Игорь Охапкин – Призраки из пустоты (страница 72)

— Не знаю. Думаю.

— Времени совсем нет! Он же идет к нам!

— Он ничего нам не сделает.

— Что? С чего ты это взял?

— Мы нужны Ригану живыми, иначе он может так и не узнать, где мы спрятали те ящики.

— А вот я в этом не уверена! Если бы он хотел взять нас целыми и невредимыми, то не стал бы посылать «Атласа»!

Это была разумная мысль. Я быстро посмотрел в сторону приближавшегося боевого робота. Он был уже совсем рядом. Однако пилот «Атласа» явно пока не собирался открывать огонь.

Рада быстро огляделась и тоже заметила ту арку, которую никто не сторожил.

— Вон! — радостно воскликнула она. — Идем туда!

— Нет! — отрезал я.

Но она и не слушала.

— Идем, пока есть время, — сказала она и, схватив меня за руку, потащила в переулок.

Мы оказались на рынке. Два спутника Соламара-1 освещали большую и пустую площадь. Позади раздались тяжелые шаги. Я резко обернулся. Через темный проход вышел «Атлас» и замер. Сходить с этого места он точно не собирался. Итак, путь назад отрезан.

Послышалось шипение. Краем глаза я заметил сверху темные тени. Это были солдаты Ригана. Они покружили немного над площадью, и затем один за одним стали приземляться. Менее чем через десять секунд мы с Радой были окружены со всех сторон. Солдаты вскинули винтовки и взяли нас на прицел.

Рада шагнула ко мне.

— Похоже, мы попали в западню, — шепнула она.

Я промолчал.

Один из солдат чуть вышел вперед. Он был единственным из всех, кто не стал доставать из кобуры оружие.

— Дмитрий Громов и Рада Силина, — произнес он. Его голос звучал неестественно — был искажен специальным фильтром и усилен динамиками. — Нам приказано доставить вас к Микки Ригану. Пожалуйста, не пытайтесь сбежать или вступать с нами в бой. Обещаем, мы не причиним вам никакого вреда.

Рада заговорила, почти не шевеля губами:

— Дело плохо. Что будем делать?

— Включай кинетический щит.

Я нажал кнопку на небольшом устройстве, прикрепленном к поясу. Рада сделала то же самое. Нас окружило невидимое силовое поле.

Рада молча посмотрела на меня. Легким кивком я указал на двух солдат.

— Видишь ту парочку? Я беру на себя левого, а ты правого.

— И что дальше?

— Расправимся с ними и побежим туда. Думаю, через тот переулок выйдем на главную улицу. А там сориентируемся куда дальше.

Один из людей Ригана, который к нам только что обращался, увидел, что мы о чем-то переговариваемся. Это ему не понравилось. Он сделал шаг вперед и недовольным голосом что-то сказал. Я даже не стал вслушиваться в его слова. Посмотрев на Раду, кивнул:

— Давай!

Моя рука потянулась к пистолету. Выхватив «Акаст» из набедренной кобуры, я навел прицел на противника и надавил на спусковой крючок. Пистолет коротко рявкнул. Плотный сгусток горячей плазмы вырвался из дула и на огромной скорости устремился вперед.

Солдат не успел и шелохнуться. Броня в том месте, куда ударил сгусток плазмы расплавилась менее чем за секунду. Мужчина умер еще до того, как повалился на землю.

А вот Рада стреляла не так метко. Она не попала во второго солдата. Однако он решил уйти с линии огня и метнулся в сторону. Путь в переулок теперь был свободен.

— Пошли!

Мы бросились бежать. Позади послышись топот ног и предупреждающие крики. Затем стали загрохотали выстрелы. По характерному гудению кинетических щитов стало ясно, что по нам стреляют из парализующего оружия. Силовое поле поглощало весь урон, и мы с Радой не получили ни малейшего вреда.

Наконец, переулок закончился. Я сбавил шаг и быстро огляделся. Мы действительно оказались на главной улице. Вокруг не было ни души. Вдруг тишину прорвал звук реактивных ранцев. Я обернулся. Солдаты Ригана взлетели вверх и теперь быстро нас догоняли.

Мы снова ринулись бежать. Мчались так быстро, как могли, но шум позади только усиливался. Я быстро обернулся, а затем поймал взгляд Рады. Судя по отчаянному выражению лица, девушка была уверена, что нам не удастся уйти.

Снова раздались частые выстрелы. Судя по громким сухим звукам теперь солдаты открыли огонь из боевого автоматического оружия. Несколько пуль попали в мой кинетический щит. Силовое поле остановило их, но устройство на поясе сразу же предупреждающе запищало. Еще два-три таких же точных выстрелов, и энергия щитов закончится. И тогда я останусь совсем без защиты. А вот по Раде пока что ни разу не попали.

Внезапно все остальные звуки перекрыл оглушающий пулеметный грохот. Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять — это открыл огонь пилот «Атласа». Одна из пуль пробила силовое поле моего кинетического щита. Устройство на поясе громким писком предупредило, что энергия закончилась.

