Игорь Огай – Предел обороны (страница 55)

— Голову на отсечение, — встрял Филиппыч, — завтра же текст будет в правительствах их ветвей.

— Ну и что? — буркнул Сергеев. — Ратификации все равно не видать.

— Да и черт с ней! — выразился шеф. — Мы за это время еще какой-нибудь документик сварганим — не дадим щам закиснуть… Вам, кстати, с Павлом тоже поработать придется. В поле, так сказать…

Двери лифта наконец распахнулись, и Потапов предупреждающе поднял руку:

— Все, уймитесь до кабинета…

Предупреждение имело смысл. С тех пор как «Стройтрест» начал работать всерьез, на этаже землян деловая деятельность не затихала. С девяти до шести с перерывом на обед — в полном соответствии с трудовым законодательством — фирма успешно торговала стройматериалами, и сотрудникам ее, за исключением директора, совершенно не обязательно было знать, кто покупает ее товары. Вполне достаточно, что на счета регулярно капала прибыль, в налоговую сдавались в меру честные отчеты, а аренда за фабричный корпус исправно выплачивалась. И уж совсем не обязательно этим сотрудникам было знать, что руководство компании вместе с «отделом безопасности» в лице обоих оперов имело какие-то таинственные интересы в какой-то Ассамблее.

Как долго удастся сохранять такое положение, Павел не взялся бы сказать, но пока шеф настаивал именно на этой корпоративной политике. Пройдя мимо «аквариумов», занятых коммерческими структурами «Стройтреста», четверо землян — почти чужие среди своих — втянулись в звукоизолированный и регулярно проверяемый на «жучки» кабинет Потапова.

На пороге Павел уже совсем было открыл рот для контрольного вопроса, но шеф снова поднял руку.

— Евгений Саныч, слушаю вас, — изрек он и, обогнув стол, водрузился на начальственное кресло.

Дожидавшийся его директор «Стройтреста» на глазах грустнел. Он честно старался не вникать в политические дела Ассамблеи, ограничиваясь контактами с коммерческими отделами национальных представительств, и хорошо выучил, что когда учредитель появляется в кабинете в такой компании, то делами бизнеса ему досаждать не стоит. А еще лучше вообще убраться подальше во избежание посвящения в какие-нибудь ужасные секреты.

— Я посоветоваться хотел, Сергей Анатольич, — через силу проговорил директор, поглядывая почему-то больше на Филиппыча и оперативников. — Гипербореи сегодня звонили… Заказ необычный какой-то.

— Ну и? — уточнил шеф, поторапливая.

— Ондулин, что ли? — не сдержался все-таки Пронин. — Идеальная кровля для дома гиперборея?..

— Билеты им понадобились, — мстительно опроверг предположение Евгений Саныч. — На самолет.

— На что? — переспросил шеф, будто не поверив ушам.

— На самолет. На север куда-то, я не запомнил точно. Пять штук.

— Они что, сами купить не могут? — От удивления Филиппыч даже забыл про обычный в общении с директором «Стройтреста» сарказм. — Не, ты слышал, Сергей? Может, нам теперь турбюро при отделе открыть?

Шеф посмотрел на него долго и серьезно.

— Хорошая мысль, — заявил он, и лицо у Филиппыча вытянулось. — Это я обдумаю попозже. А пока никаких билетов… Кстати, кто конкретно заказывал?

— Да конкретно как раз никто. — Евгений Саныч пожал плечами. — Спустили факс с бланком, как обычно. Попросили выставить счет…

— Ясно, — отрезал шеф. — Тогда тем более никаких билетов… У вас все?

— Все. — Директор поднялся. — Еще, правда, смета одна есть…

— Потом, — отрезал Потапов. — А пока поднимите тот бланк и доложите, куда нужны билеты.

Ревностно проследив, как за бизнесменом закрылась дверь, Павел снова уже почти открыл рот, но Потапов все равно успел раньше.

— Ну и что ты к нему цепляешься, Семен? — осведомился он, глядя на Филиппыча. — Нормально человек работает. Тебе на зарплату, кстати, зарабатывает.

— В гробу я такую зарплату видел, — пробурчал Пронин. — Инки — камешками, гипербореи — золотом, атланты… Они одни только баксами и платят, хотя тоже, между прочим, неизвестно, где берут. А мне все это легализовывать! Дождешься ты, Сергей, дела об отмывании денег мафии, вот тогда и попляшешь со своим бизьнесом!..

— Ну ладно, ладно. — Шеф примиряюще покивал. — Старая песня. Пока не дождались — бизьнес будет. А ты терпи.

— А я и терплю!

— Вот и хорошо… Хоть что-то у нас хорошо. — Шеф вздохнул и опустил голову на руки. — Что ты, Паша, хотел сказать?

— Это не я, — Павел пожал плечами, — это вы хотели. Еще там, в лифте.

— Про работу в поле, — вставил наконец Сергеев и свое слово.

— Про работу… — повторил шеф. — Да, будет у нас работа. Теперь так уж точно… Все-таки надо, Семен, еще раз на закладки кабинет пробить. Вчера ведь только говорили — и на тебе. Гипербореям уже билеты понадобились.

