих семейств» [adsv-28-03].

1028 г.

– «Более крупное движение началось весной 238 г. в Африке. Прокуратор фиска постановил конфисковать имущество нескольких крупных землевладельцев, поместья которых находились около г. Тисдра в Карфагенской области. Те собрали толпу своих рабов и колонов, вооружили их чем попало и убили прокуратора. Затем заговорщики явились к Гордиану и потребовали согласия на провозглашение его императором. Гордиан подчинился. Избрание было санкционировано немногочисленным гарнизоном Тисдра и городской толпой. Вместе с Гордианом провозгласили августом, т. е. соправителем, его одноименного сына. Не теряя времени, Гордиан двинулся в главный город провинции Карфаген, где он также был признан императором. Легат (наместник) соседней провинции Нумидии Капеллиан, происходивший из сенаторского сословия, поддержал переворот, и, таким образом, новая власть, по-видимому, прочно утвердилась в Африке. Гордиан сейчас же поставил в известность о своем избрании Рим. Одновременно был пущен слух о том, что Максимин убит. Растерявшиеся сторонники Максимина не сумели дать отпора восстанию. Немедленно собравшийся сенат, не дожидаясь подтверждения слуха о гибели Максимина, санкционировал переворот и провозгласил Гордиана и его сына августами. Тем временем в Африке произошли новые события. Капеллиан решил перейти на сторону Максимина. Он собрал свой легион и двинулся на Карфаген. Наскоро собранное и вооруженное кое-как ополчение горожан под командой младшего Гордиана выступило навстречу Капеллиану. Но оказать какое-нибудь сопротивление опытным нумидийским войскам оно, конечно, не могло. В первом же столкновении карфагеняне были разбиты наголову. Гордиан Младший пал в битве, а его отец еще до этого, предвидя печальный исход всего дела, покончил жизнь самоубийством. Правление Гордианов продолжалось меньше месяца» [53].

Считается, что в это время территорию, соответствующую территории римской провинции Африка, контролировали представители династии Зиридов (в западной части правила ветвь Зиридов – Хаммадиды). Поэтому «мятеж Гордиана» против императора Максимина может соответствовать войне Константина VIII с Зиридами (Хаммадидами): «В апреле 1025 г. снаряжена была экспедиция в Сицилию под предводительством евнуха Ореста, который должен был вместе с катепаном Боиояном внести войну на остров Сицилию. Когда Орест потерпел в Сицилии поражение, правительство Константина VIII отозвало его, равно как и катепана Боиояна» [97]. «В 1025 г. катепан Воиоанн и Орест высадились на Сицилии, ожидая прибытия императора с подкреплениями. Видимо, византийские приготовления были столь масштабны, что Калбиты обратились за помощью к эмирату Зиридов. Африканские арабы, объявив грекам джихад, в январе 1026 г. отправили на Сицилию 400 кораблей с войсками и добровольцами. Эскадра попала в сильный шторм у о. Пантелдария: многие суда погибли, лишь некоторые смогли вернуться в Африку. Позже сицилийские арабы все же получили помощь от Зиридов и мусульмане перешли в наступление не только на Сицилии, но и в Калабрии. К 1029 г. они захватили несколько прибрежных укреплений и превратили их в опорные пункты для своей сухопутной армии и флота. Лишенные поддержки из Константинополя, Василий Воиоанн и Орест потерпели поражение и вынуждены были эвакуировать свои отряды с острова на материк» (adsv-28-03).

Исходя из этой аналогии, соответствие для Гордина I может выглядеть, например, так:

Если абстрагироваться от африканских событий, то провозглашение Гордиана I и его сына Гордиана II императорами (зима или весна 238 г.) может соответствовать следующим событиям: «Коронование Конрада императорской короной совершил в Риме 26 марта 1027 года папа Иоанн XIX. В документах Конрада II начал применяться официальный титул imperium Romanum (Римская империя). Ранее имперский титул относился только к сану самого императора… В пасхальное воскресенье 14 апреля 1028 года в Ахене состоялась королевская коронация Генриха (сына Конрада) Пильгримом Кельнским. Так был разрешен вопрос о наследовании» [100].

– «Известие о гибели Гордианов вызвало панику в Риме, но изменить положения не могло. Нужно было выбрать преемников Гордианам. После долгих прений императорами были избраны Пупиен и Бальбин. Однако этим дело не кончилось. Ставленники сената не пользовались популярностью в Риме. Но у народа не было ни одного подходящего кандидата, кроме 13-летнего внука покойного Гордиана Старшего. Сенат вынужден был провозгласить его цезарем. Толпа с восторгом приветствовала своего избранника. Но волнения не прекращались. Возбужденные народные толпы разгромили склады оружия, открыли гладиаторские казармы и начали осаждать преторианский лагерь. В Риме вспыхнула настоящая гражданская война. Пупиен в это время уже отправился на север Италии. В городе остался Бальбин, которому никак не удавалось справиться с беспорядками. Максимин, узнав о провозглашении Гордианов и о признании их сенатом, объявил о походе на Италию. К пестрой массе его войск прибавился значительный отряд германцев. Основная задача, стоявшая перед сенаторскими императорами, заключалась в том, чтобы задержать Максимина на некоторое время в Северной Италии. Многие провинции, в том числе Галлия и Египет, отпали от Максимина и перешли на сторону сенаторских императоров. Особенно важна была помощь четырех рейнских легионов, которые быстро шли на защиту Италии. Первый же город, который встретил Максимин на границе Италии, Эмона (Лайбах), оказался покинутым жителями. Авангард армии подошел к первому крупному городу Северной Италии Аквилее. Попытка паннонского авангарда с налету взять город окончилась неудачей. Осада затягивалась. Настроение в армии Максимина стало падать. Враги Максимина, по-видимому, вели среди легиона соответствующую агитацию. Однажды в июньский полдень часть 2-го парфянского легиона взбунтовалась и бросилась к ставке императора. Стража перешла на их сторону. Император вышел из палатки вместе со своим сыном и попытался успокоить солдат, но сразу же был убит. Его участь разделили сын и ближайшие помощники (238 г.). Все это произошло так быстро, что главная масса армии, верная Максимину, не смогла ничего предпринять для его защиты» [53].