Игорь Огай – Прорыв осады (страница 6)

– Короче, если что, я у гипербореев, – сообщил Филиппыч, глядя, как Павел копается в вешалках. – «Аптеку» взять не забудь. Федора телефон помнишь? Ну, лады…

Прежде чем Павел успел задать вопрос, что именно Семену понадобилось на пустом этаже Общины, где без фонаря и компаса заблудишься на пятом шаге, Филиппыч не по возрасту шустро исчез из вида.

Так. Ладно… Телефон Федора? Где уж его забыть! Бывают такие вот номера, которые хоть каленым железом трави из памяти… Шефа с Филиппычем, иерархов Ассамблеи – совершенно теперь бесполезные. Ну и Федора, конечно.

Встряхнув от пыли выбранный вроде бы по плечу костюм, Павел бросил добычу на стул и достал телефон. Н-да. А ведь Сергеев-то еще не в курсе его второго пришествия. Как воспримет?

Но палец уже выбил на клавишах нехитрую мелодию, и метаться стало поздно.

Федор включил прием с третьего гудка. Давно смененный Павлом номер ни о чем ему не говорил, и потому голос не выражал ровным счетом никаких эмоций, кроме усталого дежурно-вежливого любопытства:

– Слушаю.

– Привет, – произнес Павел. – Это я. Узнал?

С ответом Федор повременил целую секунду.

– Допустим, – тон его стал настороженным. – И что?

Все правильно, первое, что он должен был сделать при таком звонке, – заподозрить провокацию. Даже недолгий опыт работы с нелюдями накрепко вбивает в голову эту простую аксиому.

– Расслабься, Федя, я тебе с фабрики звоню. Шеф просил с тобой встретиться и подключиться. Ты где сейчас? Я подскачу, поговорим.

– Да как тебе объяснить… А с какой, собственно, фабрики?

– С мебельной! – брякнул Павел, понемножку заводясь. – Ты вот что, перезвони-ка Потапову, он все объяснит. А потом мне. Номер определился?

– Определился, – машинально ответил Сергеев.

– Вот и давай, – скомандовал Павел по старой привычке.

С раздражением выключил трубку, швырнул ее на стол. И принялся сдирать с себя синее форменной тряпье. Костюмчик инков был шит, конечно, не по заказу. В плечах чуть велик, в поясе малость жал. Но в принципе сидел. Да и кобуру скрывал вполне удовлетворительно. Павел застегнул и подогнал последнюю пряжку портупеи, когда телефон зазвонил снова.

Ни секунды не сомневаясь в абоненте, он схватил трубку и буркнул:

– Ну?

Ответа не последовало. Выждав секунду, Павел повторил попытку:

– Слушаю. Сергеев, ты?

В телефоне молча дышал эфир. С особой озлобленностью рявкнув дежурное «перезвоните, вас не слышно», Павел выключил аппарат и залез в меню. Обратный номер, конечно же, не определился. Странно. Все прежние молчаливые звонки он относил на счет примитивных проверок Филиппыча. А теперь что, спрашивается, про них думать?

С легким уколом ностальгии он подумал, что в былые времена долго искать ответ не пришлось бы. Ассамблея с удовольствием пользовалась земной сотовой связью и даже организовала роуминг по многим вероятностным ветвям через собственного оператора. Подобные пустые звонки могли, конечно, и не быть началом новой интриги против Земного отдела, но все равно стали бы веским поводом для раздумий.

А сейчас? Перебирать всех бывших любовниц? Вспоминать, кому успел наступить на мозоль за недолгую службу «на гражданке»? Или… списать на ошибку номером?

Второй звонок застал его в полном разброде мыслей. Совершенно машинально поднеся трубку к уху, Павел произнес «да» и только потом сообразил, что неплохо было бы сперва проверить номер абонента…

– Ладно, – деловито бросил Сергеев на том конце линии. – Это, наверно, правда ты. Подъезжай-ка прямо сейчас в кафешку напротив центрального УВД. Оно тут одно, не ошибешься. От метро в полчаса уложишься?

– Уложусь, – сухо бросил Павел, наскоро прикинув маршрут.

– Давай. Успеешь – познакомлю кое с кем. Только ксиву пострашнее у Филиппыча займи.

Вот так. Пострашнее… А Семен и липу-то обещал только завтра. Значит, как обычно: выручай морда топором?

По дороге к лифту Павел честно репетировал соответствующее выражение. Третьим, судя по всему, будет кто-то из упомянутого Федором центрального УВД. Опер или следователь по странным трупам? Не важно, морда топором в любом случае не помешает.