— В укрытие! — крикнул я и метнулся в одну сторону улицы. Рада побежала в противоположную.

Я нырнул в ближайшее укрытие — нишу на стене двухэтажного дома. Моей же напарнице повезло больше. Она спряталась в слабоосвещенной подворотне, через которую могла выйти на другую улицу. Я махнул ей рукой, призывая уходить, пока есть такая возможность. Но Рада осталась стоять на месте и упрямо покачала головой. Впрочем, почему-то я и не ожидал, что она бросит меня.

«Атлас» не прекращал огонь ни на секунду. Тяжелые пули лупили по стене дома, выбивая из нее крупные бетонные осколки. Грохот стоял ужасный. Я изо всех сил прижимался спиной к поверхности ниши, словно пытался пройти сквозь нее.

Я лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации. Но не находил. Ни одна спасительная идея не приходила на ум. Если бы я хоть на сантиметр высунулся из своего ненадежного укрытия, мне бы тут же снесло голову ураганным пулеметным огнем. Живым из ниши мне не выбраться, это точно.

Рада не бездействовала. Она выглядывала из переулка и стреляла по «Атласу», пытаясь отвлечь его на себя. Но, видимо, пистолетные пули не причиняли крепкой броне боевого робота никакого вреда. Они для его все равно, что для человека комариные укусы. Не обращая внимания на Раду, пилот «Атласа» продолжал поливать стену дома пулеметным огнем.

А вот по Раде никто не стрелял. Маловероятно, но возможно, что солдаты сосредоточились на мне и поэтому не заметили ее и думали, что она уже скрылась. Либо же Риган приказал своим людям взять ее живой, а меня, наверное, разрешил устранить в случае необходимости.

Пули били уже почти по самому краю ниши. «Атлас» явно не стоит на месте, а подходит все ближе. Еще совсем немного и я увижу его… и через мгновенье умру.

Краем глаза заметил какую-то тень где-то сверху. Поднял голову. По плоской крыше здания, находившегося на противоположной стороне улицы, бежал человек. Я отчетливо видел его в ярком серебристом свете двух спутников Соламара-1. Он был весь обвешан самодельными бомбами. Одну из них он держал в руке.

Человек остановился, осторожно подошел к краю крыши и посмотрел вниз. Быстро окинул взглядом улицу, отвернулся и сделал кому-то знак рукой. Оказалось, что он был не один. Я заметил еще нескольких человек на других крышах. По команде лидера они метнули вниз бомбы.

Очевидно, что эти люди вовсе не спасали меня. Просто у них прочно укоренилась ненависть ко всем толстосумам. Вероятно, они решили, что этих типов в белых бронекостюмах наняли люди с Балморы, чтобы навести порядок на Соламаре-1. Или же им просто не нравится, когда на их планете появляются воинственно настроенные чужаки. Как бы там не было на самом деле, соламарцы решили разделаться с людьми Ригана. И это сыграло мне на руку.

Бомбы одна за другой падали на землю и взрывались. Слышались резкие хлопки, а затем громкое шипение. Улица быстро заполнялась дымом. Через несколько секунд все вокруг заволокло тяжелой серой массой, через которую совершенно ничего не было видно.

Неожиданно «Атлас» прекратил огонь. Я тут же выскочил из ниши, метнулся вперед и очутился в плотной дымовой завесе. Я направился в ту сторону, где по моим представлениям должен был находиться переулок, в которым спряталась Рада. Но сделав несколько шагов, вдруг понял, что потерял ориентацию в пространстве.

Резко остановившись, я стал оглядываться. Куда не посмотри — везде одни лишь серые клубы дыма. Дальше носа совсем ничего не видно.

А вот шума было много. Слышались агрессивные возгласы, крики, полные боли, выстрелы штурмовых винтовок, взрывы…

Я надел визор и переключил его на режим, позволяющий видеть в дыму. Но ничего не увидел. Вернее, увидел, но совсем не то, что ожидал. Повсюду мелькали яркие белые точки и хаотическое переплетение серебристых изломанных линий на светло-сером фоне. Всего через несколько секунд глаза начали болеть. Я снял визор.

Все ясно. Самодельные бомбы были оснащены специальными устройствами, которые превратились в пыль, когда бомбы взорвались. Теперь в воздухе витают миллионы наночастиц, сбивающих работу всех электронных устройств.

Я бродил в дымовой завесе, держа пистолет наготове. Несколько раз в серой массе возникали смутные темные очертания, похожие на тени. Я тотчас вскидывал оружие, но тени быстро растворялись в дыму, едва успев появиться.

Казалось, я долго ходил кругами, совсем ничего не видя. А затем совершенно неожиданно вдруг выбрался из грязно-серой пелены. И увидел «Атлас». Он неподвижно стоял посреди улицы всего в нескольких метрах впереди меня. Орудия боевой машины были направлены в сторону одного из переулков. Видимо, пилот высматривал там кого-то.