— Ну… — Филиппыч подозрительно огляделся, словно и правда надеясь обнаружить «жучки». — Может, совпадение…

— Может, — легко согласился шеф. — Но тогда это плохое совпадение. Очень похожее на слив информации: возьмите-ка, мол, поиграйтесь…

Филиппыч пожал плечами, похоже, не найдя возражений.

— А можно вопрос, шеф? — Сергеев даже руку поднял, как в первом классе. — О чем таком вы тут говорили вчера?

— И что за проблема билеты нелюдям продать? — добавил Павел.

— Говорили мы, Федя, о том, — задумчиво проговорил Потапов, — что резолюции разные это, конечно, хорошо, но нужно нам и еще что-то суметь предъявить. Дела нам нужны, Федя. Серьезные самостоятельные дела.

— Так. — Павел кивнул. — А вот ведьма, значит, в начале месяца было не мое дело. И ящер тот на прошлой неделе. И…

— Твое, Паша, твое, — перебил шеф. — Тут не поспоришь. Твое все это, но не наше. А нам нужно вычислить и раскрутить свое дело — от начала до конца. Именно раскрутить, а не лезть под конец в драку — для этого в Ассамблее мобильная группа существует. Разницу ощущаешь?

Павел кивнул. Сейчас он действительно ощущал разницу. Это раньше, когда был «молодой да зеленый» и когда хотелось драки после бессрочного и несправедливого дембеля из войсковой разведки… Наломал, в общем, дров, чего там. А сейчас подставляться хотелось все меньше и меньше. Может, надоело, ведь конца-краю всем этим разборкам не видно… А может, и поумнел, чем черт не шутит. К тому же мобильная группа действительно ведь справится лучше.

— Понятно, — глубокомысленно изрек Сергеев. — Авторитет будем поднимать. Где дело возьмем?

— За МКАДом, — брякнул Филиппыч и коротко хохотнул.

Павел криво ухмыльнулся из вежливости, но Потапов остался серьезным.

— Ну и чего скалимся? — осведомился он. — Вас никогда не удивляло, с какой неохотой нелюди выбираются за кольцо? Думаете, у них агорафобия за городом?

— Это что такое? — переспросил Федор, но ответа не удостоился.

— Все проще, — объявил шеф, — за МКАДом не работает ни один трансвероятностный процессор. Ни стационарный с фабрики, ни мобильные модели. Ассамблейщики даже опыты ставили, давно, еще до реконструкции кольца. Строго по осевой граница — внутри как часы, снаружи — шиш с маслом.

— Почему? — Павел все-таки не утерпел, хотя и предполагал ответ.

— Когда-нибудь они нам это объяснят. А пока можно принять рабочую установку: для непосредственного контроля Ассамблее доступна Москва и ближайшее Подмосковье. Дальние вылазки — особенно за рубеж — по пальцам пересчитать можно: только в случае исключительной опасности или выгоды. Средневековая Европа, Берлин начала прошлого столетия, Карибы в шестидесятых… Во всех случаях они заранее знали объекты влияния, это были разовые, тщательно спланированные акции. Ни о каком полноценном и постоянном контроле речь не шла. Правда, это, похоже, и не нужно — большинство контактеров из ветвей все равно почему-то выносит в пределы Садового. Законы Древа, мать его!.. Впрочем, может, и к лучшему — хотя бы не шляются по всей Земле.

Сергеев с явным сомнением качнул головой, но комментировать не стал. Вопрос его был, как всегда, конструктивен:

— Отлично, шеф. Просто замечательно. А все-таки дело мы где возьмем?

— Вот чудак-человек, — искренне изумился тот. — Тебе ж Семен сказал. Или думаешь, мало аномалий у нас на планете? Приглядеться не к чему?

— Стоп. — Теперь настала очередь Павла удивляться. — Что значит аномалий? В каком смысле?

— В прямом, пехота, в прямом! — не выдержал Филиппыч. — Совсем воображения нет? Тунгусский метеорит, Бермудский треугольник, озеро Лохнесс…

Павел с Федором переглянулись. Нет, оно, конечно, всякое бывает, и с ума среди зимы тоже сходят… Тем более что при такой работе оно не сложно. Но не по двое же сразу!

— И об этом вы говорили вчера? — осторожно осведомился Сергеев.

— Не совсем. — Шеф как будто немного смутился. — Такой масштаб — это все дальние стратегические мечты. Зато на любом форуме уфологов тебе навалят кучу наших местных российских чудес. Вот ими надо бы заняться.

— Ясно! — агрессивно кивнул Федор. — Вот вы тогда этих уфологов и берите на работу! Если весь их бред проверять, вам человек двести понадобится — по командировкам рассылать!

— Весь бред не нужно проверять, — отозвался вместо шефа Филиппыч. — Большинство и так сразу фильтруется. А то, что останется… Вдруг, Федя! Ну, вдруг хоть один из тысячи сумасшедших правду скажет о том, как «тарелочку» видел! Или как в «багровом тумане» заблудился! Про марсиан желтые газетки пускай трубят — мы-то знаем, кто это может быть на самом деле!

Павел хмыкнул, но вслух возразить не осмелился. Ближайшая известная ему «тарелочка» занимала крайний склад фабрики в ста метрах через двор.