Игорь Осипов – Бабье царство (страница 53)
Девушка вслед за мной легла на кровать и укрылась одеялом. Я же чувствовал, что могу не сдержать обещание, лечь просто так. Я же не местный низким гормональным фоном. Но раз просит, придётся стиснуть зубы и терпеть.
Тем временем Лукреция перестала плакать и затихла, а беседа пьяной дембельской бабовщины какой-то там прославленной терции перешла от воспоминаний прошлого к событиям недавним.
— Значит, эта… он её запинывает под телегу, — горлопанила подвыпившая Урсула, — а рыжая скулит как побитая шавка. В боку дырок пять штук.
— Слышь, сеструха, — отозвалась Тереза, с грохотом поставив кружку на столешницу. — Он, конечно, хорош, но рыжую… не верю. Да и ты вполсилы била.
— Не веришь?! Ща докажу!
Раздался грохот столов и стульев, а вслед за ними топот по лестнице. Раздался стук в дверь.
— Юн спадин. Юн спадин, — громким шёпотом позвала Урсула. Я улыбнулся, но смолчал. А наёмница прислушалась и снова постучала.
— Катарина, дай кинжал. Тот что к шпаге парный. Ну Катарина, ты же не спишь, по ночам, как кошка, я же знаю.
Мы с храмовницей переглянулись. А потом она скользнула из-под одеяла, схватив клинок. Ведь не отвяжется эта неугомонная. Дверь скрипнула и в неё сунулась физиономия. Урсула оглядела с головы до ног одетую только в рубаху храмовницу, подхватила полушпагу и исчезла, загрохотав обувью по ступеням.
— Я так и думала! Либо убили друг друга, либо трахаются! — раздался голос на всю гостиницу.
— И чё?
— Ну эта… кровь с потолка не капает, — отозвалась наёмница, добавив громкое. — Вот! Из сломанных пальцев вытащили.
— Точно, это вещица Джинджер, — протянула Тереза.
Они ещё что-то бормотали, пока шерифыня не уснула на столе. Она храпела, а Урсула всё кричала, что хватит спать, и что она ещё не всё рассказала. А потом каким-то лукавым голосом она добавила.
— Красавчик, пойдём, покажешь кладовку с мёдом.
Бряцнула лютня. Раздалось пьяное бормотание.
А я лежал рядом с Катариной. Всё-таки к чёрту секс. Нужно выспаться. Хотя бы раз за эту неделю.
Руки скользнули девушке под камизу, остановившись на плоском животике. Только мизинец касался жёстких завитушек волос женского лона. Глаза щипало, и рассудок проваливался в сон.
«Внимание! Опасность! Обнаружено постороннее присутствие!» — заверещала система, не дав окончательно заснуть. Я приподнял голову, увидев, что Катарина вглядывалась в потолке поблескивающими зелёным светом глазами.
А по крыше кто-то едва слышно пробежал…
Глава 27
Жаркий прием
Звуки шагов на крыше повторились, и я потянулся за спрятанным под подушкой пистолетом. Патрона осталось четыре, но жизнь как-то дороже этой математики. И если это подосланные убийцы, то применю оружие без колебаний. К тому же с моими приключениями немудрено заполучить манию преследования и шизофрению.
Одновременно со мной почти беззвучно скользнула с кровати Катарина. Девушка быстро вынула откуда-то фитиль, подожгла егои затушила масляную лампу, бросив тлеющий шнур на столешницу. Я поджал губы, но манёвр был понятен. Она видела в темноте в несколько раз лучше обычного человека, и тусклый огонёк фитиля для неё всё равно, что яркая свеча.
Катарина подхватила стилет и на цыпочках подошла к ставням. Там она прислушалась, но тот, кто двигался по крыше тоже замер, видимо, почуяв подвох. Храмовница коротко глянула в мою сторону, и от этого, помимо едва различимого силуэта девушки, одетой в светлую ночнушку, сверкнули ещё и кошачьи глаза.
Я затаил дыхание, вслушиваясь в темноту, вглядываясь в невидимый потолок. Он тонкий, сделанный из решётки из прутьев, промазанной смесью из соломы и глины. За ним только сложенная из черепицы крыша. А из темноты раздавался тихий храп, постукивание и шкрябанье по металлу, словно кто-то пытался очистить сковородку от нагара. Потом сковорода бултыхнулась в таз с водой, и загремели ложки. В углу шуршала мышь. За стеной скрипела зубами и бормотала во сне Лукреция. К этому всему примешивалось хихиканье менестреля, и приглушённый пьяный голос Урсулы, которая изливала мужичку историю о том, как ей пришлось отстреливаться от врага золотыми монетами вместо пуль, и целый фунт улетел с пороховым дымом. Но мне было не до историй.
