Игорь Осипов – Потусторонний батальон. Том 2. Война за дружбу (страница 6)

Белесое и, кажется, даже полупрозрачное. Оно было не одето и ступало худыми босыми ногами по траве и палой хвое. Никаких признаков пола, никаких признаков лица на овальной тонкой передней части головы, по-другому язык не поворачивался назвать эту гладкую белую маску.

– Вот те раз, – произнёс Денис, привстав с земли и подойдя к существу.

– Не стоит подходить ближе – сказал я, заготавливая щит и фокусный импульс, – вдруг оно опасно.

– Откуда оно здесь? – спросил ФСБшник, и сам себе ответил. – Хотя, наверное, пока барьера не было, оно и проникло.

Существо сделало шаг вперёд и наклонило безликую голову. Мы все замерли, а оно меж тем стало меняться.

– Охренеть, – раздалось из тьмы.

Это Кирилл.

У существа начали расти волосы на голове. Они сначала встали густым ёжиком, а потом стекли вниз, достигнув плеч. Все подались вперёд, когда под гладкой белёсой кожей резко возникли тёмные пятна там, где полагается быть глазам. Плавно вытянулся нос. Он сначала вырос тонким и длинным, а потом, наоборот, стал короче, словно существо специально его подгоняло под какие-то параметры. Нос менял непрерывно форму. То появлялась горбинка, то он становился плоским. Это походило на подборку фоторобота. Наконец, это остановилось на курносом варианте.

Существо водило слепым лицом из стороны в сторону, словно всматриваясь в каждого, словно читая реакцию. Света попятилась, а потом спряталась за Володю. Александра тихонько взяла меня за руку. Происходящее завораживало и пугало одновременно. Всё это время хрустели суставы и кости. Гудели, как натянутые верёвки, мышцы.

Возникли уши и брови. Они тоже несколько раз претерпели метаморфозу. Одновременно с этим оформлялось тело. Тонкие палочки рук и ног приобрели определённую плотность. На кончиках пальцев выросли ногти.

Что-то чавкнуло, а потом существо открыло тонкий безгубый рот, чтобы сделать глубокий шумный вдох. Губы тоже начали появляться. Рот то расширялся, то сужался, а потом всё же приобрёл немного детские пухлые формы. Существо явно не могло выбрать, на каком черновике остановиться.

– Оно читает наши эмоции, – произнесла Александра, – Оно по очереди показывает варианты и останавливается на том, что больше нравится всем. Уровень эмпатии зашкаливает. Предпочитает прислушиваться к тому, кто сильнее остальных.

Я не ответил, как боевой маг, я был немного сильнее остальных. Я молча смотрел на преображение. Лицо стало тоньше и чем-то напоминало Александру, словно старалось стать неким подобием младшей сестры. Я видел, как блеснул глазами Денис, тоже уловил сходство. Он с любопытством задержал на мне свой взгляд.

Ниже пояса пока оно не преобразилось, и это было жутковато, словно мутант какой-то. Получеловек, полу что-то. На совершенно гладком теле потемнели и затопорщились соски, потихоньку выросла женская грудь. Грудь сначала налилась до третьего размера, а потом опять уменьшилась, став едва оформившейся.

– А почему не мужчина? – спросила Света, всё так же прячась за Володей.

Я пожал плечами.

– Девушка. Подросток, – забормотал Денис, – самая безобидная внешность. И меньше всех провоцирует. Оно же смотрит не только реакцию мужчин и женщин, но и социальные реакции. Не хочет ревности, зависти и прочего негатива.

На теле существа потихоньку углубился пупок, а затем потемнел пах, где появились едва заметные лобковые волосы. Промежность после изменений прямо указала, что это девушка.

С противным и громким хрустом разошлись бёдерные суставы, придав существу женскую фигуру. От такой перемены существо даже стало немного ниже. Я поморщился от этого звука.

Существо стало водить плечами, разминая их, сгибать и разгибать руки, потягиваться на носочках. И всё ещё хрустело и хрустело хрящами.

Тело перестало быть подобием матового стеклопластика, приобретя естественный цвет подёрнутой лёгким летним загаром кожи.

А потом все вздрогнули, когда оно открыло совершенно белые глаза, похожие на варёные вкрутую яйца. Существо зажмурилось, а потом снова открыло глаза. На этот раз дёрнулся от боли я, когда Шурочка впилась мне ногтями в руку. Не знаю, как, но она смогла уловить то, что понял только я. Может, именно через меня Шурочка и прочитала.

Существо выглядело неким подобием более молодой и более тонкой Александры, разве что немного детские губы вылепились под заказ кого-то другого. Но у этого были глаза Анны, моей погибшей жены. Один голубой, другой зелёный. Для слепой Сашеньки это как удар под дых.

Все молчали и смотрели. Мы на это, это на нас.

Денис достал фотоаппарат, про который, видимо, совсем забыл в процессе самого преображения, и сделал несколько снимков.

– Мы тебя не обидим, – произнёс я, почувствовав, как ещё сильнее стиснулась рука Шурочки.

