Игорь Осипов – Леди Артур (страница 59)
Глушков устало отпил из кружки местного отвара из листьев смородины с мятой и вернулся к сводкам, зачитывая и комментируя их вслух.
— От лаборатории БиоРеверс. Выявлено, что у земных детей, доставленных через портал на Реверс, происходит изменение гормонального фона, генных экспрессий и метилирования до уровней гормонального фона, названного стандартом «Р3», который, кроме ряда показателей (Вложение № 1. Пункт № 1), не отличается от стандарта «Р», характерного для детей Реверса. Наиболее подвержены регуляции неустановленного типа гормон роста соматотропин (Пункт № 2) и тестостерон (Пункт № 3), снижающие развитие мальчиков и повышающие таковое у девочек. По возвращении на Землю фон приходит в норму. На взрослых людей не было зафиксировано статистически значимых изменений. Дети жителей Реверса имеют тот же показатель, а после полугодового проживания на Земле приобретают уровень, приближённый к земным подросткам, хотя и не без отклонений, вызванных врождёнными изначальными параметрами… имеются, отличаясь на пять-семь процентов.
Профессор ещё раз приложился к кружке, а потом создал в Системе пометку о необходимости подтянуть кого-то из аспирантов, чтобы сделать вторичный анализ этих данных. К сожалению, информацию он получил только сейчас, после подписания договора о неразглашении сведений с категории «для служебного пользования»: государство не особо спешило обнародовать информацию о влиянии на здоровье и развитие детей, равно как и сам факт подобных измерений, публично декларируя о безопасности Реверса для будущих переселенцев.
Глушков провёл пальцем над экраном, пролистывая графики, таблицы, перечень ссылок на результаты экспериментов и фотографии участников, а потом перешёл к другому исследованию, уже социологическому, где рассматривались социальные связи магов, паладинов и прочих лиц как между собой, так и со всем потусторонним, с построением моделей предсказания вероятности их детей стать магами.
Что интересно, у людей, часто контактирующих с потусторонним, а также у детей магов время от времени встречались разнообразные психологические расстройства, которые именовали эффектом одержимости и которые, однако, существенно коррелировали с шансом овладения магией. Наиболее сильные факторы приобретения — это беременность женщины-мага, регулярный добровольный половой контакт между указанными лицами, а кроме того — эффект «братство», когда небольшой круг находящихся в близкой эмоциональной связи лиц имеет регулярный физический контакт. Ссылка «Секты Реверса» прилагалась.
Дальше Глушков переключился с мысленного и голосового управления на ручное редактирование параметров, ибо даже лучшие ИИ ещё не так умны, чтобы идеально провести сложный анализ по паре брошенных реплик.
Фокус состоял в том, что система записывает куда больше информации, чем думают рядовые агенты и их не шибко умное руководство. Как, скажите, калибровать психофизическое состояние подопытного, если у него постоянные кошмары, и неясно, связаны они с системой или нет? У вояк-то свои прибабахи, когда вместо слаженного флота боевых дронов, которые перестреляли бы всех нападающих, как в тире, на его спасение выделили только один, да и то больше для видимости, мол, «мы постарались». Как так можно относиться к важным персонам?
Этим дуболомам скажешь — сразу поставят кучу ограничений на чтение логов, прикрываясь секретностью, а потом, если из-за невозможности отладить программу кто-нибудь погибнет, навешают кучу обвинений. А вот для разработчиков важно иметь возможность оперативно отреагировать на неисправность патчем, поэтому фрагменты особо сильных эмоций, странных состояний, а также прямых матюгов на глюки системы выборочно записывались в отдельный, отладочный лог. Если бы не дружба с создателями системы, хрен бы об этом логе узнал, да и вояки не знают. Конечно, баги Юрия анализировались много раз, и каждый элемент системы работал и отвечал на запросы нейронов мозга как надо, а мозг не показывал каких-либо признаков сумасшествия. Но было видно, что в паре мест нейроны выполняли какую-то дополнительную работу, как будто к ним подключалась ещё одна система, только маленькая и невидимая. Интуиция настойчиво шептала, что это нечто можно подцепить от магов или плотных контактов с потусторонним, и получается, это живёт только в условиях Реверса. Кроме того, это нечто со стопроцентной гарантией теряется, попав на Землю. И для простоты лучше назвать это магическим симбионтом.
