Игорь Осипов – Призраки мертвой звезды (страница 2)

– Тефлый, – сообщил он, не отрывая руки от стекла. – Тефлее, чем у наф. Нифего не понимаю, – растерянно добавил он.

– Бортик, тест датчиков, – приказал я автоматике.

– Датчики исправны, – после секундной паузы отозвался искусственный интеллект. – Возможен запуск аварийного метеозонда. Исполнить?

– Да.

– Принято к исполнению, – ответил синтетический голос. Где-то глухо хлопнуло.

– Давно датчики такое показывают? – спросил я у Бортика.

– Семь минут двадцать три секунды.

Я отдал приказ на повторный тест всех систем, не особо заботясь о точной формулировке приказа – искусственный интеллект у нас хорошо настроен, все с полуслова понимает, работает быстро. Вот только Славкину речь сейчас вряд ли поймет.

– Отчет по тесту, – начал перечислять Бортик. – Аварийный источник питания исправен, ресурс шесть тысяч семьсот два часа. Системы искусственного интеллекта исправны, задействован аварийный режим. Системы жизнеобеспечения неисправны: выход из строя цепей управления. Система связи неисправна: выход из строя приемо-передающих модулей. Аварийный гипермаяк включен. Система датчиков исправна, показания выведены на вспомогательный экран. Доступны сведения метеозонда, – почти без паузы произнес искусственный интеллект.

– Выдай основной анализ приповерхностной зоны в районе нашего местоположения, – приказал я.

– Температура поверхности и приповерхностной атмосферы минус сто три градуса по шкале Цельсия, давление двенадцать тысячных от стандартной атмосферы. Обнаружена атмосферная аномалия сферической формы диаметром восемьсот метров. В области аномалии температура двадцать градусов по шкале Цельсия, давление девять десятых стандартной атмосферы.

Подсознание дало невнятный щелчок, заставив перебирать варианты объяснений, даже самые невероятные.

– Бортик, наше положение совпадает с координатами аномалии?

– Корабль частично находится в зоне аномалии, – подтвердил искусственный интеллект.

– Как это частично? – переспросил я.

– Данный модуль находится в зоне аномалии, – после паузы ответил искусственный интеллект, – остальные части корабля размещены в радиусе пяти километров от нашего местоположения.

– Лажмещены, как же, – прокомментировал Славка. – Лажблошаны они по вшей округе.

Скривившись, он прикоснулся тыльной стороной ладони к губам, оставившим на ней кровавые отпечатки.

– Что решим? – спросил я, уже догадываясь, что он скажет.

– Выходить надо, – ответил навигатор, нервно постукивая подушечками пальцев по крошечному иллюминатору.

– А может, не надо? – жалобно подала голос Лена.

– Надо, – согласился я со Славой. – Надо чинить систему жизнеобеспечения, иначе до прибытия спасателей не доживем. Доступ к неисправностям только снаружи корабля.

– Но на скафандрах все стекла разбитые, – продолжала сопротивляться Лена.

– Знаю. Поверим датчикам и метеозонду. Все одно подохнем, если будем так сидеть.

– Но если там нормально, то и систему чинить не надо.

– А кушать фто вудем? – вставил слово навигатор. – И фифь?

– Чего фифь? – переспросила Лена.

– Вода нужна, – ответил я за Славу.

На глазах у Ленки снова выступили слезы. Хорошо, что обезболивающее пока действует, а то она и от перелома бы еще сейчас стонала. И так жалко ее. Сразу после выпускного – да в такую передрягу.

На шлемах скафандров и вправду были разбиты стекла. На всех. Мы со Славой надели скафандры – без шлемов и со снятыми системами регенерации воздуха, потому как толку от них никакого. Пришлось повозиться, помогая друг другу. На обоих мало было живого места, и облачение в снаряжение казалось изощренной пыткой. Посадочка была не из лучших.

Первым через крохотный шлюз пошел навигатор. Он какое-то время колебался, стоя перед внешним люком. Потом осторожно надавил на люк, прислушался, нет ли шипения утекающего воздуха, и только затем резко навалился плечом.

В проеме показалась чужая планета. Но вместо того, чтобы выйти, Слава повернулся в мою сторону и махнул рукой, подзывая к себе. Я отлип от маленького окошка во внутренней двери и стал ее, эту самую дверь, открывать. За спиной тихо ахнула Лена. Но ничего плохого не произошло. Наоборот, из шлюза потек теплый свежий воздух. Закрывать не стал, пусть в отсеке немного прогреется.

Вышли наружу и долго стояли. Без шлемов. На абсолютно непригодной к жизни планете. Но мы были живы, и от этого возникло ощущение нереальности и абсурдности.

А на густо-фиолетовом, почти черном небе висел оранжевый клубок. Он был куда меньше нашего солнца. Белый карлик нашелся над противоположной частью горизонта.