Тот, кто на крыше, сделал несколько осторожных шагов. А так как крыша черепичная и без какой бы то ни было звукоизоляции, напрашивался вывод, что обувь у человека на мягкой подошве. А ещё он очень лёгкий — либо девушка-подросток, либо мужчина. Вскоре прошелестела шнуровка и на брусчатку под окнами что-то со звоном упало, словно бубенчик. И сразу после этого неведомый человек бросился прочь.
Катарина быстро распахнула ставни, клацнула зубами по железу, наверное, перехватила стилет в зубы, вцепилась руками в верх косяка и одним рывком выскочила на крышу, как профессиональная легкоатлетка на турнике, сделавшая подъём переворотом. Почему-то вспомнилось, как она была неуклюжа на бревне, когда мы переправлялись через речку. Если то был эффект печати, то весьма впечатляет.
Звуков с крыши не повторилось. А вскоре в окне сова появилась Катарина. Она скользнула с подоконника на пол и подошла к столу. Следом зажгла лампу с помощью фитиля.
— Ушёл, — прошептала девушка.
— Это был мужчина?
— Я думаю, да, — вздохнула Катарина и села на край кровати. — Я не стала догонять, это могла быть ловушка. В бездну, — тихо выругалась она, воткнула стилет в столешницу и откинулась. Её голова оказалась на моих коленях.
А в следующую секунду мы оба подскочили и уставились на стену, за которой закричала во сне Лукреция.
— Нет! Нет! Не надо!
В ушах очень громко засвистела модуляция датчика, но вопреки ожиданию, этот свист не оборвался исполненным заклинанием, а медленно затих, словно воздух выпустили шины через выкрученный ниппель. Волшебница снова заскрипела зубами.
— Может, это просто воришка? — тихо спросил я, опуская голову на подушку.
— Не знаю, — прошептала Катарина. — У тебя есть ещё то зелье от боли? Опять плохо стало. Отвыкла силу чуять. Словно первые дни после преображения.
Я кивнул и потянулся к сумке, откуда достал бумажную упаковку с таблетками.
— А какие они были, эти дни?
— Мне было плохо. Кровь горела, тело болело, в голове туман. Любое движение приносило боль и синяки. Потом нас учили сдерживаться в миру, но тогда было тяжело.
Катарина, проглотила таблетку, опустила голову мне на колени и закрыла глаза. Я запустил руку в густые каштановые волосы и начал медленно гладить, как кошку.
— Я слышала, как вы с Урсулой учебный поединок устроили. Как ты так быстро учишься? Демонесса помогает?
— Да, — ответил я и задумался. А, в самом деле, как система, оторванная от сервера, так быстро меня научила всему. Ладно, загрузка в мозжечок требует не так много времени, но проработка тактики и самих умений — весьма ресурсоёмкий процесс.
«Система, — позвал я внутреннюю помощницу, шевеля лишьгубами. Она и так считает нервные импульсы, идущие к голосовым связкам, языку и губам. — Пошаговый анализ юстировки».
«Шаг первый — сопоставление имеющегося оружия с каталогом». «Стоп. У тебя есть каталог?» — уточнил я нахмурившись. В это же время мой взгляд встретился со взглядом Катарины, которая повернула голову и теперь с любопытством рассматривала моё лицо.
«Имеется каталог и ключевые позиции по основным семплам применения по нейротегам».
«Сколько образцов оружия вбито в базу?» — тут же задал я вопрос.
«Из неповреждённых файлов удалось извлечь базу по древковому колющему, древковому рубящему, одноручноеприменение мечей, использование щитов. Имеются читаемые фрагменты архивов стрельбы из лука и верховой езды. Возможно дополнение базы из сторонних источников. Но тактика применения будет помечена тегом недостоверности». «Одноручное? А если двуручное, типа катаны?»
«Архив семплов восточного оружия повреждён. Сторонние источники крайне недостоверны. На разработку семплов с использованием виртуальных моделей потребуется восемнадцати дней».
«Запустить анализ», — приказал я.
«В запуске отказано. Вы в фазе| быстрого сна с признаками сомнамбулизма».
— Сука, — выругался я вслух, а затем продолжил расспрос.
«Следующий шаг юстировки».
«Второй шаг, — отозвалась система, — калибровка семплов под массогабаритные параметры оружия и текущее физическое состояние оператора».
Я сам себе кивнул. Это как раз таки понятно, она проводит самую обычную пристрелку.
«Дальше».
«Третий шаг, — продолжила внутренняя помощница, — загрузка модели нейронных связей в мозжечок и проверка на конфликты».
«А рукопашный бой можешь смоделировать?»
«Архив семплов рукопашного боя повреждён. Имеющиеся в кэше сторонние фрагменты крайне недостоверны».
«Озвучь основные их теги».
«Принято. Данные имеют теги аниме, мортал комбат, китайский боевик».
«Не загружать», — выдал я резолюцию. И так всё ясно.
Я вздохнул и поглядел на Катарину. Та текучим движением легла рядом и положила руку мне живот.
— А какая она? — тихо спросила девушка.
— Кто?
— Демонесса Система.