Существо наклонило голову, а потом широко улыбнулось.

– Она умеет говорить? – спросил Денис, а потом заорал: – Твою мать!

– К чертям собачим! – завторил ему я.

Противогазная сумка, которую я таскал с собой, лопнула, как воздушный шарик, разбросав лохмотья ткани. Полоз, про него и забыли уже все, так долго он спал в уютном логове, появился в своём репертуаре. Мелкий у́жик почти мгновенно вырос до пятиметрового удава. Змей сбил с ног нашу неожиданную гостью, смотал в кольца и замер в траве. Всё это произошло в полном молчании их обоих.

– Зачем? – быстро спросил я, высвободившись от хватки Александры и подойдя вплотную к Полозу и его жертве.

Змей поднял голову на уровень моего лица, медленно шевельнул чёрным раздвоенным языком и тягуче заговорил.

– Это тварь орды.

– Ты уверен? – произнёс я, переведя глаза на слабо шевелящуюся сущность, принявшую человеческий облик.

Змей, возраст которого был на пару порядков больше всех в этом гарнизоне вместе взятых, включая деда Семёна с его десятком тысяч лет, никогда не ошибался и никогда не шутил.

Я выпрямился, словно мне вбили кол в спину.

Тварь орды.

Глава 4. Убить или не убить? Вот в чём вопрос

Костёр тихо потрескивал. Но если раньше это было красиво и умиротворённо, то сейчас, оранжевые искры взлетали вверх частичками пожарищ, оставленных ордой в пригороде Новониколаевска. Воображение придавало дыму зловещие изгибы, а тьма глядела на нас бесчисленными глазами чуждых нашему миру тварей.

Напряжённо замерев, мы разглядывали пленницу, а существо улыбалось от уха до уха, словно не висело на волосок от смерти, а просто запуталось в тёплом мягком одеяле. Оно высвободило из слегка обмякших колец Полоза одну руку, протянуло узкую ладонь к длинной голове змея, блестевшей неподвижными глазами, и осторожно прикоснулось к самому кончику морды. Полоз недовольно зашипел, как пробитая покрышка, а его чёрный язык, дрожа, коснулся тонких пальцев.

Существо приоткрыло рот в улыбке с жемчужными зубами и сверкнуло любознательным взглядом, оно словно не осознавало угрозы.

Я прищурился, переходя на экстрасенсорное восприятие. Обычно твари орды истекают густым фиолетовым свечением, характерным для них. Они не проявляют привычных нам эмоций, воплощая лишь готовность убивать до последнего вздоха. Даже эмиссары сверкали ультрафиолетовыми прожекторами, или же переливались синими искрами чуждых аур. Но здесь полыхал комок чистого белого пламени, зажатого в тиски физической оболочки.

– Это точно орды́нка? – спросил я, открыв глаза.

Существо повернуло голову на мой голос и замерло. Улыбка сошла с её лица, губы беззвучно сложились дудочкой, словно оно силилось повторить мои слова, а потом пленница снова расплылась в улыбке. Вспомнился наивный и придурковатый Буратино из старого Советского фильма.

– Да-а-а, – прошипел Полоз, – ош-ш-шибки быть не мож-ж-жет.

Я поглядел на Дениса, молча стоящего рядом.

– Предлагаю убить. Если это тварь орды, то от неё не может быть ничего хорошего. Помнишь мальчика в лесу, которого мы спасли, он прирезал своего спасителя. Это тоже их уловка, мина замедленного действия. Оно дождётся, когда мы все уснём, и перебьёт.

ФСБшник неспешно провёл ладонью по волосам. Глаза его лихорадочно бегали из стороны в сторону. И наверняка так же лихорадочно скакали его мысли.

– Нет, – выдохнув, произнёс он. – Мы знаем, что это враг. Но мы не знаем её цели. Нужно установить постоянный надзор на случай, если это не убийца, а шпион. Может быть, она даст нам подсказки к замыслам её руководства, вдруг мы сможем сливать ей де́зу.

– Она? – скрипнул я зубами. – Это тварь орды. Она не девушка и никогда ею не была. Это лишь живой механизм для убийства.

Во мне начинала разгораться злость. Вспомнился Мясник, отрывающий головы людям, вспомнились истерзанные собачьими клыками детские тела, зомби-смертники, вбегающие в толпу со взрывчаткой.

– Это монстр в человеческом обличии! Это нужно уничтожить сейчас же!

Все вокруг стояли и смотрели на нас. А тварь улыбалась, положив голову на плечо. Ненавижу! Они убили мою жену. Да, сейчас рядом со мной Александра, но это не значит, что я простил им смерть Анны!

– Если мы используем её в своих целях, это принесёт куда больше пользы, – высказался Денис, – в конце концов, если справимся, ты майора досрочно получишь, а я подполковника. Главное, чтоб у нас не отобрали её вышестоящие органы. Надо всё в секретности пока сохранить. Нужно её взять в оборот и только потом донесение составить, чтоб промашки не вышло.