– Не шмотли на него, жешткий ультлафиолет. Глажа пополтишь, – прошепелявил Слава.

Я последовал совету навигатора и отвернулся от яркой точки на небе. Даром что он назывался белым, поскольку светился голубовато, как сварочная дуга, сетчатку запросто пожжет. Я перевел взгляд на заваленный валунами холм. Тени двух светил непривычно играли, создавая иллюзии. Казалось, что кто-то прятался среди этих камней и наблюдал. Это добавляло жути.

Еще немного молча постояли, а потом приступили к починке системы жизнеобеспечения. Пришлось по старинке повозиться с паяльником, так как запасных проводов у нас не было. Внешнюю обшивку и пакет кабелей под ней разрезало каким-то обломком аккуратно, как скальпелем. Хорошо, что проводов было немного, и хорошо, что они все разноцветные, иначе бы точно не разобрался. Они обычно сразу пакетом меняются.

Очередную странность я подметил, когда работал с паяльником. Затылок мне припекало, как в полдень летом на Земле. Количество тепла явно превосходило то, что могли дать эти две куцые звезды вместе взятые. А грунт был холодным, промороженным. Он не согрелся, не успел, наверное, хотя воздух был теплый.

Когда закончил работу, своими соображениями я поделился с Вячеславом.

– Шплоши у Болтика, откуда тефло идеф, – начал навигатор.

Но я спросить не успел. Инициативу перехватил упомянутый Бортик.

– Я закончил лингвистический анализ дефектов вашей речи, навигатор. Прямые обращения будут поняты и приняты.

– Умниша ты наш, – прошепелявил Слава. – Делай, Болтик.

– Приступаю к поиску источников тепла в зоне атмосферной аномалии, – доложил он и без паузы продолжил: – Источник тепла находится в направлении восьмидесяти трех градусов по оси корабля, дистанция двести девяносто шесть метров, высота над средним уровнем грунта сорок пять метров.

– А ты скажи мне, умник, источник тепла не совпадает, часом, с центром аномалии? – спросил я об интересующем меня моменте.

– Уточните адресацию вопроса, – переспросил синтетический разум.

– Перехвалили, – усмехнулся Слава.

– Вопрос адресован к искусственному интеллекту модуля, – произнес я.

– Совпадение установлено. Центры находятся в одной точке пространства, расхождения в пределах погрешности.

– Бортик, что удерживает атмосферу в пределах аномалии? – тихо задала вопрос не участвовавшая до этого в разговоре Лена.

– Текущий набор датчиков не зафиксировал физических преград и силовых полей, способных удерживать атмосферу.

– Бортик, аномалия возникла после нашего падения? – уточнил я.

К горлу подкатил ком нехорошего предчувствия. Помимо интуиции внутри начала помаленьку шевелиться тихая паранойя.

– Да.

– Бортик, центр аномалии совпадает с теми валунами? – Я указал в иллюминатор на уже виденный мной холм.

– Да, – ровно ответил компьютер.

Слава пробубнил что-то непонятное, но явно что-то очень нехорошее. Я понимал его чувства. Нам помогли. Это хорошо. А вот для чего нам помогли и, самое главное, кто?

Но еще, сдается мне, они же нас и угробили.

Глава 2. Зверь

Мы выжили. Подавленные ожиданием неминуемой гибели эмоции начали потихоньку возвращаться, а вместе с едой и горячими напитками стали возвращаться и силы.

Доктора похоронили, как смогли. Похоронили прямо за капсулой, с противоположной от шлюза стороны. Промерзлый грунт копать было невозможно. Мы просто завалили тело камнями, уподобившись дикарям.

Система жизнеобеспечения функционировала, но не в полном объеме. Автоматический медицинский модуль слишком сильно тряхнуло, и работать он перестал, хотя видимых повреждений мы не нашли. Чинить его было нечем и некому. В памяти аварийного бортового вычислителя нашлись сведения только об оказании первой помощи.

В помеченных красным крестом ящичках обнаружились простейшие, но несомненно надежные медицинские приспособления, какими пользовались еще в докосмическую эпоху. Это были бинты, жгуты, пластыри, шприцы и прочее. Радовало, что синтезатор мог выдавать не только еду, но и несложные лекарства, чем мы и воспользовались. Следуя советам и указаниям Бортика, мы зафиксировали сломанную руку Лены, услышав напоследок рекомендацию о непременном посещении специалистов, которых не было.

Затем надо было поесть. Синтезатор пищи выдал питательную, но совершенно безвкусную смесь. Я ее долго размазывал по тоненькой одноразовой тарелочке, прежде чем начать употреблять. Запивали простой водой, в которую для вкуса бросили аскорбинку и сахар.

– Надо ошмофлеть вше попавшее под этоф колпак, – после перекуса предложил Славка.