Игорь Осипов – Мастер для эльфийки, или приключения странствующего электрика (страница 3)

— Ешь, — с нажимом повторил я и добавил: — Перестань плакать.

Эльфийка, давясь слезами, что-то затараторила на своём. Мне только и оставалось, что молча ждать, пока проплачется. Святые электроны, да я не знаю, как успокоить эту особу. Но как раз-таки времени ждать не было. Нужно срочно принимать меры, так как наверняка вся деревня уже знает о происшествии и золоте. Один золотой — ещё не сокровище, но местная шпана наверняка решит проверить размеры золотого запаса этой девушки. Если уже не решила.

«Вот дура, — мысленно обругал я девушку, — ведёт себя, как малолетка, то золото первому встречному показывает, то бластером размахивает, то ревёт без остановки».

Как-то сам собой вспомнился рассказ наставника, что эльфы живут долго, но и взрослеют позже. Как собаки и кошки взрослеют быстрее человека во много раз и живут меньше, так же и эльфы в сравнении с людьми, только наоборот. Потому, даже внешне зрелые эльфийские отпрыски, отметившие тридцать и более годков, ещё могут быть терзаемы подростковыми страстями и глупостями. Одним словом, дети со взрослыми телами. Не верил я наставнику, но кажется зря. Мда-а-а, с такой малолетней эльфийкой нужно держать ухо востро, даже ещё острее, чем у неё самой.

— Так, — негромко, но чётко произнёс я, — Я сейчас поднимаюсь в комнату, и ты либо остаёшься наедине с этим посёлком, либо идёшь со мной. Трогать не буду. Но буду спрашивать. Ответы — цена твоей безопасности. Раз. Два. Три.

Я подхватил поднос, поставил на него горшочек, тарелку и кружку, подцепил за цевьё ружьё и встал.

— Я с тобой! — тут же выпалила эльфийка и подскочила с места так быстро, словно её ужалили в одно место.

— Хорошо, — с улыбкой победителя протянул я и позвал трактирщицу: — Какая комната свободная?

— Третья. На втором этаже, — быстро отозвалась вытянувшая шею женщина.

Я кивнул и направился к узенькому дверному проёму, но как только барная стойка скрылась из вида, быстро огляделся и вручил поднос эльфийке, а сам нырнул под лестницу. Как и думал, там был чёрный ход, соединяющийся с кухней и идущий на задний двор, там наверняка были сортир и мусорная яма, куда скидывали отходы, и через эту же дверь притаскивали дрова и уголь. Оказалось не заперто.

— Стой здесь и молчи. Если спросят, то ты ждёшь меня. Я коня в стойло отведу.

Эльфийка всхлипнула и быстро кивнула.

Я смерил её с ног до головы, развернул плечи и нарочито вальяжным видом вернулся в столовую.

— Хозяйка, какое стойло самое безопасное? — спросил, звякнув по барной стойке целой кредиткой. Поцарапанный серебряный прямоугольник тут же исчез под столешницей, а хозяйка быстро заговорила:

— Самое левое.

Я подмигнул женщине и тихо, стараясь, чтоб голос звучал естественно, прошептал:

— Буду окучивать девушку. Я же герой, мать её, а когда ещё эльфийку получится в койку затащить.

— Да иди уж, — с широкой улыбкой ответила трактирщица и быстро глянула в окно.

Пришлось проявить силу воли, чтоб не обернуться, все равно выходить через главную дверь.

Я оттолкнулся от старой поцарапанной барной стойки, положил ствол ружья на сгиб левого локтя и небрежно вышел. «Небрежно». У меня сердце колотилось, как бешеное, и приходилось в уме считать до двух, прежде чем делать следующий жест. От этого наверняка казалось, что я чуточку пьян, но строю из себя трезвого. На самом деле я был бодр, как никогда раньше.

На улице долго возился с ключами от замочков, а когда отцепил, постарался не глядеть на большое окно, похожее на стену теплицы. Потом зашёл за угол и провёл скакуна во внутренний дворик, где встретился со злым до невозможности взглядом эльфийки.

— Я все слышала, — процедила она, наверняка мысленно снимая с меня шкуру живьём. Девушка небрежно отшвырнула поднос с тарелками в сторону.

— Тихо. — Я поднёс палец к губам и указал на Гнедыша. И благо, что никого во дворе не было, свидетели сейчас ни к чему.

— Я все слышала, — повторила девушка. — И я не шлюха.

— Да тихо ты, — сдавлено прорычал я и сжал перед ее лицом кулак. — Мы сейчас сядем на коня и умчимся. Это трактирщица настучала местным, что у тебя есть золото. На ночь здесь оставаться опасно.

— Я никуда не двинусь, пока не объяснишь, зачем я тебе, — протараторила эльфийка.

Я снова зашипел и тихо выругался. Вот упрямая, как ослица.

— Хорошо, у нас есть ещё несколько минут. Ты же эти вещи нашла, ползая по старым местам, так? Я помогаю тебе с поисками, если это не сильно отдалит нас от моих маршрутов по городам, а то, знаешь ли, у меня тоже есть гильдейские обязательства, и если не выполню, по головке не погладят. А найденный хлам продаём и делим деньги пополам. И за охрану я с тебя возьму сто рублей серебром в месяц.