Глушков потёр висок пальцами и поморщился: слишком всё невероятно выходит. К тому же, нет прямых доказательств правильности этой догадки, и как бы в научном мире его за психа не приняли и не объявили бойкот.
Профессор провёл пальцем, отправляя файл записи в папку с названием «Личное», и потёр лицо ладонями.
В целом метрики выходили очень и очень хорошие, а картинка вырисовывалась очень и очень интересная, но данных всё равно не хватает, чтоб делать однозначные выводы. Артём переключился на просмотры логов систем агентов, сравнивая их физические состояния между попаданием на Реверс, докладами о неисправности и возвращением на Землю. К этому добавил немногочисленные исследования на МРТ и прочие измерения местных ведьм и храмовниц, которые удалось сделать.
А в случае, с Юрием даже были моменты, когда тот общался с разными потусторонними личностями, да и сейчас должен шляться по зачарованным местам.
«Конечно, это пока ещё только гипотеза, которую нужно проверить, а может…»
Профессор сложил руки в замок и опустил на них подбородок.
Он вздохнул, поглядел на живописный пейзаж за окном, а потом выключил экран, так как за дверью послышался детский плач.
Через минуту дверь приоткрылась, и там показалась хнычущая Роза.
Девочка тащила длинный деревянный меч, который с глухим стуком волочился по дощатому полу. На девчушке поверх светло-серого с красной каймой на рукавах платья была накинута белая сюрко с грубо вышитой на ней большой ящерицей. Рептилия стояла на задних лапах, совсем как геральдический лев. Изо рта высовывался длинный раздвоенный язык, хвост был свёрнут в затейливый крендель, а над головой висела небольшая корона.
Профессор ухмыльнулся: он ещё не привык, что в этом мире девочки играют в рыцарш, а мальчики нянчат кукол.
— Что случилось? — как можно дружелюбнее спросил Артём.
— Гря-а-азь, — заплакала Роза, ухватившись руками за накидку.
— А мама ругаться не будет, что ты ко мне ходишь? — встав с кресла, полюбопытствовал Глушков. Он подошёл поближе к девочке, и когда та, не бросая игрушечного меча, задрала руки, стянул накидку, а потом направился к отгороженному простой ширмой углу. За ним пряталась старенькая стиральная машинка, безо всяких голосовых контроллеров, беспроводного соединения, да что уж говорить — даже без сенсорной панели. Но в этом-то и крылся коварный замысел, который профессор хотел осуществить ещё во время пребывания на первой квартире волшебницы. Однако сама Констанция начала часто пропадать, поручив заботу о девочке раненым помощницам, а те следили лишь за тем, чтоб ребёнок не выбегал из дома, а также заставляли вовремя покушать, переодеться и лечь спать. Всё же волшебниц понять можно, им бы сейчас самим силы восстановить.
— Мама сказала, что ты не убийца, — широко улыбнувшись и засеменив за профессором, ответила Роза.
— А магию мне показывать можно?
— Мама сказала, без взрослых не колдовать. А ты взрослый волшебник. Правда, чисельник — не обычный волшебник, но тоже волшебник. Так мама говорит.
Глушков отодвинул ширму, окинул взглядом свой бытовой уголок, являвшийся собранием прогрессивных, можно сказать, даже космических, по местным меркам, средств домашнего обихода, где помимо стиралки имелись микроволновая печь, мультиварка и кофеварка, и показал на дверцу стиральной машинки.
— Давай, ты сама всё сделаешь, а я подскажу, а то мама скажет, что я тебя балую. А я ведь чужой дядя. Потяни за ручку. Только не прикасайся.
Роза нахмурилась и выставила вперёд левую ладонь, а потом начала шептать заклинание.
— Дедос инвизи. Незримые пальцы.
Профессор, затаив дыхание, следил за этой нехитрой процедурой, в то время как система начала составлять подробный отчёт. Перед глазами возникли графики с полученными от датчиков данными. Но самая большая хитрость — это то, что усилие на ручке и самой дверце были тщательно откалиброваны. А уж имея точные данные, можно легко составить функцию зависимости одного от другого.
Дверца с тихим щелчком открылась, и профессор закинул туда накидку, а потом добавил порошка. Осталось выполнить следующий шаг по коварному обману ребёнка. Он указал на большую радиолампу, запараллеленную со скрытым выключателем.