2

Кафе нашлось быстро, хоть и не совсем напротив управления. Нужный Павлу столик тоже обнаружился прямо с порога: Федор и незнакомый пока мужик, в меру приличная закуска, бутылка коньяку. В середине рабочего дня. Н-да… Впрочем, до придирок ли? За Сергеева можно было быть спокойным, а контакт с собеседником, похоже, наладился.

Федор увидел бывшего напарника сразу, махнул рукой через весь зал.

– Паша, привет. Подходи, знакомься… Анатолий, местное УВД. Павел, э-э-э…

Не имея представления о том, какое именно удостоверение напарнику удалось выклянчить у Филиппыча, Федор затруднился.

– ФСБ, – без зазрения совести объявил тот, протягивая руку.

Анатолий ответил на пожатие не то чтобы с энтузиазмом, но крепко – с пониманием дела.

– Приветствую, – произнес он. – Что так долго? Вторую неделю жду вас.

– Кого? – с удивлением переспросил Павел. – Меня?

– ФСБ, – уточнил опер. – Дела забирать будете?

– Не сейчас, – осторожно ответил Павел. – А почему я должен забрать дела?

– Потому что так всегда. Ворье, бытовуха, «глухари» – это нам. Хоть что-то нетривиальное проклюнется – тут же слетаетесь.

Павел понимающе кивнул. Нетривиальное… Выходит, угадал?

– И что же в этот раз проклюнулось? – осведомился он.

Ответить опер не успел, в разговор встрял Сергеев.

– Паша, бросай свои привычки, не мути человеку голову. Я тебя не качать его сюда позвал. Предложение такое: пока ваши дела не объединили и действительно из управления не забрали, можно немножко друг другу помочь. Сопоставить информацию, проверить выводы… Все равно ведь к тебе потом по наследству перейдет, а человеку тоже интересно. Ну как? Лады?

Павел прищурился. Ясно все с тобой, Федор Сергеев, опер Земного отдела. Своего влияния на старого приятеля из управления не хватило – не захотел тот на халяву выбалтывать сведения. Филиппыча по каждому пустяку дергать не с руки, а тут старый напарник так удачно под руку подвернулся…

Но для вида все-таки нужно было покривляться.

– Про какие дела говорим? – осведомился Павел, пододвигая стул и присаживаясь. – У тебя их небось не два и не три.

– Про «интуристов», – нехотя отозвался Анатолий. – Этих пока что как раз три. Все разные, до объединения не дошло еще, хотя общие черты налицо.

– «Интуристы»… – повторил Павел. – Красноречиво. А по сути что имеешь?

– По сути: три трупа, все огнестрел, все из одного ствола. Ранения разные, но у каждого контрольный в голову. На двух трупах странная национальная одежда не по сезону. Этнологи с кафедры МГУ однозначно идентифицировать мотивы не смогли. На третьем – прорезиненная спецовка с респиратором вроде химзащиты. Ни военным, ни спасателям такие модели неизвестны. Ни у кого ни единой бумажки, паспортов, билетов, удостоверений… Следов оружия или наркотиков нет. Видимые мотивы убийств отсутствуют. Из улик – только пяток стреляных гильз.

– Во даешь! – удивился Федор. – Как на ковре у генерала.

– Сегодня утром был, – не моргнув глазом, пояснил Анатолий. – Так что слова наизусть… Ладно, у тебя, Павел, что?

– У меня только один эпизод. Как раз сегодня утром, все, как ты описал, я даже повторяться не буду. С одной разницей – я это видел.

– Ты?.. – переспросил Анатолий. – И не задержал?

– Не успел. Пока из подъезда, пока за угол… В общем, ушли. Но опознать смогу при случае.

– Хоть так, – опер вздохнул. – Ладно, как работать будем? Официально мы ведь врозь.

– Ну… как? – протянул Павел. – На следующий эпизод вместе. Покумекаем над соображениями… А вообще мне бы на твои вещдоки посмотреть.

– Вещдоки… – задумчиво повторил Анатолий. – Слушай, с чего ФСБ вообще это дело подгребает? Ну убийства посреди города… Не терроризм же?

Павел выдержал паузу, в упор глядя на мента.

– Или все-таки… – уже не так уверенно продолжил тот. – Может, наркота крупная?.. Или этническая банда?

– Вторжение нелюдей, – спокойно произнес Павел. – Очень серьезное дело.

Анатолий поджал губы.

– Ясно. На нет и суда нет. Тебе их как, сюда доставить или, может, сразу на Лубянку завезти?