— Да я, — начала эльфийка, но я перебил.

— Поверь мне, это очень дёшево. Обычно за охрану берут в пять раз больше.

— Но…

— Хорошо, восемьдесят рублей. Но это цифра окончательная и торгу не подлежит.

— Но… — снова протянула эльфийка, опустив глаза.

Я снова ее перебил.

— Сейчас надо сваливать отсюда. И ты либо со мной, либо остаёшься здесь. Девушка молча подхватила пальцами потёртую дорожную сумку из кожи, перекинутую через плечо на тканевых лямках, и прижала к груди, словно там было нечто сокровенное.

— Быстрее, — процедил я и оглянулся на чёрный ход, где раздавались крики: «Она на верху», а потом вытянул шею. За трактиром располагались домики и улочка, куда можно умчаться, не боясь, быть на открытом пространстве.

В доме послышались новые выкрики, и сплюнул на присыпанную грязной соломой землю.

— Все, время вышло.

Я перекинул ружьё через плечо, вставил ногу в стремя и махом очутился в седле.

— Я ц табой! — с запинкой и акцентом прокричала эльфийка, — добавив эльфийское ругательство: — Ратур наз!

Она подала руку. Времени для удобств действительно не было, и я встал на стременах, подтянул девушку и просто-просто перекинул через хребет коня чуть впереди седла, как мешок картошки. Гнедыш недовольно дёрнул ушами, и пришлось погладить его по шее. Благо, девушка весила чуть больше пятидесяти, что не сильно скажется на скорости мерина.

Лёгонькая-то лёгонькая, но все равно чуть спину не сорвал, так как тянул из неудобного положения. А ещё мне локтем в одно место надивила, пока цеплялась за седло и край попоны, аж слезы навернулись.

— Пошёл, гнедыш! — прокричал я, уже не скрываясь, так как эльфийка своими воплями уже и так всех переполошила. Пришлось немного пришпорить ленивого мерина, и только тогда он сорвался с места, громко заржав.

За спинами раздались выкрики и ругань, но выстрелов не последовало. Оно и понятно, это же не банда Чёрного Жеки, чтоб беспорядочно палить по людям в посёлке. За это местные браткам сами накостыляют, не говоря уже об участковом. А мой единичный выстрел вверх я запросто смогу пояснить стражу закона, показав гильдейский жетон и завернув немного серебра в бумажку с извинениями.

Мимо промелькнули небольшие домики с двускатными крышами, хрупкими заборчиками палисадников, кривыми антеннами для радио и тяжёлыми ставнями на окнах. Один раз в сторону отскочил дед, несущий большой бутыль с мутной жидкостью.

Садами и огородами мы выскочили в поле, и лишь когда стемнело, а на небе взошла почти полная луна, остановились возле большого стога сена.

Я оглянулся. Погони не было.

— Все, приехали, — произнёс я и привстал в стременах. Ноги и задница затекли, спина ныла. Да и не привык я к долгому ходу средней рысью. К тому же и Гнедыш уже выдохся.

— Больно, — простонала девушка и шевельнула ногами.

Я со стоном соскочил с мерина, а потом потянул эльфийку за талию, помогая слезть. Пришлось ее придержать, чтоб не упала, а потом помог опуститься на землю.

Моя спутница согнулась пополам, держась за живот.

— Не гляди, — тихо произнесла она.

Я повернулся к коню, привязал его к придерживающей стог жердине и принялся расстёгивать ремни, а следом снял слегка скрипнувшее седло, прислушиваясь к шелесту чужой одежды.

Эльфийка за моей спиной тихо забормотала на своём языке, а в конце простонала на нашем:

— Все пузо и ребра в синяках.

Я улыбнулся, наклонился и достал из седельных сумок мешок с едой.

— Надо познакомиться, — произнёс я, протянул кусок сыра и продолжил: — Считай, что это вместо долгого извивания души у костра и после выпитой на двоих бутылки. По душам потом поговорим, а сейчас все предельно коротко. Я — Иван Сидоров. Странствующий электрик из гильдии электриков. Мне тридцать лет. Холост. Не сирота. Родом из Старого Пригорода. Причины, почему помогаю тебе, уже говорил. Теперь твоя очередь.

Эльфийка несколько секунд молча глядела на меня, теребя пальцами пуговицу на сумке. Но вскоре все же сдалась и заговорила:

— Я Мита-Эр-Кисан, из рода северных гайю. Я мастер плетений, но сейчас ищу древности.

— Зачем? — не давая девушке времени на передышку, продолжил я расспрос.

— Обязательно рассказывать? — насупилась девушка.

— Можешь не рассказывать, но тогда я утром пойду своей дорогой, а ты своей.

Она вздохнула и поддела носком ботинка подсохшую кротовую кучку.

— Что ты знаешь о жизни эльфов?

— Не думаю, что сильно отличается от нашей, — пожал я плечами.